Депортация китайцев в Советском Союзе была насильственным перемещением китайских граждан и этнических китайцев, являвшихся советскими гражданами, с Дальнего Востока России в Китай и Среднюю Азию, контролируемую Советским Союзом.  Хотя в 1926 году на Дальнем Востоке России проживало более 70 000 китайцев, к 1940-м годам китайцы почти исчезли в этом регионе. Документы, подробно описывающие депортацию китайцев, до сих пор не обнародованы.

С 1926 по 1937 год не менее 12 000 китайцев были депортированы с Дальнего Востока России в китайскую провинцию Синьцзян, около 5500 китайцев поселились в контролируемой Советским Союзом Средней Азии, и 3932 человека были убиты. Не менее 1000 китайцев были заключены в исправительно-трудовые лагеря в республике Коми и Архангельске.  До сих пор некоторые деревни в Коми называются «Китайскими кварталами», потому что в этих местах во время депортации содержались китайские заключённые.  В отличие от других депортированных народов, депортация китайцев и корейцев осуществлялась сотрудниками НКВД их собственной национальности.  В то время как корейцы, китайцы и японцы были вынуждены покинуть российский Дальний Восток, советское правительство запустило кампанию по поощрению одиноких женщин к переселению на Дальний Восток для замещения части депортированного азиатского населения.

Предыстория

Происхождение синофобии

По Айгунскому договору 1858 года и Пекинскому договору 1860 года Россия получила от Китая земли к северу от Амура и к востоку от Уссури, после чего Россия начала колонизировать эти земли. Для России стала насущной необходимость интегрировать приобретённые земли после поражения от Японии в 1905 году, поскольку земли стали потенциальной мишенью японского экспансионизма. Политика колонизации северо-восточных областей Китая привела к притоку китайских рабочих на Дальний Восток России.

Однако рост китайского населения и торговля с Китаем вызвали растущую обеспокоенность в российском правительстве, поскольку китайская иммиграция изменит демографию региона. В результате власти начали ограничивать влияние китайской диаспоры, особенно когда поняли, что местное население по-прежнему считало китайцев собственниками земель, несмотря на завоевание территории русскими.  По словам русского дипломата В. В. Граве, исследовавшего регион в 1910-х годах:

Тем временем китайские диаспоры в России образовывали свои общины, обходившие российскую власть и практиковавшие китайские обычаи, где также возникала этническая преступность. По сравнению с русскими рабочими китайские были дешевле, послушнее и производительнее, что делало их популярными в российском бизнес-секторе. Жёлтая опасность была популярным термином для обозначения этой угрозы в конце XIX и начале XX веков. Китайцы в России, как и другие диаспоры, считались верными своей исконной родине. Как писал Фритьоф Нансен в 1914 году:

Антикитайские кампании

В 1900 году во время «восстания боксёров» в Китае и боёв с китайцами на Амуре военный губернатор Приамурья Константин Николаевич Грибский приказал выселить все китайское население области. Русская армия окружила более 3000 китайцев под Благовещенском и вытеснила их в реку Амур. Из числа выселенных выжило лишь несколько сотен человек. В 1911 году во время эпидемии чумы в Маньчжурии, российские власти снова выселили тысячи китайцев под предлогом эпидемического контроля. Эта акция подверглась критике со стороны российского правительства и деловых кругов из-за важной роли китайцев в местной экономике. В 1913 году некоторые члены Хабаровского съезда рабочих высказались о диаспоре как серьёзной угрозе границам России. Но власти отказались от каких-либо крайних действий против китайцев из-за незаменимой роли китайцев в местной коммерческой деятельности, а скорее надеялись привлечь больше европейских иммигрантов на российский Дальний Восток. Во время Первой мировой войны, когда Верховное командование русской армии заявило, что Германия вербует китайских шпионов из Маньчжурии, несколько тысяч китайских торговцев были депортированы из всех районов, находившихся под военным режимом. Китайцам также был запрещен въезд в Российскую империю, несмотря на нейтральную позицию китайского правительства в отношении войны.

Попытка остановить китайскую иммиграцию вскоре была прервана, поскольку мировая война вызвала острую нехватку рабочей силы в России. Когда в 1915 году ограничения для китайских мигрантов были сняты, российское правительство начало активно привлекать к работе в России большое число китайцев. В результате в Российскую империю въехали более 400 тысяч китайцев, которые работали во всех уголках империи. Однако они пострадали от последующей гражданской войны в России, поскольку подверглись дискриминации и репрессиям со стороны всех участников войны. Согласно китайским дипломатическим документам, Белая армия казнила захваченных китайцев и выставила их тела на всеобщее обозрение в качестве акта устрашения. Китайских мужчин часто арестовывали и казнили без суда и следствия. Недисциплинированные красноармейцы грабили и сжигали этнические китайские деревни, насиловали женщин, убивали случайных китайцев, сажали в тюрьмы и пытали мужчин призывного возраста, интернировали женщин и детей. Многие младшие командиры Красной армии считали любого, кто не говорил по-русски, потенциальными шпионами или иностранными агентами. Кроме того, армия союзников выборочно обыскивала вещи китайских рабочих. Они считали рабочих коммунистами, если им казалось что-то подозрительным, и убивали их без допроса. Около 50 000 китайских рабочих в России вступили в Красную армию, а большинство остальных вернулись на родину с помощью правительства Китая, Китайского общества Красного Креста и китайского профсоюза в России.

Китайский интервенционизм По Айгунскому договору 1858 года китайское население на бывших китайских землях, отошедших к России, оставалось китайскими подданными, имевшими экстерриториальные права и иммунитет от российского владычества. Дипломатические вмешательства Китая для защиты таких прав часто были успешными и оставались в силе до Боксёрского восстания. С образованием Китайской Республики в 1912 году республиканское правительство, по сравнению с предыдущим имперским правительством, больше заботилось о заграничных китайских гражданах и поощряло своих граждан в России к созданию различных самоуправляющихся групп. Эти группы были зарегистрированы совместно правительствами России и Китая, их ежегодные отчёты направлялись в Пекин, а их лидеры были уполномочены Пекином. Российское правительство имело лишь ограниченные сведения о тесных связях группировок с Китаем. В то же время китайские общества самостоятельно решали споры внутри китайской общины, несмотря на российскую юрисдикцию, из-за слабости российской администрации на Дальнем Востоке.

Во время Гражданской войны в России, когда Соединённые Штаты и Япония отправили войска во Владивосток, китайские официальные лица, в том числе находившийся в городе китайский поверенный Лу Шиюань, обратились к Пекину с просьбой о военной защите. В апреле 1918 года китайское правительство направило из Шанхая во Владивосток крейсер «Хай Юн». В последующие месяцы несколько пассажирских судов для эвакуации своих граждан из региона. В 1919 году были дополнительно развёрнуты китайские военные корабли «Chiang Hung», «Li Chuan», «Li Sui» и «Li Chieh» для защиты права китайского судоходства на Амуре. В 1920 году во Владивосток был отправлен «Юн Чиен», чтобы заменить «Хай Юн». «Yung Chien» был последним китайским военным кораблём миссии, покинувшим Владивосток в начале 1921 года.

При советской власти дипломатические представительства Китайской Республики, считавшейся дружественной Советскому Союзу страной, не закрывались, в отличие от представительств других стран. По состоянию на 1938 год в Советском Союзе было 10 китайских консульских учреждений, из которых пять в Средней Азии контролировались местными властями Синьцзяна, а не центральным правительством Китая, а остальные находились во Владивостоке, Хабаровске, Благовещенске, Чите и Новосибирске. Уникальное присутствие китайских дипломатических представительств было связано с советской поддержкой Китайской республики в китайско-японской войне. Однако дружеское отношение не распространялось на китайцев, проживающих в Советском Союзе. Китайцы имели негативный образ среди представителей власти и советское правительство рассматривало их как угрозу государству из-за их связи с японским марионеточным государством Маньчжоу-Го и Японии. НКВД рассматривал враждебность к японцам в общинах как результат провокаций японских шпионов с целью подстрекательства к убийствам японских подданных, тем самым предоставив Японии повод для войны против Советского Союза.

Эволюция советской политики

После Гражданской войны в России правящая Коммунистическая партия ввела новую экономическую политику, которая вскоре привлекла китайских иммигрантов обратно на Дальний Восток России, где не хватало рабочей силы. Хотя советское правительство также переселило 66 202 человека из Европы на Дальний Восток, растущее число китайцев по-прежнему оказывало огромное влияние на местную экономику. К концу 1920-х годов китайцы контролировали более половины торговых мест и доли торговли на Дальнем Востоке. Китайцы контролировали 48,5 % продуктовых магазинов, сбывали 22,1 % продуктов питания, напитков и табачных изделий. В то время большинство китайцев в России, как и в дореволюционное время, проживало на российском Дальнем Востоке, особенно во Владивостоке. По переписи 1926 года во Владивостоке проживало 43 513 китайцев, что составляло 67 % всего китайского населения на Дальнем Востоке. Однако эта цифра могла занижать местное китайское население, так как не включала сведения о сезонных рабочих. Среди местных китайцев 98 % не имели советского гражданства.

В начале коммунистического правления советское правительство пыталось процветать китайской общине, разрешая публикацию китайских газет, поощряя создание китайских профсоюзов и продвигая обучение грамоте среди китайцев. В частности, правительство пыталось продвигать латинизированную форму китайского языка среди китайцев, надеясь, что они распространят коммунистическую революцию на свою родину. Однако в 1926 году Наркомат иностранных дел постановил всеми средствами воспрепятствовать миграции китайцев и корейцев на советскую территорию, поскольку они считались опасными для Советского Союза. Корейцев начали переселять с Дальнего Востока, при этом принимались меры по выдавливанию китайцев из приграничья. В 1928 году региональный представитель Наркомата иностранных дел во Владивостоке Гейцман писал, что экономическая мощь Китая подорвёт политический авторитет Советского Союза. Далее он предложил, чтобы место каждого депортированного китайского рабочего мог занять кореец, в то время как Владимир Арсеньев, участвовавший в депортации китайцев в царскую эпоху, представил отчёт Дальневосточной комиссии, уведомляя о том, что свободные миграции из Китая и Кореи в районах, граничащих со странами, должны быть остановлены, а вместо этого район должен быть заполнен мигрантами из Сибири и Европы.