Робер Бразийак (; ) ― французский писатель и журналист. Прежде всего известен как редактор Je suis partout, националистической газеты, симпатизировавшей фашистским движениям и поддерживавшей Жака Дорио.
После освобождения Франции в 1944 году Бразийак был казнён по приговору суда, при этом Шарль де Голль лично отказался даровать ему помилование. Обвинялся в пропаганде коллаборационизма, доносах и подстрекательствам к убийствам. Справедливость казни остаётся предметом некоторых споров, поскольку журналист был казнён за «интеллектуальные преступления», а не за военные или политические действияSalon.com — Poison pen .
Биография Робер Бразийак родился в Перпиньяне. Учился в Высшей нормальной школе в Париже, затем стал писателем и литературным критиком, публиковался в газете ультраправого движения Аксьон Франсез Шарля Морраса. После Путча 6 февраля 1934 года и демонстраций ультраправых на площади Согласия Бразийак начал открыто поддерживать фашистскую идеологию.
Писательская деятельность Бразийак занимался как художественной литературой, так и научными изысканиями. В своих художественных произведениях он затрагивал актуальные для своей эпохи темы политического характера. Научные труды он посвящал самым различным темам, начиная от драматургии и биографий великих деятелей литературы и заканчивая освещением современных мировых событий. Особенно значимыми были его труды по истории кинематографа.
Кинематограф Бразийак был очарован искусством кинематографа и написал книгу об истории кино в 1935 году под названием «Histoire du cinéma» (переизданную в 1943 году) совместно с Морисом Бардешем. Эта книга была, по оценкам некоторых исследователей, «наиболее выдающейся работой по эстетической истории кино как минимум в течение десятилетия», а также стала произведением, которое оказывало значительное влияние на развитие теории кинокритики через Жоржа Садуля (который, тем не менее, не питал симпатий к авторам) вплоть до 1970-х годовDavid Bordwell, On the history of film style, Harvard University Press, 1997, at p. 40 and 42. В отличие от некоторых других авторов и критиков периода того периода, Бразийак не осуществлял подход к искусству кинематографа через откровенно политическую составляющую, хотя в переиздании его работы 1943 года содержатся определённые антисемитские высказывания, не включённые в оригинал1943 additions: On the history of film style, p.40. Несмотря на то, что Бразийак и Бардеш были ярыми националистами и полагали, что каждая нация и народ имеют уникальный стиль кино, авторы в своей работе сосредоточились на международных тенденциях, а не национальныхOn the history of film style, p.39. Бразийак был вхож в Cercle du cinéma известного киноэнтузиаста Анри Ланглуа. Свои личные вкусы он подробно излагал в своих основных работах и статьях, посвящённых кинематографу. Они варьировались от российского кинематографа (Броненосец «Потёмкин» и Александр НевскийPhilippe d’Hughes, «L'étincelante génération Brasillach» 41 (March-April 2009) NRH, 25-27) до фильмов таких классиков, как Чарли Чаплин, Георг Вильгельм Пабст, Рене Клер и Жан Ренуар, а также и некоторых голливудских кинокартин, срежиссированных Джоном Фордом, Фрэнком Борзейги и Кингом Видором. Бразийака в их работах привлекала в первую очередь оригинальность подачи. Он был первым крупным кинокритиком во Франции, который обратил внимание на японский кинематограф, а именно на кинопроизведения Ясудзиро Одзу, Кэндзи Мидзогути и Хэйноскэ Гошоsee Maurice Bardeche and Robert Brasillach, Histoire du cinéma «Le cinéma japonais» Tome II, p:381-412, Les sept couleurs, Paris, 1964. Находясь в тюрьме, он работал над третьим изданием своей труда о кинематографе и начал адаптировать работу о шекспировском Фальстафе, фильм о котором он надеялся снять с участием Ремю.
Политика и деятельность во время войны Бразийак был редактором Je suis partout, фашистской газеты, основанной диссидентами из Аксьон Франсез и возглавляемой Пьером Гаксотом. Его также привлекало фашистское движение рексистов в Бельгии, и он написал статью, а позднее и книгу о лидере движения, Леоне Дегреле. Бразийак восхищался Дегрелем: ему импонировала молодость и харизма политика, а также тот факт, что он заявлял, что он не отождествлял себя ни с левыми, ни с правыми, поддерживая бастующих рабочих и вместе с тем пропагандируя любовь к королю, семье и Богу и желая создать антикоммунистическое и антикапиталистическое корпоративистское государство, основанное на христианской морали«Lettre a une provinciale: visite a Leon Degrelle» Je Suis Partout, 20 juin 1936. Дегрель пошёл на сотрудничество с нацистами во время оккупации Бельгии и служил в ваффен-СС. Большое впечатление на Бразийака производил также и Хосе Антонио Примо де Ривера и его движение фалангистовPhilippe D’Hugues, «Brasillach et l’Allemagne», in La Nouvelle Revue d’Histoire, Numero 50, 2010 at p. 45. Примечательно, что одновременно с этим он называл «Майн Кампф» «шедевром кретинизма», где Гитлер казался «своего рода разъярённым школьным учителем»Philippe D’Hugues, «Brasillach et l’Allemagne», in La Nouvelle Revue d’Histoire, Numéro 50, 2010 at p. 46.
Будучи солдатом в 1940 году, Бразийак был захвачен немцами и провёл в плену несколько месяцев после падения Франции. На судебном процессе против публициста сторона обвинения утверждала, что его освобождение было обусловлено тем фактом, что он писал прогерманские статьи, находясь в пленуQuatre procès de trahison devant la cour de justice de Paris: Paquis, Buchard, Luchaire, Brasillach (réquisitoires et plaidoiries) (Les éditions de Paris, 1947). Бразийак был освобождён в начале 1941 года и вернулся к своей работе редактора Je suis partout. Он также писал в угоду режиму Виши, но затем занял ещё более германофильские позиции и начал критиковать вишистский режим. В составе группы прогерманских французских писателей и художников принял участие в Веймарском собрании поэтов 1941 г., где была основана коллаборационистская «Европейская ассоциация писателей»Philippe D’Hugues, «Brasillach et l’Allemagne», in La Nouvelle Revue d’Histoire, Numero 50, 2010 at p. 47. В ноябре 1942 года Бразийак поддержал милитаризацию неоккупированной зоны под руководством правительства Виши, заявляя, что она «воссоединила Францию». Он побывал на месте Катынского расстрела, объездил весь Восточный фронт, встречался с французскими добровольцами и написал, по возвращении во Францию, что ушёл от «рационального» коллаборационизма и пришёл к коллаборационизму «сердца» («De collaborationiste de raison, je suis devenu collaborationiste de coeur»)Philippe D’Hugues, «Brasillach et l’Allemagne», in La Nouvelle Revue d’Histoire, Numero 50, 2010 at p. 47-48. Он предлагал казнить левых политиков и летом 1944 года подписал петицию, где призывал к расстрелу всех членов французского Сопротивления. Бразийак считал себя «умеренным» антисемитом, и поэтому был смещён на посту главного редактора Je suis partout в 1943 году Пьером-Антуаном Кусто, который придерживался более радикальных взглядовfor a history of Je suis partout see: Pierre-Marie Dioudonnat Je suis partout (1930—1944). . Писатель также был членом Коллаборационной группы (Groupe Collaboration), общественного объединения, которое занималось налаживанием тесных культурных связей между Францией и ГерманиейKaren Fiss, Grand Illusion: The Third Reich, the Paris Exposition, and the Cultural Seduction of France, University of Chicago Press, 2009, p. 204. Он продолжал работать в различных журналах, включая Révolution nationale и le Petit Parisien. После освобождения Парижа Бразийак прятался на чердаке, шутя по этому поводу в своём дневнике: «евреи живут в шкафах уже в течение четырёх лет, почему бы не начать подражать им?»Kaplan, Alice (2006).
14 сентября 1944 года он сдался союзникам, когда услышал, что его мать была арестована. Он явился в префектуру, где дежурил его однокашник, который дал понять: «Тебе лучше уйти, тебя здесь не было», но Бразийак поднял шум, во всеуслышание назвав себя, добился своего ареста и освобождения родственников. Следующие пять месяцев своей жизни он провёл в тюрьме, продолжая заниматься литературной деятельностью.
Суд и казнь Суд над писателем состоялся 19 января 1945 года в Париже. Судья, что примечательно, исполнял свои обязанности и при режиме Виши. Прокурор основное внимание сосредоточил на яростных антисемитских взглядах публициста, связывая хвалебные статьи о Германии и порицание организации Сопротивления с преступлениями, совершёнными солдатами СС, а также играл на гомофобских настроениях общественности, многократно привлекая внимание присяжных к гомосексуальной ориентации Бразийака, замечая, так сказать, что он спал с врагом и одобрял «проникновение» Германии во ФранциюQuatre procès de trahison. Бразийак был приговорён к смерти. «Это честь!» ― сказал писатель своим разгневанным сторонникам.
Приговор вызвал яростные споры в литературных кругах Франции: даже некоторые политические оппоненты Бразийака выступили с протестом. Франсуа Мориак, известный французский писатель и деятель движения Сопротивления, которого сам Бразийак поливал грязью в прессе, подал петицию Шарлю Де Голлю о смягчении наказания. В первой редакции были следующие слова: «Мы просто полагаем, представляя себе этого человека, нашего врага, привязанным к расстрельному столбу, человека, в котором мы с внезапным изумлением узнали своего брата, что неправому делу не нужны мученики и что прощение может быть порой самым решительным и одновременно самым мудрым наказанием». Петиция была подписана в том числе и такими выдающимися французскими литераторами, как Поль Валери, Поль Клодель, Альбер Камю, Жан Кокто, Колетт, Артюр Онеггер, Жан Ануй и прочимиJean Lacouture, La raison de l’autre, Montesquieu, Mauriac, Confluences, 2002.. Ставить ли подпись, Камю размышлял два дня. Бразийака как писателя Камю считал ничтожеством, как человека — презирал. Он не мог забыть друзей, убитых теми, кого вдохновлял Бразийак, и помнил, что тот не заступился за расстрелянных коммунистов — «рыжего философа» Жоржа Политцера и писателя Жака Декура. Но отвращение Камю к смертной казни оказалось сильнее всех прочих чувств.
Де Голль отверг петицию, и Бразийак был расстрелян в Монруже 6 февраля 1945 года. Существует предположение о том, что Де Голль отказался помиловать писателя потому, что тот многократно призывал казнить Жоржа Манделя. Де Голль восхищался Манделем, который был одним из выдающихся политиков консервативного толка (а также был евреем), и который был убит сотрудниками Милиции в самом конце немецкой оккупацииJean-Luc Barré, " Brasillach, Robert (1909—1945) ", Dictionnaire de Gaulle, Paris, Éditions Robert Laffont, coll.. Перед смертью Бразийак выкрикнул «Всё равно да здравствует Франция!» («Vive la France quand même!»). Писатель был похоронен в Париже. Кокто счёл казнь «нелепого и зловредного» Бразийака вопиющей несправедливостью: «хватит приговаривать к смерти писателей и оставлять в покое тех, кто поставлял оружие немецкой армии», ― так говорил писатель. Морис Бардеш, соратник Бразийака, который был также женат на его сестре, после своей смерти был захоронен рядом с ним.
Наследие Когда его жизнь подходила к концу, Бразийак пытался защитить своё литературное наследие. Он сочинил несколько произведений в ожидании суда и казни, в том числе сборник стихов и письмо к французской молодёжи будущего, объясняя и оправдывая свои действия (Lettre à un soldat de la classe de soixante). В письме он не выказал раскаяния в поддержке фашистской идеологии, в антисемитских взглядах или относительно своей деятельности во время войны, хотя утверждал, что не подозревал о том факте, что французские евреи отправлялись на смерть во время своей депортации.
Элис Каплан, автор биографии Бразийака, отмечала, что смерть писателя сделала его «Джеймсом Дином французского фашизма» и мучеником среди ультраправых. Франсуа Трюффо, французский кинорежиссёр, давал высокую оценку трудам БразийакаAntoine de Baecque and Serge Toubiana, Truffaut: A Biography (University of California Press, 1999)at p. 85.