Рабство в Российской Федерации — совокупность преступных практик, связанных с обращением человека в состояние фактической несвободы и его эксплуатацией в формах, которые в международно-правовой и исследовательской литературе обычно рассматриваются как современное рабство. В международном употреблении это понятие охватывает рабство и практики, сходные с рабством, принудительный труд, долговую кабалу, торговлю людьми и иные формы эксплуатации, от которых человек не может свободно отказаться или уйти.
В российском уголовном праве деяния, относимые к этой сфере, квалифицируются прежде всего как торговля людьми и использование рабского труда; к смежным составам относятся похищение человека и незаконное лишение свободы. Международные организации и исследователи рассматривают современные формы рабства в России главным образом в связи с трудовой и сексуальной эксплуатацией, а также с эксплуатацией людей, находящихся в уязвимом положении, включая мигрантов.
Исторический контекст Современные формы рабства и практик, сходных с рабством, на территории Российской Федерации обычно рассматриваются не как прямое продолжение дореволюционных институтов зависимости, а в более широком контексте истории несвободного и принудительного труда в России. В дореволюционный период важнейшим институтом личной зависимости было крепостное право, при котором значительная часть крестьянства была прикреплена к земле и ограничена в свободе передвижения; этот институт был упразднён в ходе реформ Александра II в 1861 году.
Значимым историческим фоном для темы принудительного труда в XX веке стала советская система исправительно-трудовых лагерей. Энциклопедические и исторические источники характеризуют ГУЛАГ как сеть лагерей и колоний, существовавшую с 1920-х до середины 1950-х годов и широко использовавшую труд заключённых на строительстве, лесозаготовках, в добывающей промышленности и на других работах. Хотя советский лагерный труд и современные формы торговли людьми относятся к различным историческим и правовым явлениям, в исследовательской литературе они рассматриваются в рамках более широкой истории несвободного труда в России.
В постсоветский период проблема современных форм рабства стала предметом самостоятельного общественного, исследовательского и правового осмысления. Исследователи связывают её обострение в 1990-х и 2000-х годах с социально-экономическим кризисом после распада СССР, ослаблением системы социальной защиты, расширением теневого рынка труда и ростом миграционных потоков. В российском уголовном законодательстве специальные нормы о торговле людьми и использовании рабского труда были введены в 2003 году, когда в Уголовный кодекс Российской Федерации были включены статьи 127.1 и 127.2.
Правовое регулирование
Международные обязательства Международно-правовая основа противодействия рабству, подневольному состоянию, принудительному труду и торговле людьми в России складывается из универсальных договоров ООН и конвенций Международной организации труда. К числу базовых международных актов относятся Конвенция о рабстве 1926 года в редакции Протокола 1953 года и Дополнительная конвенция об упразднении рабства, работорговли и институтов и обычаев, сходных с рабством 1956 года.
Для современного регулирования торговли людьми ключевое значение имеют Конвенция Организации Объединённых Наций против транснациональной организованной преступности и дополняющий её Протокол о предупреждении и пресечении торговли людьми, особенно женщинами и детьми, и наказании за неё (Палермский протокол), ратифицированные Российской Федерацией в 2004 году. В статье 3 Палермского протокола торговля людьми определяется как вербовка, перевозка, передача, укрывательство или получение людей в целях эксплуатации; к эксплуатации, как минимум, отнесены использование проституции других лиц или иные формы сексуальной эксплуатации, принудительный труд или услуги, рабство или обычаи, сходные с рабством, подневольное состояние и изъятие органов.
В сфере запрещения принудительного труда для России также значимы конвенции МОТ № 29 О принудительном или обязательном труде 1930 года и № 105 Об упразднении принудительного труда 1957 года; по данным NORMLEX, Российская Федерация ратифицировала Конвенцию № 29, Протокол 2014 года к ней и Конвенцию № 105.
До 16 сентября 2022 года Российская Федерация являлась стороной Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод; статья 4 Конвенции запрещает рабство, подневольное состояние и принудительный или обязательный труд. После прекращения участия России Конвенция и практика Европейского суда по правам человека сохраняют значение для оценки событий, произошедших до этой даты.
Российское законодательство Внутригосударственная правовая база противодействия рабству и сходным с ним практикам в России включает конституционные, трудовые и уголовно-правовые нормы. Конституция Российской Федерации закрепляет принцип свободы труда и прямо запрещает принудительный труд в статье 37.
Трудовой кодекс Российской Федерации в статье 4 запрещает принудительный труд и раскрывает это понятие применительно к трудовому праву как выполнение работы под угрозой применения какого-либо наказания; та же статья перечисляет ситуации, которые не считаются принудительным трудом для целей трудового законодательства.
Основные уголовно-правовые механизмы сосредоточены в статьях 127.1 и 127.2 Уголовного кодекса Российской Федерации, введённых в 2003 году. Статья 127.1 устанавливает ответственность за куплю-продажу человека, иные сделки в отношении человека, а также за совершённые в целях эксплуатации вербовку, перевозку, передачу, укрывательство или получение человека. В примечании к статье под эксплуатацией понимаются использование занятия проституцией другими лицами, иные формы сексуальной эксплуатации, рабский труд (услуги) и подневольное состояние.
Статья 127.2 предусматривает ответственность за использование труда человека, в отношении которого осуществляются полномочия, присущие праву собственности, если лицо по не зависящим от него причинам не может отказаться от выполнения работ или услуг. В правоприменении с этой сферой также связаны статьи 126 и 127 УК РФ, предусматривающие ответственность соответственно за похищение человека и незаконное лишение свободы.
Оценки масштаба и состояния проблемы Оценка масштабов современного рабства и торговли людьми в России затруднена высокой латентностью этих преступлений, различиями между используемыми правовыми и исследовательскими категориями, а также неполнотой административного учёта. Международные организации подчёркивают, что официальная статистика обычно отражает не реальную распространённость явления, а прежде всего выявленные и зарегистрированные случаи; поэтому данные правоохранительных органов, судебной статистики и модельные оценки следует разграничивать.
В международных обзорах и исследовательской литературе Россия рассматривается как страна происхождения, назначения и транзита жертв торговли людьми. При этом трудовая эксплуатация обычно характеризуется как преобладающая форма эксплуатации, тесно связанная с миграцией, теневым рынком труда и уязвимым положением работников.
Официальные и межгосударственные данные фиксируют сравнительно небольшое число выявленных случаев. В опубликованных UNODC профилях по России, основанных на данных МВД, сообщалось о 100 выявленных жертвах торговли людьми в 2010 году; в 2011 году правоохранительные органы зарегистрировали 50 преступлений по статье 127.1 УК РФ, а за первые девять месяцев 2012 года — ещё 50 таких преступлений. Более поздние международные обзоры указывают, что неполнота учёта остаётся существенной проблемой: согласно ежегодному докладу Государственного департамента США, российские власти не сообщили о выявлении ни одной жертвы торговли людьми в течение нескольких последних отчётных периодов, тогда как в 2020 году сообщалось о 52 жертвах; тот же доклад отмечал отсутствие единой государственной системы сбора статистики и практику квалификации части связанных деяний по другим статьям, что затрудняет сопоставление данных.
Существенно более высокие цифры содержатся в модельных оценках неправительственных организаций. Так, Global Slavery Index 2023 оценивал число людей, находившихся в условиях «современного рабства» в России в 2021 году, в 1,899 млн человек, или 13 на 1000 населения. Вместе с тем методология индекса специально оговаривает, что национальные показатели выводятся из региональных оценок ILO, и IOM с помощью модели факторов риска и не должны пониматься как прямой подсчёт фактически выявленных жертв.
Таким образом, оценки масштаба проблемы в России существенно различаются в зависимости от используемой методики: официально выявленные случаи исчисляются десятками или сотнями, тогда как модельные оценки распространённости дают значительно более высокие показатели. В литературе это расхождение обычно объясняется скрытым характером эксплуатации, страхом жертв перед обращением в органы власти, трудностями квалификации и неполнотой государственного учёта.
Основные формы эксплуатации В международных обзорах и исследовательской литературе современные формы рабства и торговли людьми в России обычно рассматриваются прежде всего через трудовую и сексуальную эксплуатацию. В профиле России, подготовленном УНП ООН на основе данных МВД, среди основных форм торговли людьми названы эксплуатация проституции, торговля детьми и трудовая эксплуатация; более поздние международные обзоры также указывают, что трудовая эксплуатация остаётся преобладающей формой, хотя сексуальная эксплуатация также сохраняет значение.
Трудовая эксплуатация Трудовая эксплуатация является наиболее часто упоминаемой формой современной несвободы в России. Международные и правозащитные источники связывают её прежде всего с положением трудовых мигрантов, занятых в теневом или слабо регулируемом секторе экономики. Для таких случаев характерны невыплата заработной платы, изъятие документов, отсутствие письменных договоров, чрезмерно длинный рабочий день, угрозы, физическое принуждение и невозможность свободно прекратить работу.
По данным международных обзоров, случаи трудовой эксплуатации в России фиксировались в строительстве, сельском хозяйстве, лесозаготовках, текстильном производстве, торговле, общественном питании, домашнем обслуживании, сфере перевозок и ряде других отраслей.
Сексуальная эксплуатация Сексуальная эксплуатация остаётся одной из основных форм торговли людьми, связанных с Россией. По данным международных обзоров, жертвами такой эксплуатации становятся как граждане России, так и иностранные граждане; эксплуатация происходит как на территории страны, так и за её пределами. В профиле УНП ООН по России эксплуатация проституции названа одной из основных форм выявляемой торговли людьми, а среди обнаруженных в 2010 году жертв преобладали женщины.
Согласно докладу Государственного департамента США за 2025 год, в России сексуальной эксплуатации подвергаются женщины и дети из самой России, стран Центральной Азии, Европы, Африки и Юго-Восточной Азии; такие случаи фиксировались, в частности, в борделях, гостиницах и саунах. Тот же доклад указывает, что российские женщины и девочки становятся жертвами сексуальной эксплуатации как в России, так и за рубежом.
Принудительные браки и похищение невест Отдельно в международных материалах по России рассматриваются принудительные браки и похищение невест, прежде всего в контексте Северного Кавказа. в заключительных замечаниях по четвёртому и пятому периодическим докладам России выразил обеспокоенность сообщениями о насилии в отношении женщин и девочек на Северном Кавказе, включая так называемые «убийства чести», похищение невест, детские браки и полигамию, и призвал российские власти обеспечивать эффективное расследование таких случаев.