Иван Григорьевич Митин (1901—1946) — советский стрелкового оружия, один из создателей глушителя БраМит. Работал в Народном комиссариате путей сообщения. В 1933 году был арестован по обвинению в создании контрреволюционной организации с целью свержения советской власти и в 1934 году осуждён на 10 лет исправительно-трудовых лагерей. Отбывал наказание на Соловках, работая там в конструкторском бюро. Умер в местах лишения свободы. Реабилитирован в 1989 году посмертно.
Ранние годы Иван Григорьевич Митин родился в 1901 году в городе Суджа Курской губернии. У Ивана были младший брат Василий и сестра Маргарита. Отец, Григорий Митин, служил в Русской императорской армии и дослужился до унтер-офицерского чина, после увольнения в 1902 году устроился работать станционным жандармом на станции Суджа. В связи с Февральской революцией отец досрочно уволился, чуть-чуть не дотянув до 15 лет службы, после чего вступил в Южную горнозаводскую артель ответственного труда. Мать Ивана умерла в 1912 году. Отец переехал в Москву, в 1-й Переведеновский переулок с Василием и Маргаритой, а Иван остался в Судже.
Иван окончил местную приходскую школу и два года учился в реальном училище: отец надеялся, что старший сын поступит поступил в юнкерское училище. Однако Иван был исключён из реального училища за кражу двух банок с заспиртованными лягушками (вместе с товарищами он развёл спирт из банок и выпил его) и двух микроскопов. Не доучившись в седьмом классе, Иван получил аттестат об окончании шести классов и сдал экзамен на учителя 1-й степени, уехав в Смоленскую область. В 1919 году он переехал в Русятино (Тульская область), где жили его родственники, где устроился работать сельским учителем. Как сельский учитель, Иван был освобождён от мобилизации в РККА.
Митин уехал в Москву после того, как отказался выполнять требования новых властей по конфискации библиотеки помещика в селе Котово (недалеко от Русятино): дочь помещика убедила Ивана, что подобные действия равноценны грабежу. Попасть в институт с первого раза он не смог, поскольку осенью 1919 года набор не проводился. В январе 1920 года Иван поступил в Московский институт путей сообщения по своему учительскому удостоверению, которое уже было недействительным. В апреле того же года он заболел тифом, а осенью специальным распоряжением был направлен в политехнический институт. Проучившись там около года, он перевёлся в Институт путей сообщения.
Первые разработки Под влиянием брошюры «Таинственные пули» Митин занялся практическими опытами по созданию бесшумного оружия (в своих работах он называл его «беззвучным»). Иван надеялся использовать его для совершения ограблений и даже втянул в эти опыты своего брата Василия, которому было около 11 лет. Отсутствие теоретических познаний он компенсировал собственным желанием и усердием. Первые эксперименты он проводил со старой винтовкой Винчестера калибром 8 мм и револьвером системы Нагана, однако в ходе тестов винтовка разорвалась и поранила Ивану руку. Для дальнейшей работы он покупал книги в Румянцевской библиотеке. Его отец, поначалу относившийся нейтрально к изобретениям Ивана, позже стал его укорять за то, что тот разрабатывает оружие для нужд бандитов: с отцом Иван неоднократно ссорился, хотя понимал, что отец был прав насчёт его намерений. Финансовой помощи от отца в своей работе Иван не получал. В 1920 году Митин в ходе экспериментов впервые сумел заглушить звук выстрела, порождаемый пороховыми газами, однако до нахождения общего принципа и условий глушения звука выстрела ему ещё было далеко. Разработка портативного глушителя затянулась до 1925 года, когда он разработал глушитель с поддоночным зарядом, который в ходе выстрела, выталкивая пулю, застревал в канале ствола и препятствовал выходу пороховых газов. На дальнейшие исследования Митину требовались средства, и он надеялся запатентовать первые образцы, чтобы получить какое-либо вознаграждение за свою работу.
В том же 1925 году Митин предложил Отделу военных изобретений РККА чертежи поддоночного снаряда и затем был перенаправлен в Главное артиллерийское управление РККА к военному консультанту Ковровцеву, который отнёсся к изобретению Митина со скептицизмом. Тем не менее, чертежи были переданы в Новогиреевские опытные мастерские, где и начали производство первых экземпляров. Полученный на выходе результат не соответствовал чертежам, поскольку, как выяснилось, Ковровцев лично внёс изменения в чертежи. После долгих споров с изобретателем Ковровцев прямо ему заявил, что изобретение не принесёт Митину никакой выгоды в СССР, а продать патент выгодно можно только за границей. С тех пор Митин больше не обращался в Новогиреевские мастерские. Примерно в это же время Иван, пытаясь собрать средства на дальнейшие изобретения, вместе с братом Василием занялся изготовлением фальшивых монет. Для этого он сделал гальваническим методом клише под полтинник и гривенник, купил книжный пресс на Центральном рынке и заказал цилиндрик с двумя поршеньками у мастера депо Казанского вокзала. Братьями было изготовлено от 100 до 120 полтинников из олова, которые отличались от подлинных монет отсутствием звона и гравировки на торце монеты. Братья сбывали поделки среди деревенских торговок, однако вскоре эту деятельность пришлось прекратить: Василий был задержан при попытке купить газету за фальшивые деньги. Поскольку он был несовершеннолетним, а при нём была найдена только одна монета, его отпустили: в итоге больше Митины к идее фальшивых денег не возвращались.
Дальнейшем шагом для Митина в его исследованиях бесшумного оружия должен был стать правильный ход пули внутри ствола, влиявший на точность стрельбы. Он установил, что при стрельбе одним поддонком без вставленной пули происходят идеальное глушение и совершенно беззвучный выстрел: этого эффекта можно было достичь и при определённом соотношении массы пули и заряда пороха. После серии экспериментов Митин пришёл к выводу, что беззвучный выстрел может осуществляться при начальной скорости пули, не превышающей скорость звука (то есть менее 330 м/с). Используя полученные сведения, в 1926 году Митин разработал новый глушитель на основе разлётного составного пыжа, который позволял стрелять нормальными калиберными пулями и сохранять точность стрельбы. В 1927 году он создал глушитель с резиновыми прокладками, в котором не требовалось использовать заградительный патрон — поддонный снаряд-пыж, который прежде надо было менять после каждого выстрела, что снижало скорострельность. В том же году он встретился снова с Ковровцевым, представив ему в письменном виде результаты своих достижений и наработок: тот посоветовал Митину запатентовать образцы бесшумного оружия, но потребовал не сообщать о практической проверке оружия и не указывать его достоинства.
Регистрация патентов на глушители Оформлением своего изобретения Митин занимался в Комитете по делам изобретений (Комподизе) Ленинграда, направив туда патенты на двуносый снаряд, «вечноиграющую» граммофонную пластинку, поддоночный снаряд, детонатор и алюминиевый пироксилиновый порох. В заявках он указывал в качестве авторов себя и брата Василия, рассчитывая за счёт вознаграждения оплатить учёбу Василия в институте (тот получил высшее образование). В 1927 году Митин окончил эксплуатационный факультет Института путей сообщения и устроился в Народный комиссариат путей сообщения, войдя в качестве инженера в состав экспедиции по экономическим изысканиям железных дорог. У мастера Казанского депо он параллельно заказал ряд деталей, необходимых для дальнейшей исследовательской работы. В 1930 году он был назначен начальником экспедиции, а в 1931 году — инженером в отдел сооружений НКПС по железнодорожному строительству.
Тем не менее Митин не отказывался от планов продажи патента за границей. В 1928 году Митин отправился в командировку на металлоплавильный завод в Казахстан, где встретился с группой английских инженеров, что лишь усилило убеждения Митина о необходимости отъезда за границу. Его желание подогревалось ещё и воспоминаниями о беседе с Ковровцевым, который говорил, что в случае успеха Митин может получить несекретный патент, который в теории можно будет продать за границей за хорошую сумму. Иван начал усиленно учить английский, надеясь выехать за границу и там выгодно продать свой патент на изобретение, однако шансов у него на это практически не было. Определённые шансы могли появиться при вступлении в ВКП(б), однако с учётом происхождения Митина и отсутствия каких-либо рекомендаций со стороны рабочих в партию ему была закрыта дорога. В 1929 году Митин как «передовой, общественно активный» работник попал в одну из групп по проводившейся партийной чистке, которая фактически исключила ещё один вариант для Митина выбраться за границу. Он надеялся продать свой патент через посредника, рассчитывая передать ему до четверти гонорара: поводом для таких мыслей послужили дела изобретателей Матросова и Трофимова, которые таким образом продали свои изобретения в Америке (тормоза и золотники). Однако и от такого варианта Митин отказался.
Получению первого, несекретного патента на глушитель для револьвера системы Нагана предшествовала значительная доработка глушителя на материале винтовки Винчестера. При подаче заявки на патент Митин не упоминал о пыже, находившемся за поддонком, поскольку без пыжа прорыв пороховых газов был бы неизбежен, а также опустил упоминание о специальном клапане для беззвучного выпуска задержанного в стволе газа. Заключение Управления военных изобретений гласило, что секретность с этого изобретения снимается, а конструкция бракуется. На второе изобретение — глушитель на основе разлётного составного пыжа — был выдан секретный патент. Третье и самое важное изобретение — глушитель с резиновыми прокладками, обеспечивавший фактически бесшумный выстрел — он сдал последним, однако на него пришёл неожиданный ответ, заключавшийся в том, что с этого изобретения снимается секретность, а патент на него выдать невозможно, так как предложенное Митиным изобретение не заслуживает внимания.
В октябре 1930 года он написал заявление на имя начальника УВИ, попросив назначить комиссию, перед которой мог бы продемонстрировать значимость глушителя. Комиссия собралась в ноябре того же года в тире 2-го Дома Реввоенсовета, где проводилась испытательная стрельба. Митин испытывал самодельный пистолет с завинчивающимся затвором и надульным глушителем с резиновыми прокладками: испытание прошло успешно, в результате выстрела были зафиксированы только щелчок спускового крючка и удар пули о щит. Комиссия признала, что изобретение Митина представляет значительный практический интерес: дело о выдаче патента пошло на пересмотр, и на изобретение снова наложили гриф секретности. В марте 1931 года, когда Особый отдел ОГПУ и 4-е управление РККА получили документы о результатах испытаний, Митин получил официальный патент на глушитель для револьвера Нагана.
Наложенный гриф секретности лишил Митина возможности распоряжаться патентом, а вознаграждение ему не присудили. Более того, первый образец глушителя ему пришлось отдать безвозмездно военным. Тем не менее он принял решение продолжить работу над глушителем в надежде получить в будущем хоть какое-либо вознаграждение от РККА за изобретение. Начальник сектора изобретений Технического штаба начальника вооружений армии (НВ РККА) Лукин пообещал Митину вознаграждение в случае, если он сможет досконально и исчерпывающе описать процесс и природу глушения выстрела.
Дальнейшие изобретения