Исто́рия армя́нской лингви́стики насчитывает более 1500 лет. Хотя языкознание, как и риторика с философией, было знакомо армянам ещё до создания армянского письма, начало исследования армянского языка принято связывать с переводом в V веке труда Дионисия Фракийского . В V—VII веках появляется армянская лексикография. С XIII века, параллельно с древнеармянским, начинается изучение среднеармянского языка, претендовавшего, наряду с предшественником, на роль литературного. В школах средневековой Армении велось преподавание грамматики; по словам , «средневековые армяне считали грамматику чем-то бо́льшим, чем изучение меняющегося языка; она дала понимание вечных истин». В 1711 и 1727 годах появляются первые грамматики новоармянского литературного языка. В начале XIX века берёт начало сравнительно-историческое изучение армянского языка, а окончательное установление в 1875 году принадлежности последнего к отдельной ветви индоевропейской языковой семьи вызвало новое направление в истории его исследования. Армянское языкознание имело крупные достижения в XX — начале XXI века как в самой Армении, так и за её пределами.
История армянской лингвистики делится на три периода, каждый из которых, в свою очередь, состоит из ряда этапов.
Изучение истории армянской лингвистики
Первые научные работы, посвящённые отдельным периодам истории армянского языкознания, появились в начале XIX века. в «Армянской грамматике» (1815) даёт перечень армянских грамматистов. в «Grammaire de la langue arménienne» (1828) кратко перечисляет и даёт характеристику изданным до него грамматикам армянского языка — как на армянском, так и на других языках, начиная с V века. Оба исследования кратко передают историю армянской грамматической науки. В статье «Об изучении армянского языка в Европе и научном значении армянской литературы» (1860) Микаэл Налбандян кратко перечисляет европейских арменистов, а также некоторые из их важнейших трудов, после чего переходит к объяснению важности исследования армянского языка и литературы. Теодор Бенфей в «Geschichte der Sprachwissenschaft und orientalischen Philologie in Deutschland» (1869) сообщает разные исторические данные об изучении армянского языка до середины XIX века. В «Armenische Studien» (1877) Пауль де Лагард кратко передаёт историю арменистики в Европе, от Шрёдера до Хюбшмана, особенно выделяя их вклад в области сравнительно-исторического изучения армянского языка. Несмотря на небольшой объём, в работе представлена достаточно полноценная картина истории арменистики этого периода. В статье «Aperçu de l'étude de la langue arménienne en Europe» (1890) Герасим Эзов (Езян) пишет об истории развития в Европе арменистики в целом. Историю арменистики в Европе рассмотрел Гюстав Шрумпф в статьях «The Study of armenian in Europe» (1891) и «On the progress of armenians study» (1890—1891). «Изучение армянского языка и литературы на Западе» (1895) является переводом и обработкой книги Шрумпфа. Дополнения Зарбаналяна составляют примерно половину книги. Исследование рассматривает, в целом, историю арменистики (язык, история, литература и т. д.) в Европе, начиная со Средневековья до конца XIX века. Автор, в основном, знакомит с биографиями арменистов, перечисляет их работы и сообщает также о содержании важнейших из них. Несмотря на ряд недостатков, эта книга считается обобщающим трудом по истории арменистики.
«Арменистика в Западной Европе. Краткое обозрение и библиография» (1910) является кратким изложением исследования Зарбаналяна и содержит богатый библиографический список арменистической литературы (кроме русскоязычной), изданной в Европе до этого. В статье «Прошлое и настоящее армянского языкознания» (1911) Рачия Ачарян очертил общие контуры истории армянской лингвистики. Здесь, хотя и в краткой форме, автор сумел подвергнуть тему научной обработке и привести материал к некоторой системности. Он же составил «Армянскую языковедческую библиографию», в которой собрано 3,8 тысячи книг и статей об армянском языке, изданных как на армянском, так и на других языках. в статье «Индоевропейская семья языков и история армянского языкознания» (1912) касается истории арменистики в краткий период от Петермана до Хюбшмана, а также пишет об армянской диалектологии. предметом своего исследования «Geschichte der armenischen Philologie in kritischer Beleuchtung nach ihren ethnologischen Zusammenhängen dargestellt» (1930) сделал историю армянского языкознания, однако книга ограничивается, в основном, Европой и Россией. Генрих Зеллер в статье «Geschichte der indogermanischen Sprachwissenschaft, II. Die Erforschung der indogermanischen Sprachen» (1927) кратко рассматривает историю изучения армянского языка в Европе.
Истории армянской лексикографии и её разным аспектам посвящены исследования 2000-х годов Р. Казаряна, Г. Тосуняна, В. Петросяна, Н. Мкртчяна, А. Амаляна, А. Погосяна, В. Амбарцумяна.
Исторический очерк
Первый период
V век — первые десятилетия XVII века Ещё до создания армянской письменности в армянском языке появились некоторые грамматические термины, что было обусловлено обучением греческому языку армянской знати и духовенства в период влияния в Армении эллинизма. В середине V века начинается первый период истории армянской лингвистики — эпоха формирования принципов синхронического исследования. Этот период, в свою очередь, делится на три этапа: с V до первых десятилетий XVII века; с начала XVII до последней четверти XVIII века; и период с появления грамматики Чамчяна в 1779 году до 1830-х годов. Уже тогда у армян появилось большое количество трудов по грамматике. Философ Езник Кохбаци в своём труде «Опровержение лжеучений» выработал учение о характере имён. Он же различает «нижние» и «верхние» диалекты.
Важным событием ранней истории армянского языкознания стал перевод «Искусства грамматики» Дионисия Фракийского, осуществлённый во второй половине V века. Это был один из первых переводов грекофильской школы армянского переводческого движения. В армянской версии текста намечается стремление очень точно сохранить структуру греческого языка, однако, исходя из специфики родного языка, переводчик сделал в нём некоторые изменения. Он отмечает 6 падежей армянского языка: именительный, родительный, дательный, творительный, винительный и звательный. Были изменены количества семантических групп наречий и союзов. Раздел о предлогах, где 50 предлогов-приставок и три суффикса передают 18 греческих предлогов-приставок, в дальнейшем был использован переводчиками грекофильской школы. В этом труде впервые делается попытка классификации согласных звуков — «простые», «средние», «густые» — что стало значительным шагом на пути развития фонетики. Переводчик Дионисия сформулировал первые орфографические правила армянского языка. Так например, слова могут заканчиваться на любые буквы, кроме ա, ե, ո, ը. Переводчик очень хорошо понимает грамматическую теорию греческого текста и хорошо владеет армянским. Современные исследователи высоко оценивают этот труд, при том что это был не просто перевод, а скорее адаптация к армянскому языку.
С переводом «Искусства грамматики» в Армении зародилась теоретическая лингвистическая мысль. Были также заложены основы армянской грамматической терминологии и в целом принципов создания научных терминов. В Раннем Средневековье жили первые толкователи армянского перевода Дионисия Фракийского, которые положили начало формированию собственного армянского языкознания. На протяжении VI—XV веков этот труд был основой грамматической теории армянского языка и обучения ему. В толкованиях «Искусства грамматики» изучается древнеармянский язык. Успешному распространению и толкованиям труда способствовали также типологические особенности индоевропейского армянского языка. Йос Вейтенберг подчёркивает, что вплоть до XVII века перевод сохранял своё влияние на армянское языкознание. Серхио ла Порта приводит более 10 комментариев к «Искусству грамматики», написанных разными авторами до XV века. По словам Роберта Томсона, сложность этих комментариев всё сильнее возрастала.
Первый из толкователей Дионисия — живший в V—VI столетиях грамматик Давид. В толковании армянского перевода «Искусства грамматики» он делает первую попытку выведения этимологии слов. После него этим вопросом занимались почти все последующие древние армянские авторы. В отличие от эмпиризма Дионисия, Давид поддерживает рационалистическое понимание грамматики как искусства. Существует гипотеза, согласно которой Давид мог быть также автором перевода Дионисия. Толкование содержит важный материал для истории армянской лингвистики и философии.
В VI веке вопросы лингвистического характера в своих комментариях к труду Аристотеля «Об истолковании» рассматривал философ Давид Анахт.
Из раннесредневековых толкователей Дионисия известен Аноним VII века. Он отличается более тщательным рассмотрением проблем морфологии и диалектологии. Примечателен его подход в вопросах об имени. Этимологию аноним считал «анализом слогов в совершенных и первообразных словах», который следует совершать через осмысление слова.
Живший в VII—VIII веках грамматик Мовсес также выступает за рационалистическое понимание грамматики. Подобно Давиду и Анониму, в своём толковании грамматики Дионисия он достаточно осторожно анализирует вопросы, касающиеся, например, двойственного числа или грамматического рода: Мовсес считал, что подобные понятия в армянском языке отсутствуют.
В VIII веке жил Степанос Сюнеци, автор двух грамматических трудов. Приводя первую классификацию диалектов, Сюнеци пишет о центральных и периферийных диалектах армянского языка, среди последних упоминая корчайский, тайкский, хутский, Четвёртой Армении, сперский, сюникский и арцахский. Сюнеци считал письменность инструментом поддержания правильной речи, а грамматику — методом поддерживания правильной письменной и устной речи, средством препятствования искажению языка и установления его правил. Он привёл канонические произношения разных звуков и слогов, создал принцип классификации гласных и дифтонгов на основании их тональных отличий, написал об интонационном своеобразии разных типов предложений. Этимологию он считал восстановлением «правильности имён и глаголов», продемонстрировав собственный метод этимологизации.
Уже ранние армянские грамматики, в отличие от древних греков, определённо различали понятия «звук» и «письмо». Для первого употребляется слово taṙ — «буква»; понятие письма передавалось как gir или nšanagir. В армянском алфавите каждой фонеме соответствует одна буква, что способствовало более точному подходу к этой проблеме.
В IX веке жил Григор-Амам, ещё один толкователь «Искусства грамматики» Дионисия Фракийского. Его работа представляет собой скорее богословский трактат, чем толкование грамматики. В отличие от грамматиков предыдущих периодов, Григор не отличается хорошим знанием античной литературы; он анализирует грамматические категории аллегорически, его этимология произвольна. Согласно Роберте Эрвин, интерес Григора-Амама заключался исключительно в причастности грамматики к богословию.