Ия Николаевна Фе́шина (, 14 июня 1914, Казань, Российская империя — 20 сентября 2002, Таос, США, в замужестве Радьяр () по первому супругу, Фешина-Брэнем (, в других транскрипциях Бранхам и Бренхам) — по второму) — дочь российского, советского и американского художника Николая Фешина, балерина и психиатр (арт-терапевт), автор воспоминаний о Николае Фешине, книг и статей о его творчестве, основатель расположенного в Таосе частного музея, посвящённого творчеству Николая Фешина. На протяжении значительной части своей жизни служила моделью для отца. Биограф художника кандидат искусствоведения Галина Тулузакова называет её портреты «безусловными шедеврами». В своей статье она утверждала: «Каждый из многочисленных портретов дочери отражает и безмерность отцовской любви, и блестящее мастерство большого художника. В портретах Ии кисти Николая Фешина идеальное и реальное, желаемое и действительное, жизнь и искусство счастливо соединялись». По словам поэта и художника, последнего председателя Товарищества передвижников и первого председателя Ассоциации художников революционной России Павла Радимова, «головка Ии в многочисленных набросках и этюдах Фешина блистала всем восторгом отцовской любви».
Фешин создавал живописные портреты, карандашные рисунки, вырезал из дерева изображения дочери с самого её рождения до двадцатилетия. Известны около сорока портретных изображений Ии, созданных отцом. Большинство из них находятся в музейных и частных коллекциях России и США. В российских собраниях к 2011 году было выявлено три живописных этюда и одна миниатюра (ещё одна под вопросом). Местонахождение некоторых полотен Николая Фешина с изображением дочери неизвестно.
Биография
Ия Фешина родилась в 1914 году в Казани в семье художника Николая Ивановича Фешина, который в то время уже был достаточно хорошо известен, как в России, так и в Европе. Мать — Александра Николаевна Фешина (урождённая Бе́лькович), одна из дочерей первого заведующего Казанской художественной школой, — была на одиннадцать лет моложе мужа. Девочку крестили в местной церкви Святой Великомученицы Варвары. Отец, по словам кандидата искусствоведения Галины Тулузаковой, «боготворил» своего единственного ребёнка, а дочь отвечала ему полной взаимностью — её отношение к отцу «было трепетным» (в 1933 году, когда семья распалась, Николай Иванович и Александра Николаевна развелись, Ия осталась с отцом). Фешин постоянно писал этюды и портреты Ии с самого её рождения, отмечая взросление дочери. Многие этюды «поражают своей точностью, эмоциональной насыщенностью и блестящей живописной маэстрией».
Сохранилось небольшое количество документальных свидетельств современников о детстве Ии Фешиной в России. Наталья Кротова, позировавшая художнику, писала в своих воспоминаниях о посещении семьи Фешиных: «Там я встретила его дочку Ию, которая тоже вышла погулять. Мы с ней приятно провели около часа. Ей тогда было лет шесть. Она очень мило держалась и ничуть не стеснялась, весело болтала со мной». Значительное место занимает Ия Фешина в книге её матери Александры Фешиной «Шаги в прошлое» (, 1937), которая представляет собой два рассказа на английском языке о бегстве белогвардейцев из Казани и жизни семьи Фешиных в Васильево в 30 вёрстах от Казани в годы гражданской войны.
В 1923 году Ия вместе с родителями в возрасте девяти лет эмигрировала в США. Первоначально семья поселилась в Нью-Йорке. В 1927 году семья переехала в Таос, штат Нью-Мексико, где остановилась у Мэйбл Додж Лухан, покровительницы Таосской художественной колонии. Вскоре семья Фешиных купила семь акров () земли. По своему проекту Николай Фешин построил на ней дом со студией. Ия вспоминала (с сохранением орфографии и стиля оригинала): «Для меня купили лошадей, и я почти каждый день каталась верхом — иногда с Хелен Блюменсхайн (дочерью художника ). У меня были домашние учителяУ Ии Фешиной были частные учителя музыки и верховой езды — . Первая (и самое продолжительное время) это была миссис Филлипс, жена художника …». В американский период своего детства Ия постоянно находилась среди деятелей музыки, изобразительного искусства, литературы, среди них: писательница Фрида Лоуренс и художница .
В 1933 году после развода родителей Ия осталась с отцом. Фешин отзывался об этом событии в письме брату так: «Увлёкшись одним поэтом, сама захотела стать писательницей. Ты знаешь её взбалмошный характер, поставила всё вверх дном. Изломала мне жизнь. Не шутка, проживши с человеком больше 20 лет, начинать строить жизнь сначала. Было нестерпимо больно. Конечно, при разводе она взяла всё ценное, что было приобретено мной здесь в Америке, и мы теперь с Ийкой настоящие бездомные. Исковеркала и нам, и себе жизнь… Ия, так привязанная к матери раньше, теперь потеряла к ней дружбу и привязалась ко мне и живёт со мной. Решила быть танцовщицей и работает очень усердно и чувствует себя более или менее счастливой. Она, бедная, перестрадала больше всего». Фешин и дочь провели зиму в Нью-Йорке, а затем переехали в Лос-Анджелес. Дом в Таосе был записан на супругу художника и остался ей. Оказалось, что художник и его дочь не приспособлены к самостоятельной жизни (хозяйство прежде вела Александра Фешина): они не знали, как выписывать чеки, заказывать номер в отеле, оба они не умели готовить (единственное блюдо, которое Ия могла приготовить, была гречневая каша). В 1945 году Ия вышла замуж и покинула Калифорнию, где остался отец.
Ия Фешина изучала современный танец и стала профессиональной балериной. В 1930-е годы она выступала в концертном зале «Голливуд-боул» в балете «Весна священная» Игоря Стравинского. В 1936 году Ия состояла в коммунистической балетной труппе под руководством балетмейстера . Завершив карьеру танцовщицы, Фешина попыталась соединить танец с психиатрией, оказавшись среди пионеров арт-терапии. В частности, она, как и её первый супруг, была лично знакома с основателем психодрамы, социометрии и групповой психотерапии Якобом Леви Морено. В 1940-х Фешина получила диплом терапевта современного танца и основала отделение арт-терапии в психиатрической больнице штата Айова. В первой половине 1950-х годов Ия Фешина работала специалистом по душевным болезням в Нью-Йорке. Долгое время она проживала в городе в штате Нью-Мексико, где для танцевальной терапии была построена специальная сцена. Перу Ии Фешиной, в частности, принадлежит небольшая брошюра, посвящённая проблемам самопознания в процессе арт-терапии, вышедшая в 1949 году.
Личная жизнь
Ия Фешина дважды была замужем: первый раз в 1945—1954 годах за писателем, композитором-модернистом, художником-абстракционистом, поэтом, философом и астрологом Дэйном Радьяром. второй раз — с 1954 года за Беннеттом Брэнемом (), который был её соратником в арт-психотерапии и соавтором научных статей. Брак между ними был зарегистрирован в Лос-Анджелесе 26 апреля 1954 года. Брэнем был моложе супруги на девять лет. Газета в 2002 году в некрологе писала о разводе Ии Фешиной со вторым супругом и её раздельном с ним проживании (Ия жила с дочерью в Таосе и Альбукерке)Сайт Find A Grave сообщает о супружеских отношениях пары вплоть до смерти мужа в 1996 году. Он же ошибочно сообщает, что в их браке не было детей — . Во втором браке у Ии родилась дочь Никаэла (). В семье её называли «Никки». Своё имя она получила в честь деда. Она вышла замуж за Марка Доннара и имеет двух дочерей: Кайлу и Рэйчел Доннер.
Популяризация творчества отца После смерти матери в 1983 году дом Фешина в Таосе перешёл по наследству в собственность Ии Николаевны. Она его отреставрировала, реконструировала его интерьеры, чтобы он выглядел таким, каким был при жизни отца. Дом Фешина превратился в частный музей. Ия Николаевна зарегистрировала Институт Фешина — некоммерческую организацию, которая поддерживала дом художника в качестве музея. Институт устраивал выставки, в том числе и современных художников, издавал их каталоги и собственное периодическое издание — информационный листок. В штат Института входила сама Ия Николаевна и волонтёры, Фешина читала лекции по психологии и искусствоведению. Ия Фешина делилась воспоминаниями об отце, предоставляла картины отца из своей коллекции для выставок, организовала перезахоронение праха Н. И. Фешина в Казани в 1976 году. При участии Ии в Таосе была построена гостиница в стиле дома Николая Фешина; часть её доходов предполагалось использовать для поддержки музея, но этот замысел не удалось реализовать (гостиница вскоре была закрыта).
Галина Тулузакова отмечала значение воспоминаний Ии Фешиной для реконструкции взглядов её отца на искусство. Так, Ия писала, что Фешин ценил абстрактное искусство: «…мне хотелось, чтобы отец поэкспериментировал в этом направлении. Он отвечал, что ещё не полностью исчерпал, не довёл до совершенства свой стиль живописи. Сожалел, что у него было недостаточно свободное воображение, поскольку он слишком долго учился…». Она отмечала, что отцу нравилось творчество Пабло Пикассо и Карлоса Мериды, один из эскизов которого он приобрёл. Ия упоминала о любви Фешина к архитектуре и его желании попробовать в ней свои силы. Тулузакова отмечала, что Ия Фешина создала «почти мифологический образ» своего отца. По словам искусствоведа:«Она практически растворилась в своей любви и преклонении перед памятью о самом близком и дорогом ей человеке. Её воспоминания, комментарии, многочисленные интервью имеют исключительную ценность для понимания личности художника и многих важных фактов и деталей его американской жизни…».
Вторая половина жизни Ии Николаевны была посвящена памяти отца. Она много сделала для популяризации искусства Николая Фешина (в частности, она написала предисловие к книге о творчестве Николая Фешина художницы Мэри Бэлком, вышедшей в 1975 году), создала архив отца. По настоянию Ии в 1976 году прах отца перезахоронили в Казани. Она вернула некоторые работы Фешина на родину: подарила несколько графических произведений Третьяковской галерее, а музею в Казани — не только рисунки, но и живописные и скульптурные работы. При помощи Ии Фешиной в 1976 году в Казани, Ленинграде, Санта-Фе и Нью-Йорке была проведена выставка картин художника из собраний СССР и США. Ия Фешина сумела добиться, чтобы дом Николая Фешина в Таосе внесли в Национальный реестр исторических мест США. Сейчас он принадлежит частному Художественному музею Таоса в Доме Фешина (). В нём экспонируются картины самого Николая Фешина, а также работы художников, входивших в Общество художников Таоса в 1910—1930-е годы.
В 2002 году Ия Фешина была похоронена рядом с отцом. Её дочь таким образом выполнила последнюю волю матери.
Ия Фешина в искусстве своего отца
Детей Фешин изображал со времён студенчества и до последних дней жизни. Детство, по его мнению, — «органичное состояние, свободное от напластований времени, социальных условий», в детских портретах Фешина выражалась, со слов Тулузаковой, его вера в априорную гармонию человека, отношение художника к детям вполне серьёзно, без умиления. Он передавал пластичность движений, нежность формирующихся черт лица, живость и непоседливость, капризность. Визитной карточкой российского периода Николая Фешина стал именно детский портрет — «Портрет Вари Адоратской» (1914, коллекция Государственного музея изобразительных искусств Республики Татарстан, Казань).