Ви́ктор Бори́сович Криву́лин () — русский поэт и прозаик, эссеист, редактор, критик, литературовед, культуролог, переводчикКривулин, Виктор Борисович Книжная лавка писателей, 2004. Один из главных представителей ленинградского андеграундаВиктор Кривулин (персоналии) Новая карта русской литературы 2001. Вице-президент Санкт-Петербургского ПЕН-клуба. Член редколлегии журнала «Вестник новой литературы».
Биография Отец, Борис Афанасьевич Кривулин, родился в Вологде, был кадровым политработником, старшим батальонным комиссаром, служил в 123-й стрелковой дивизии с момента её создания, в том числе во время Финской войны. В начале ВОВ дослужился до комиссара штаба дивизии.
Мать, Евгения Борисовна, наполовину еврейка, наполовину полька (по некоторым данным, родом из польской шляхты) — до войны была медсестрой в больнице завода «Арсенал». После начала войны добровольно отправилась в 168-й медсанбат, позже — была назначена фельдшером в отдельную автороту. Капитан медицинской службы.
В раннем детстве заболел вариантом полиомиелита (болезнь Литтла). Преодоление болезни стало одной из основ характера, интерпретирующего препятствия как вызов.
Ольга Седакова поэт, литературовед, критик:
Никто из тех, кто общался с Кривулиным, не вспоминал о его увечье, о той боли, с которой он с детства жил — казалось — как ни в чём не бывало, ничуть не напоминая при этом героев самопреодоления. Мы просто забывали, чего это стоит. И — с благодарностью ему — не будем вспоминать и дальшеОльга Седакова Памяти Виктора Кривулина НЛО № 6, 2001.
Окончил школу № 67 (бывшую 1-ю Петербургскую гимназию), учился далеко не блестяще, стал рано сочинять стихи.
С 1962 посещал литературное объединение, которым руководил Глеб СемёновС. Стратановский Воспоминания о литобъединении при Союзе писателей под руководством Г. Семенова poetry-bible.ru, 2008. Довольно быстро понял, что собой представляет советская литература. Первые юношеские стихотворения по инерции ЛИТО вошли в сборник поэтов Дворца пионеров «Голоса юных», затем появились в журнале «Советский Союз» (1962). В этом же году состоялась первая публикация в самиздатском сборнике «Лай», в 1964 — в сборнике К. К. Кузьминского и Б. И. Тайгина «Антология советской патологии», затем в 1966 — в альманахе «Звенья».
К поступлению в университет практически никаких иллюзий не было и по поводу советской власти. Повинуясь импульсивному решению, незадолго до защиты диплома подал заявление о выходе из комсомола, что в дальнейшем вызывало некоторые препятствия при устройстве на работу. Его студенческие работы о Хлебникове, Баратынском, Анненском привлекли внимание некоторых литературоведов, в том числе Д. Е. Максимова, связывавшего со способным студентом большие литературоведческие надежды. Но Кривулин очень рано выбрал поэзиюМихаил Шейнкер Гривастая кривая… Виктора Кривулина НЛО № 52, 2001 .
Михаил Берг, писатель, критик, культуролог:
На филфаке ЛГУ Кривулин учился недолго на английском, а затем на русском отделении (о роли отца с гирляндой орденов для зачисления на филфак Кривулин упоминал редко). Студенческие работы о Хлебникове и Андрее Белом, как и диплом о литературе русского модернизма, казалось бы, говорят о довольно точно и рано выбранном русле интересов. Но блеска не было, литературоведческий талант ещё не раскрылся, хотя его научный руководитель Д. Е. Максимов уговаривал Кривулина выбрать между поэзией и наукой, подталкивая, очевидно, к последней. Но Кривулин выбрал первую, так как поэзия в середине 60-х была главпечкой по производству культурных звёзд (если вспомнить неологизмы Сережи Стратановского, ещё одного брата по музам, по судьбам). И, помимо потенциального источника успеха, представлялась куда более свободной областью приложения сил для амбициозного гуманитария. А Кривулин, как часто бывает, ощущал себя большим поэтом задолго до того, как им сталМихаил Берг Несколько соображений к биографии В. Кривулина .
В 1967 году окончил филфак ЛГУ. Защитил диплом по творчеству Иннокентия Анненского.
Был близко знаком почти со многими знаменитыми предшественниками, в том числе Татьяной Гнедич, Лидией Гинзбург, Анной Ахматовой, с которой общался в её последние годы в 1960—1965 Встречи с Анной Ахматовой. Выпуск 22. Исторические анекдоты от старого ворчуна, 26/09/2014Константин Кузьминский. «Викто-ор!… Викто-ор!…» (ещё один «законный сын» Ахматовой). kkk-pisma, 2001.
После окончания университета недолго работал школьным учителем, редактором-референтом в Доме санитарного просвещения, много лет подрабатывал репетиторством, успешно готовя абитуриентов к поступлению на гуманитарные отделения вузов, в том числе Ленинградского и Тартусского университетов. 17 лет служил редактором издательского отдела Комитета по здравоохранению Ленинградской области.
Главным для него стало бытование внутри «второй культуры». Отчасти совпал вектор общественного движения и вектор личной судьбы и способов её воплощения. Очень быстро его квартиры сначала на Курляндской улице, потом на Большом пр. Петроградской стороны стали открытым домом, притягивая все новых и новых посетителей на протяжении десятилетийБ. И. Иванов. Виктор Кривулин — поэт российского Ренессанса (1944—2001) НЛО, № 4, 2004.Е. Игнатова. Обернувшись… Иерусалимская антология, 2009.. Каждый вечер здесь появлялись старые и новые друзья и знакомые: от многолетних приятелей по университету до почти случайных встречных из Сайгона. Обладая азартным даром общения, неослабевающим интересам к новому, любил знакомить и соединять людей. В частности, был тем, через кого поэты и художники московского концептуализма познакомились с ленинградским андеграундом и его наиболее яркими представителями. Дружил с М. Шейнкером. Близко, но и с оттенком взаимной ревности и конкуренции общался с Е. Шварц, ценил многих, дружил с А. Мироновым, С. Стратановским, Т. Буковской, О. Охапкиным, Налем ПодольскимНаль Подольский. [Тот самый Кривулин] Зинзивер. 2005. № 1., В. Ширали, М. Бергом.
Татьяна Горичева, философ, соредактор самиздатского журнала «37», критик:
А я к тому времени читала Кривулина в самиздате и так восхищалась — думаю, как это здорово, как это похоже на Мандельштама, на Рильке. И думаю: «только Кривулин может Хайдеггера освоить». Напросилась к нему на свидание, пришла. Меня никто не знал ещё там, во второй культуре. И говорю: «Мне Хайдеггер прислал стихи». Кривулин — мэтр такой — говорит: «Я если сам не переведу — пошлю Ольге Седаковой». Вот так я всех сразу узнала, кто там у нас. Так и получилось. Сам он не перевел и послал Ольге Седаковой. Ольга передала эти стихи во Францию, потому что кто-то из Франции к ней приехал, она перевела на русский, по-моему, с русского они перевели на французский.
И одновременно проявил талант организатора общественного пространства и воодушевления людей. Вёл богемный образ жизни, увлекался и легко увлекал других. При этом проявлял неукротимую энергию и способность создавать новые формы бытования нонконформистской культуры. В 1974 — один из составителей представительного сборника ленинградской неофициальной поэзии «Лепта»С. Савицкий Андеграунд (история и мифы ленинградской неофициальной литературы НЛО, 2002.Татьяна Горичева. Мне надоели подвальность и элитарность «Второй культуры». Гефтер, 26/02/2016, который был предложен для публикации и отослан в ленинградское отделение союза писателей, отказ от публикации стал вехой в самоопределении ленинградского андеграунда.
Генрих Сапгир, поэт:
Потом я посетил его большую коммунальную квартиру на Петроградской. Это был поэтический центр, можно сказать, всего Питера. То и дело раздавались телефонные звонки, приходили молодые поэты, появлялись девушки, целые компании. Приехать в Ленинград и не зайти к Кривулину — мы, москвичи, себе этого не представляли… Но ещё раньше все же была квартира 37. Там он жил со своей тогдашней женой Таней Горичевой — и тоже было много приходящих, которые делились на поэтов и философов. Философы были по части Тани. Я как-то посидел на очередном философском собрании, показалось скучновато. Помню оранжевый свет абажура на столе с рукописями. Здесь творился самиздатский журнал 37 . И на входной двери — мелом 37. И в памяти — 37 год. Так что все одно к одномуГ. Сапгир. Неофициальная поэзия. Антология. САПГИР об авторах и группах rvb.ru — 1993..
Б. И. Иванов, редактор самиздатского журнала «Часы», критик:
Для того чтобы стать Кривулиным, нужно было… в юности пережить пору «штурма и натиска», писать вместе со сверстниками манифесты, — а их пишут, когда верят в своё высокое предназначение и хотят перевернуть мир. «Подражая футуристам, мы манифестировали свою гениальность» — так написал Кривулин об этих годах в автобиографических очерках, собранных в книге «Охота на Мамонта».
В 1970-е — один из крупнейших деятелей литературного и культурологического андеграундаА. Житенев Виктор Кривулин как теоретик «неофициальной» культуры (1976—1984) Textonly, #41 (1’14) — 2012.: с декабря 1975 выпускал самый знаменитый самиздатский журнал «37» (редактировал совместно с Т. М. Го́ричевой и Л. Рудкевичем), с 1979 — поэтический «Северная почта» (совместно с С. Дедюлиным) и др. Организовал ряд семинаров, в том числе «Культура начала века и современное сознание»).
Татьяна Горичева, философ, соредактор самиздатского журнала «37», критик:
Я вышла замуж за Виктора Кривулина, у нас была большущая подвальная квартира на Курляндской улице, с крысами, с котами. И все, кто выходил из тюрьмы, из сумасшедшего дома, шли к нам туда, в эту квартиру, двери не закрывались, многие прямо в окно входили. Наши семинары были по пятницам: у Кривулина был поэтический семинар, а у меня религиозный, и мы чередовалисьК. Лученко, Т. Горичева. Из комсомола в экзистенциализм Правмир — 20/03/2014..
Принципиальным шагом стало принятие православного крещения; ещё раньше — один из активных представителей ленинградской религиозной поэзии (сам именовал её спиритуальнойПоэзия — это разговор самого языка (беседа с критиком А. Кулаковым НЛО, 1997Т. Хайрулин. Категория «спиритуальности» в критических статьях В. Кривулина Вестник Санкт-Петербургского университета. Язык и литература. 2018. Т. 15. Вып. 1. C. 147—155.), вместе с Т. М. Го́ричевой проводил Религиозно-философский и Культурно-просветительский семинары.
С 1975 печатался в эмигрантских изданиях — «Грани» (первая публикация — за подписью «Стихи анонимного поэта»), «Эхо», «Вестник РХД», «Континент», «Двадцать два», «Третья волна», «Стрелец», «Новое русское слово» (Нью-Йорк), в журнале «А-Я» (статья о художнике Ю. Дышленко).
Основной теоретик ленинградского андеграунда. Автор принципиальных и наиболее часто цитируемых статей по истории и проблематике «второй культуры», ленинградской и московской неофициальной литературе, в частности статья, опубликованная под псевдонимом А. Каломиров, «Двадцать лет новейшей русской поэзии» (1979).
Первый лауреат премии Андрея Белого за 1978 год.
Писал рассказы (в том числе опубликованные в журнале «Континент» № 56, 60 за 1976), эссе. Написал роман «Шмон»Томас Эпстайн Тайм-аут: тупики и выходы в «Шмоне» Виктора Кривулина НЛО, № 4 2018 (1980, первая публикация «Вестник новой литературы» № 2 (1992); несколько глав вышло также во втором томе трёхтомной антологии «Коллекция», составленной Б. Ивановым — СПб.: Изд-во Ивана Лимбаха, 2003).
Находился под непрерывным давлением КГБ, которое, однако, воспринималось как опасная игра с непонятным итогом. С ним проводились частные беседы, многократные попытки вербовки, предлагались варианты компромиссов, неизменно отвергаемые. Более всего КГБ занимал даже не самиздат, а публикации за рубежом, а Кривулин был одним из самых публикуемых авторов ленинградской неофициальной литературы в эмигрантских изданиях.
Татьяна Горичева, философ, соредактор самиздатского журнала «37», критик: