Диссидентское движение на Дальнем Востоке СССР (1950-е — 1980-е годы) — часть советского диссидентского движения на территории Дальнего Востока РСФСР. Выражалось в формах индивидуальных и групповых выступлений недовольных политикой советской власти и в виде распространения самиздата. Особенностями Дальнего Востока были его удалённость от центров самиздата, отсутствие националистических групп и наличие специфической социальной среды — геологов, которых партийные комитеты слабо контролировали.

Предыстория К середине 1950-х годов Дальний Восток был довольно спокойным в политическом плане местом. Антисоветские выступления были редкими и, как правило, встречались среди лиц, высланных в регион из других мест, а националистические выпады практически отсутствовали. Подавляющее большинство дальневосточников к 1956 году было лояльно сталинской власти.

Социально-экономическая ситуация на Дальнем Востоке накануне XX съезда КПСС Накануне XX съезда КПСС территория советского Дальнего Востока включала 2 края (Приморский и Хабаровский) и 4 области (Амурскую, Камчатскую, Магаданскую и Сахалинскую) РСФСР. На этих огромных территориях на 1 января 1956 года проживали лишь 4,32 млн человекИстория Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 4. Дальневосточное общество в 1945—1950-е годы. — Владивосток, 2009. — С. 143, заметную часть которых составляли заключённые и военнослужащие. Прошедшая после XX съезда реабилитация очень серьёзно затронула Дальний Восток — освободившиеся заключённые и ссыльные стали покидать регион. В итоге, несмотря на высокую рождаемость, население региона к 1 января 1961 года достигло только 4,404 млн человек. Дальний Восток отличался высоким уровнем урбанизации, а также практически моноэтничным национальным составом. По переписи 1959 года во всех регионах Дальнего Востока преобладали русские, доля которых в населении колебалась от 73,3 % для Магаданской области до 87,8 % в Амурской областиРассчитано по: Всесоюзная перепись населения 1959 года. Национальный состав населения по регионам России . Единственным крупным национальным меньшинством (более 5 % населения) были украинцы, доля которых в населении колебалась от 6,7 % для Камчатской области до 14,0 % для Магаданской области и на Сахалине 6,3 % жителей составляли корейцы. При этом значительная часть украинцев обрусела. На Дальнем Востоке к концу 1950-х годов не было также заметного движения верующих, а имеющиеся зарегистрированные религиозные организации были малочисленны и во многих местностях вовсе отсутствовали. Например, к 1950 году на всем Дальнем Востоке (в его южных районах) было только 10 приходов Русской православной церкви, которые с 1949 года по 19 июля 1988 года подчинялись архиепископу Иркутскому и ЧитинскомуИстория Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 4. Дальневосточное общество в 1945—1950-е годы. — Владивосток, 2009. — С. 530. О том, насколько низко оценивала советская власть активность верующих в регионе говорит тот факт, что должности местных Уполномоченных по делам религии долгое время оставались вакантными. Например, в Приморском крае Уполномоченный по делам религии появился только в начале 1960-х годовИстория Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 4. Дальневосточное общество в 1945—1950-е годы. — Владивосток, 2009. — С. 543. Вместе с тем, к концу 1950-х годов на Дальнем Востоке сформировалась довольно многочисленное студенчество, которое могло потенциально благосклонно воспринять протестные настроения. В 1957 году на Дальнем Востоке было уже 17 вузов, в которых обучалось около 30 тысяч студентовИстория Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 4. Дальневосточное общество в 1945—1950-е годы. — Владивосток, 2009. — С. 488.

Антисоветские выступления в 1945—1955 годах Антисоветские выступления 1945—1950-х годов на Дальнем Востоке имели свою специфику. Прежде всего, в регионе не зафиксировано никаких межнациональных столкновений и националистических выступленийИстория Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 4. Дальневосточное общество в 1945—1950-е годы. — Владивосток, 2009, что скорее всего связано с практически однородным этническим составом населения. В политическом отношении также было спокойно. В период проведения выборов в Верховный Совет СССР случаи негативных высказываний в отношении властей были единичны и гораздо чаще на избирательных бюллетенях дальневосточники писали похвалы лично СталинуИстория Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 4. Дальневосточное общество в 1945—1950-е годы. — Владивосток, 2009. — С. 402—406. Среди представителей дальневосточной интеллигенции имели место выступления, но они также были единичными и касались конкретных случаев. Например, в феврале 1953 года группа писателей Приморья направила телеграмму С. В. Михалкову, в которой критиковали решение Приморского крайкома КПСС представить на соискание Сталинской премии пьесу Е. Бондаревой «Сергей Лазо», протестуя против вмешательства партийного органа «в творческий процесс при определении претендентов на сталинскую премию»История Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 4. Дальневосточное общество в 1945—1950-е годы. — Владивосток, 2009. — С. 405—406. Преобладающей формой выступления в 1945—1950-е годы среди дальневосточников оставались жалобы, авторы которых, выражая поддержку руководству СССР, критиковали злоупотребления отдельных местных должностных лицИстория Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 4. Дальневосточное общество в 1945—1950-е годы. — Владивосток, 2009. — С. 408—412.

Резкие критические выступления против советского строя встречались в основном среди немногочисленных спецпоселенцев из числа прибалтийских народовИстория Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 4. Дальневосточное общество в 1945—1950-е годы. — Владивосток, 2009. — С. 416. Например, в 1947—1952 годах проживающие в Амурской области высланные латыши критиковали колхозный строй. Также в 1953 году были осуждены несколько дальневосточников за похвальные высказывания в адрес жизни на Западе, а в некоторых районах (например, на острове Беринга) жители могли слушать американские радиостанцииИстория Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 4. Дальневосточное общество в 1945—1950-е годы. — Владивосток, 2009. — С. 416—417. В начале 1953 года во время кампании по борьбе с космополитизмом и делом «врачей-убийц» происходили выступления против руководящих работников еврейской национальности с предложениями снять их с постовИстория Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 4. Дальневосточное общество в 1945—1950-е годы. — Владивосток, 2009. — С. 421—422. Правда, случаи физического насилия в отношении евреев Дальнего Востока в литературе не упоминаютсяИстория Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 4. Дальневосточное общество в 1945—1950-е годы. — Владивосток, 2009. — С. 420—423.

Смерть Сталина повлекла за собой осуждения за антисоветскую агитацию. Только за период с 16 марта по 31 декабря 1954 года на Дальнем Востоке были осуждены 23 человека по статье 58.10 Уголовного кодекса РСФСР за высказывания о покойномИстория Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 4. Дальневосточное общество в 1945—1950-е годы. — Владивосток, 2009. — С. 424: 16 осужденных одобрили смерть Сталина 2 осужденных критически отозвались о роли Сталина в годы Великой Отечественной войны 3 осужденных связали со смертью Сталина перемены к лучшему 2 осужденных обвинили советское руководство «продавшее Сталина»

Реакция дальневосточников на осуждение Сталина Осуждение культа личности И. В. Сталина в 1956—1957 годах вызвало неоднозначную реакцию дальневосточников, хорошо знакомых с советской лагерной системой. Некоторые бывшие заключённые по примеру А. И. Солженицына писали автобиографические рассказы о советских лагерных порядках, причём иногда доходили до критики советской системы в целом. Дальневосточные власти реагировали на это жёстко. Например, в 1958 году по статье 58.10 УК РСФСР на 6 лет был осужден К. К. Семенов, за то, что в своих рассказах (их рукописи, забытые им в ресторане, были переданы в соответствующие органы), в которых не только критиковал лагерные порядки, но и с похвалой отозвался об американской демократииИстория Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 4. Дальневосточное общество в 1945—1950-е годы. — Владивосток, 2009. — С. 434. Он отбыл срок полностью, хотя в 1965 году смог добиться реабилитации. Также имели место антисоветские надписи на избирательных бюллетенях (в том числе против Н. С. Хрущёва, авторы которых получали длительные срокиИстория Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 4. Дальневосточное общество в 1945—1950-е годы. — Владивосток, 2009. — С. 435). В целом число осужденных за антисоветскую пропаганду (статья 58.10 УК РСФСР) жителей Дальнего Востока при Н. С. Хрущеве было невелико — 145 человек за 1953—1960 годыИстория Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 4. Дальневосточное общество в 1945—1950-е годы. — Владивосток, 2009. — С. 417. Антисоветские выступления пресекались при Хрущеве решительно. Например, после того, как 27 января 1959 года на митинге Корфского рыбокомбината, посвящённом открытию XXI съезда КПСС, Г. И. Трелин выступил с критикой парторганизации предприятия, он был арестован как «антисоветчик, истолковывавший с враждебных позиций советскую демократию, клевещущий на жизненный уровень народа, заявляющий об отсутствии в СССР свободы слова, восхваляющий действия Антипартийной группы»Ковалевская Ю. Н. Неофициальная культура на Дальнем Востоке России (1970-е — начало 1990-х годов) // Труды Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН. — Т. XVI. Культура России и сопредельных стран: прошлое, настоящее и будущее. — Владивосток: ИИАЭ ДВО РАН, 2014. — С. 79. Режим доступа: http://ihaefe.org/files/publications/full/ihaefe-XVI.pdf .

Оппозиционные подпольные группы конца 1950-х — начала 1980-х годов Подпольные оппозиционные группы на Дальнем Востоке возникали редко и были малочисленны. В конце 1950-х годов в регионе была только одна такая группа, созданная весной 1957 года, члены которой ставили своей целью «улучшение материального положения рабочих», собирались распространять листовки с пересказом радиопередач «Голоса Америки». Организация была быстро раскрыта, а её члены (С. И. Кобляев и Ф. М. Кравко) были осуждены 8 мая 1958 годаИстория Дальнего Востока России. Т. 3. Кн. 4. Дальневосточное общество в 1945—1950-е годы. — Владивосток, 2009. — С. 438.

В Петропавловске-Камчатском существовала не раскрытая КГБ умеренная группа, собиравшаяся у прозаика и философа А. Д. Филимонова, в которую входили В. Г. Новокрещёнов, студенты, рабочие, на собраниях они слушали антисоветские стихи поэта В. Науменкова.

Оппозиционные деятели искусства