Э́мма Эли́забет Смит (; ок. 1843 — 4 апреля 1888) — лондонская проститутка, известная как первая жертва убийств в Уайтчепеле и предполагаемая жертва Джека-потрошителя.
Смит, сорокапятилетняя вдова, последние месяцы жизни провела в в Спитлфилдзе — в самом сердце трущоб Уайтчепела, где процветали крайняя нищета, бродяжничество, пьянство и повальная проституция. 2 апреля Эмма Элизабет, занимавшаяся проституцией, по обыкновению покинула ночлежку около семи часов вечера в поисках клиентов. Смит возвращалась домой примерно в половине второго ночи 3 апреля, когда на неё напали трое мужчин, избившие и ограбившие её. Спустя несколько часов Эмма Элизабет добралась до дома, где смотрительница ночлежки приняла решение отправить Смит в госпиталь. В госпитале жертву нападения осмотрел хирург, пришедший к выводу, что, помимо прочего, у Смит была повреждена брюшина, вследствие чего у неё развился перитонит, от которого Эмма Элизабет умерла в девять часов утра 4 апреля.
Расследование было начато 7 апреля, поскольку полиции о случившемся сообщили только днём ранее. Делом занимался коронер восточного Мидлсекса , который также расследовал гибель шести следующих жертв. 7 апреля полиция посетила госпиталь и пришла к выводу, что смерть Эммы Элизабет наступила в результате «умышленного убийства». Дальнейшее расследование показало лишь, что на Смит было совершено нападение лицом или группой лиц, приведшее к смерти. Виновные так и не были найдены, как не было произведено ни одного ареста. Позднее дело было передано в руки инспектора Службы столичной полиции , служившего в отделе H Уайтчепела. Один из детективов из того же отдела, Уолтер Дью, считал, что Эмма Элизабет стала первой жертвой знаменитого убийцы Джека-потрошителя, хотя достоверных доказательств этому нет. Вероятнее всего, Смит стала жертвой одной из банд, действовавших на территории Уайтчепела и в его окрестностях.
Биография О жизни Смит известно крайне мало. Многие полицейские документы, собранные в ходе расследования, были утеряны. Известно, что она родилась приблизительно в 1843 году, поскольку на момент смерти ей было 45 лет; имела рост 5 футов 2 дюйма (около 157—158 см), светло-каштановые волосы, светлый цвет лица и шрам на правом виске. Эмма Элизабет утверждала, что была деревенской девушкой и, по-видимому, не бывала дома уже около десяти или более лет. В сохранившихся записях инспектор , расследовавший дело Смит, писал, что она была вдовой и у неё были сын и дочь, проживавшие в районе парка Финсбери. Сама Смит последние восемнадцать месяцев жизни снимала за 4 пенни койку в на Джордж-стрит, 18, в Спитлфилдзе — в самом сердце трущоб Уайтчепела, где процветали крайняя нищета, бродяжничество, пьянство и повальная проституция.
Другие постояльцы дома отмечали, что Смит покидала ночлежку примерно в шесть или семь часов вечера и возвращалась в разное время — обычно пьяная. Очевидно, алкоголизм плохо отражался на поведении Эммы Элизабет: смотрительница ночлежки на Джордж-стрит, 18, миссис Мэри Рассел говорила, что знала Смит около двух лет, и та, когда выпивала, вела себя как безумная; кроме того, по словам Рассел, Эмма Элизабет часто возвращалась домой с синяками под глазами, которыми её награждали клиенты, а однажды даже заявила, что её выбросили из окна.
Детектив Уолтер Дью позднее писал в автобиографии о Смит: «Эмма, женщина немного за сорок, имела некую загадку. Её прошлое было закрытой книгой даже для самых близких друзей. Всё, что она когда-либо рассказывала о себе, было то, что она была вдовой, которая более десяти лет назад потеряла мужа и отказалась от всех своих прежних привязанностей. В Эмме Смит было что-то такое, что предполагало, что было время, когда она жила комфортной жизнью. В манере речи ощущалась некая культура, непривычная для её класса. Когда Эмму спросили однажды, почему она полностью отказалась от своей старой жизни, она ответила с лёгкой задумчивостью: „Сейчас они понимают не больше, чем понимали тогда. Я должна как-то жить“».
Обстоятельства смерти Понедельник 2 апреля 1888 года был днём банковских каникул; в этот день около семи часов вечера Смит покинула свою комнату на Джордж-стрит и провела большую часть вечера в районе Уайтчепел-Хай-стрит и к востоку от неё в поисках клиентов. Через пятнадцать минут после полуночи 3 апреля (день Пасхи) Смит видела ещё одна квартирантка с Джордж-стрит — Мэри Хейс (Маргарет Хеймс): со слов Хейс, на углу Фэрренс-стрит и Бардетт-роуд в районе Эмма Элизабет говорила с мужчиной среднего роста, одетым в тёмный костюм с белым шёлковым шейным платком. В дальнейшем мужчина, с которым Смит видела Хейс, не рассматривался как подозреваемый и не считался причастным к последующим событиями, произошедшим с Эммой Элизабет 3 апреля. Примечательно, что за несколько минут до того, как увидеть Смит с тем мужчиной, сама Мэри Хейс подверглась нападению: двое мужчин остановили её, а когда один из них спросил у неё, сколько времени, другой ударил Хейс по лицу, после чего оба сбежали. После этого Хейс и увидела Смит с мужчиной, выходящих из района, где «была какая-то тяжёлая работа в ту ночь». Мэри также сообщила следствию, что на Эмму Элизабет уже совершалось нападение: незадолго до Рождества 1887 года несколько мужчин избили её, и она провела две недели в лазарете.
Дальнейшие события были установлены со слов самой Смит. Она возвращалась домой примерно в половине второго ночи и только миновала церковь Святой Марии в Уайтчепеле, когда заметила, что ей навстречу идут трое мужчин. Чтобы избежать встречи с ними, Эмма Элизабет перешла через дорогу в надежде, что мужчины последуют своим путём. Однако те направились за ней и напротив дома № 10 по примерно в трёхстах ярдах от Джордж-стрит, 18, напали на Смит, ограбили и избили её. Между двумя и тремя часами утра Эмма Элизабет добралась до своей ночлежки; в то же время, в отчётах следствия говорится о том, что Смит добралась до ночлежки только между четырьмя и пятью часами утра, что могло говорить о тяжести ран, из-за которых женщина преодолевала 300 ярдов несколько часов. В ночлежке Эмма Элизабет столкнулась с двумя квартирантками, Мэри Хейс и Энни Ли, а также смотрительницей Мэри Рассел. Ли и Рассел видели, что лицо Смит кровоточит, а правое ухо отрезано. Смит также пожаловалась на боль в нижней части живота, и смотрительница ночлежки Мэри Рассел приняла решение вместе с Энни Ли сопроводить Эмму Элизабет в на Уайтчепел-роуд, примерно в полумиле от ночлежки. По сообщениям свидетелей, Эмма Элизабет с неохотой отправилась в больницу, поскольку, как и местные жители, боялась её. Интерн госпиталя Фредерик Треверс, работавший в нём в 1888 году, так говорил об этом: «Больница в дни, о которых мы говорим, была анафемой. Бедняки ненавидели её. Они боялись её. Они рассматривали её прежде всего как место, где люди умирали. Сложно было заставить пациента войти в палату. Они боялись операций, по ясной причине, потому что операция была делом сомнительным. На слуху были истории, которые случались в больнице, и нельзя было утверждать, что некоторые из этих историй не были правдой».
Женщины успели пройти полмили до больницы, когда Смит указала на место, близкое к какао-фабрике Taylor Brothers Mustard and Cocoa Mill, где на неё было совершено нападение. Мэри Рассел сказала полиции, что Смит, похоже, не хотела вдаваться в подробности; Рассел считала, что происходило это от того, что Эмма Элизабет испытывала сильную боль, но инспектор Эдмунд Рид в своём докладе отметил, что «она миновала бы нескольких постовых по дороге [в ночлежку], но никто [из постовых] не был проинформирован об инциденте и не получил просьбу о помощи». Возможно, нежелание привлекать полицию у Смит возникло из-за того, что она знала нападавших и знала, что ей отомстят, если она сообщат что-либо полиции. Однако Эмма Элизабет рассказала о том, что на неё напали трое мужчин, младшему из которых было всего около 18-19 лет.
В госпитале Смит осмотрел хирург Джордж Хэслип, пришедший к выводу, что, помимо прочих травм, у жертвы нападения была повреждена брюшина, вследствие того, что во время избиения в её влагалище был вставлен тупой предмет, предположительно палка. Врач предположил, что Смит была пьяна, однако это было не так, и Эмма Элизабет вполне понимала, что происходит. Смит была оказана медицинская помощь, однако лечение не помогало: у Эммы Элизабет развился перитонит, она впала в кому и затем умерла в девять часов утра в среду 4 апреля 1888 года.
Расследование
Расследование было начато 7 апреля, поскольку полиции о случившемся сообщили только днём ранее. Делом занимался коронер восточного Мидлсекса , который также расследовал гибель шести следующих жертв; в помощь ему был выделен местный инспектор полиции Джон Уэст. 7 апреля полиция посетила госпиталь и пришла к выводу, что смерть Эммы Элизабет наступила в результате «умышленного убийства». Позднее дело было передано в руки инспектора Службы столичной полиции Эдмунда Рида, служившего в отделе H Уайтчепела. Он отмечал, что одежда на жертве была настолько грязной и рваной, что невозможно было определить, являлось ли это следствием нападения. Дальнейшее расследование показало лишь, что на Смит было совершено нападение лицом или группой лиц, приведшее к смерти. Виновные так и не были найдены, как не было произведено ни одного ареста. Уолтер Дью, детектив-констебль из того же отдела, что и Рид, позднее так описывал расследование: «Как и во всех случаях убийства в этой стране, какими бы бедными и беспомощными ни были жертвы, полиция прилагает все усилия для того, чтобы отследить нападавшего на Эмму Смит. В поисках улик были осмотрены все возможные и невозможные места. Сотни людей были опрошены. Были допрошены солдаты из лондонского Тауэра [служившие при отделе H], патрулировавшие улицы. Были обысканы корабли в доках и опрошены матросы».
Из всех следователей, причастных к делу Джека-потрошителя, только Уолтер Дью считал, что Эмма Элизабет была жертвой Уайтчепельского маньяка; в автобиографии Дью писал: «Я всегда считал, что Эмма Смит была первой, кто встретил смерть от руки Джека-потрошителя». Однако воспоминания Дью о некоторых деталях происшествия со Смит были неверны, и совершенно ясно, что Эмма Элизабет стала жертвой жестокого нападения нескольких мужчин — предположительно банды, занимавшейся ограблениями на . Проститутки часто находились под властью банд, и Смит могла быть атакована её сутенёрами в качестве наказания за неподчинение им или же в качестве запугивания с их стороны. Однако именно убийство Смит положило начало полицейскому досье «Убийства белых» — делу, которое оставалось открытым вплоть до завершения расследования убийства Фрэнсис Коулз в феврале 1891 года. Дело объединяло убийства, приписываемые Джеку-потрошителю, но не все убийства были делом его рук; кроме того, существуют разногласия по поводу того, какие именно преступления были совершены Потрошителем. Тем не менее, Эмма Элизабет Смит была явно жертвой жестокого нападения — одного из нескольких, произошедших той ночью на улицах города. Следствие пришло к выводу, что убийство Эммы Элизабет Смит вряд ли было связано с последующими.