«Безымянный город» () — рассказ американского писателя Говарда Филлипса Лавкрафта, написанный в январе 1921 года. Впервые издан в ноябрьском выпуске журнала «The Wolverine» 1921 годаLovecraft, H.P. (November 1921). The Nameless City. The Wolverine. ISBN 978-1517226862.. Ученый исследует древний город в Аравийской пустыне. Рассказ состоит из псевдоисторических фактов, которые Лавкрафт будет часто использовать в последующих произведенияхLin Carter cites four different lists of Lovecraft's Cthulhu Mythos stories — including his own and August Derleth's — and though each differs slightly from the others, each begins with "The Nameless City". Carter, pp. 25–26.. Рассказ часто считают первым из «Мифов Ктулху».
Сюжет Повествование происходит от лица археолога, который обнаруживает Безымянный город в Аравийской пустыне, что старше Мемфиса и Вавилона, и любой человеческой цивилизации; это прапредок пирамид, что существовал задолго до Великого потопа. Нет легенд настолько древних, в которых указано его название или времена, когда он был построен. Зато о нем шепчутся пастухи у костров и бормочут старухи в шатрах шейхов. Абдул Альхазред сложил о нем загадочное двустишие: «То не мертво, что вечность охраняет, Смерть вместе с вечностью порою умирает…».
Ученый изучает высеченный в скале храм. Песчаная буря вызывает звон ветра из подземных глубин, подобно тому, как приветствовали солнце колоссы Мемнона с берегов Нила. В храме удивительно низкие алтари, ниши и идолы. Потолок настолько низкий, что едва можно стоять на коленях. Ученый ночует в лагере. В храме на юге он спускается в вырубленный в скале проход, словно, в колодец. Туннель ведет в зал, освещенный жуткой подземной фосфоресценцией, где стоят гробы с мумиями рептилий. Настенная роспись и фрески неописуемых цветов, и линий отражает историю города.
Безымянный город построила древняя раса рептилий, внешне похожих на помесь аллигатора, крокодила и тюленя. Эти существа передвигались ползком, поэтому в архитектуре города низкие потолки и слишком узкие тоннели для человека. Цивилизация рептилий была более развитая, чем египетская и халдейская. Предки рептилий были кочевниками, осевшими здесь 10 миллионов лет назад, на заре земной юности. На фресках отмечены карты исчезнувших континентов и скрытые тоннели, что ведут из этого «Внутреннего мира» () к «Внешнему миру» (). Безымянный город изначально был прибрежным, эта могучая морская метрополия правила миром до того, как Африка поднялась со дна. Позже регион вытеснила пустыня и цивилизация пришла в упадок. Рептилии прорубили тоннель в скале и снизошли в «Другой мир» (), где они обрели вечную жизнь в огромной сияющей пещере. Последние фрески стали менее искусными. Упадок древнего рода сочетался с растущей свирепостью к «Поверхностному миру» (). Виды опустевшего Безымянного города контрастировали с образами Рая (), — слишком экстравагантными, чтобы в них можно было поверить. Этот «Мир вечного дня» () наполняли чудесные города, эфирные холмы и долины, озаряемые лунным светом, а над ними парил золотой нимб, — как призрак из прошлого. Жрецы расы рептилий проводили нечестивые ритуалы и насылали проклятия на «Воздух наверху» (). Представители Старшей расы () растерзали жителей Ирема, Города Столбов ().
Ученый ползком приблизился к светящимся вратам, что ведут глубоко под землю, в «Нижний мир» () или палеозойскую бездну, и увидел картину по ту сторону:Вместо ярко освещенных комнат была лишь бездна бледного сияния (), какую можно представить, глядя с Эвереста на освещённое солнцем море облаков. Передо мной была бесконечность подземного сияния. Проход завершался площадкой, с которой брала начало круто уходившая в бездну лестница с нескончаемой чредой мелких ступенек. Все, что лежало в нескольких футах впереди, скрывал от взора светящийся туман. По левую стену стояла распахнутая массивная бронзовая дверь, неправдоподобно толстая, украшенная фантастическими барельефами. Эта дверь, если бы ее закрыть, могла бы изолировать этот Внутренний мир лучезарного света от вырытых в скале проходов. Я пал ниц на каменный пол и представил себе Безымянный город в период расцвета, растительность долины вокруг него и далекие земли, с которыми торговали его купцы. Я думал о низких храмах и тоннелях, которые были сделаны для того, чтобы выразить свое подобострастие перед богами рептилий. При том, это волей-неволей заставило бы молящихся пресмыкаться. Возможно, ритуал учил их ползать, подражая существам. Мерзкие мумифицированные формы рептилий так напоминали мои собственные. Я был единственным человеком среди реликвий и символов первозданной жизни. Глубокий низкий стон плененных душ нарушил тишину замогильных глубин. Поток холодного воздуха вырывался со свистом точно как на поверхности. Из врат появилась орда жутких существ, которые унесли ученого в населённую гулями () черноту недр Земли (). Я почти потерял рассудок, но даже если это так, мой крик растворился в адском порождении Вавилона и воющих призрачных ветрах. Лишь сумрачные задумчивые боги пустыни () знают, что произошло тогда... какие схватки во мраке я вынес и какой Абаддона вернул меня к жизни. Леденящие кровь проклятия и звериный рык чужеязычных монстров доносится из глубин, скрытых в вечности. Я видел как бешено мчалась кошмарная орда дьяволов, с перекошенными от ненависти мордами, в нелепых доспехах; полупрозрачные порождения расы, чей облик говорил сам за себя — ползучие рептилии Безымянного города!
Персонажи
Рассказчик — ученый и археолог, чьё имя не называется, он в одиночку отправился на верблюде в Аравийскую пустыню, словно в наваждении. Ощутил проклятье витающее над городом и чьё-то незримое присутствие, словно, некий «бесплотный и ускользающий призрак» — эти слова встречаются в рассказе «Полярная звезда».
Абдул Альхазред () — вымышленный автор, мистик. Абдул Альхазред упоминается в произведениях: «Пёс, «Праздник»,«Зов Ктулху», «Случай Чарльза Декстера Варда», «Ужас Данвича», «Шепчущий во тьме», «Хребты Безумия»,«Грёзы в ведьмовском доме»,«Тварь на пороге», «За гранью времён». Роберт Говард упоминает «Некрономикон» и Альхазреда в рассказе «Пламень Ашшурбанипала» (1930). Рептилии () — архидревняя раса, населявшая Землю в доисторические времена.Я не могу передать всю степень их уродливости. Уместнее всего было бы сравнение с рептилиями: было в их очертаниях что-то от крокодила и в то же время нечто тюленье. Но более всего они походили на какие-то фантастические существа, о которых едва ли слышал хоть один биолог или палеонтолог. Они были размером с человека маленького роста, а их передние конечности завершались мелкими, но чётко очерченными стопами, подобно тому, как человеческие руки завершаются ладонями и пальцами. Но самой странной частью их тел были головы: можно подумать о кошке, бульдоге, мифическом Сатире и потомках Адама. Сам Юпитер не мог бы похвалиться таким огромным выпуклым лбом, однако рога, отсутствие носа и крокодилья челюсть не позволяли втиснуть эти головы в пределы каких-либо известных критериев. Роскошные одеяния чудовищ были увешаны украшениями из золота, драгоценных камней и неизвестных блестящих металлов. Для города, они были тем же, чем была волчица для Рима или тотемные животные для индейских племен.
Вдохновение
Рассказ содержит первое упоминание об Абдул Альхазреде, вымышленном авторитете, который позже будет упоминаться во многих произведениях ЛавкрафтаH. P. Lovecraft, "The Call of Cthulhu", The Dunwich Horror and Others.. В письме Фрэнку Белнэпу Лонгу, 26 января 1921 года, Лавкрафт посвятил несколько строк обсуждению рассказа «Безымянный город»:Рискуя навеять на Вас тоску, я прилагаю к своему посланию только что законченный и напечатанный рассказ «Безымянный город». Он составлен на основе сновидения, которое, в свою очередь, было вызвано скорее всего размышлениями над многозначительной фразой: «Не отражаемая чернота бездны», — взятой из сборника «Книги чудес» лорда Дансени (вероятно, из «Приключение трех литературных людей»)H. P. Lovecraft, Selected Letters Vol. 1, p. 122; cited in Joshi and Schultz, pp. 181-182.. Безумный араб Альхазред — вымышленная личность. Приписанное ему двустишие написано мною специально для этого рассказа, а этот псевдоним я использовал в 15 лет, когда был без ума от «Тысяча и одна ночь». Я толком не могу оценить этот рассказ и Вы первый, кто увидит его, и хочу сказать, что вложил в него много труда. Я порвал два варианта начала, уловив нужную линию только с третьей попытки, а также разрушил (лучше сказать, основательно переделал) финальную часть. Моей целью было показать концентрированный поток ужаса, дрожь по телу, ещё раз дрожь, и ещё раз, и каждый раз всё страшнее и страшнее!…Альхазред ещё не назван автором знаменитого «Некрономикона», но «таинственное двустишие», которое Лавкрафт приписывает ему, позже будет адресовано «Некрономикону» в рассказе «Пёс». «Некрономикон» стал самой известной из запретных книг в «Мифах Ктулху». Лавкрафт являлся последователем Эдгара По, а в его рассказе «Падение дома Ашеров» упоминается вымышленная книга «Безумная печаль» сэра Ланселота Каннинга — автора, выдуманного По.
В «Девятом издании Британской энциклопедии» приводится описание «Ирема, город столпов», которое Лавкрафт оттуда скопировал: «город после нашествия захватчиков остаётся целым, но его боятся арабы, потому что он невидим для обычного человека, однако, время от времени и он является некоторым небесным путешественникам»Joshi, S.T.; Schultz, David E. (2004). An H.P. Lovecraft Encyclopedia. Hippocampus Press. p. 182. ISBN 978-0974878911.. Ирем, город столбов, о котором старухи шепчутся в шатрах шейхов, описан в сказке «1001 ночь», где с ним впервые столкнулся Лавкрафт. Ещё одним источником вдохновения мог быть Ирам в Убар, который описан в Коране и должен был находиться в Руб-эль-Хали, части пустыни известной как «пустая четверть». Лавкрафт часто упоминает неисследованные места на карте мира, которые все еще не посещали экспедиции в начале XX века.
Критик Уильям Фулвилер утверждает, что рассказ «У ядра Земли» Эдгара Берроуза был одним из главных источников вдохновения для «Безымянного города», ссылаясь на «расу рептилий, туннель, ведущий к внутренней части земли и скрытый "Мир вечного дня"»William Fulwiler, "E.R.B. and H.P.L.", Black Forbidden Things, Robert M. Price, ed., p. 62.. Фулвилер полагает, что тема «инопланетной расы, более могущественной и умной, чем человек» часто повторяется в трудах Лавкрафта и может происходить из рассказов «Пеллуцидара» БерроузаFulwiler, p. 61.. Однако оба автора опирались на уже существующую и обширную литературу про затерянные города.
Мифология Древнего Египта часто служит фоном для «Лавкрафтовских ужасов», а также её использовал Эдгар По, последователем которого является сам Лавкрафт. В частности, концепция души описывает то, что человек во снах посещает Иные миры как сновидец. Лавкрафт использует элементы космогонии Древнего Египта: Подземный мир, Хаос, Мгла, Бездна и прочее. Египтяне верили, что в горах и под землей находятся врата в Иной мир, где обитают умершие, боги, мифические существа. Туман означает место сотворения жизни, где обитают боги. Также Лавкрафт упоминает божеств из Древнегреческой мифологии.
Рассказ ученого имеет сходство с учениями теософов о Шамбале, — подземной стране, куда ведут множество туннелей по миру. Врата в Шамбалу находятся на вершине гор Тибета и Гималаев, и других местах. Просвещённый человек сможет попасть в Шамбалу, которая иногда описывается как безграничная белесая пустота. По легенде, монахи укрылись от угрозы в этом Подземном мире.
В английской литературе часто описываются Иные миры, такие как «Мир фей» и «Страна богов». В готической литературе часто описывается Луна, Зов мертвецов, храмы, руины, пустошь, затерянные города.
Критика