Президентская кампания Бориса Ельцина на выборах 1996 года началась де-юре 15 февраля 1996 года, когда действовавший президент Российской Федерации объявил о своём решении баллотироваться на второй президентский срок. Несмотря на свой возраст (ему было 65 лет на момент избрания), серьёзные проблемы со здоровьем и низкий предвыборный рейтинг, Ельцин решил принять участие в выборах, чтобы не допустить победы Геннадия Зюганова — лидера Коммунистической партии Российской Федерации, который считался главным оппонентом Ельцина в предвыборной гонке. Одним из факторов, повлиявших на решение Ельцина баллотироваться на второй срок, стали результаты выборов в Государственную думу 1995 года, на которых наибольшее количество голосов избирателей получили коммунисты, а пропрезидентские партии потерпели неудачу.
В течение кампании предвыборный штаб Ельцина активно использовал услуги профессиональных политконсультантов и политтехнологов (в том числе и иностранных специалистов), благодаря которым рейтинг действовавшего главы государства ко дню выборов значительно вырос. Важную роль также сыграли СМИ, которые освещали предвыборную кампанию Ельцина в положительном ключе, а Зюганова постоянно дискредитировали, не предоставляя при этом достаточного эфирного времени другим кандидатам. Тем не менее для определения победителя выборов понадобилось два тура: в первом туре, прошедшем 16 июня, Ельцин набрал 35,28 % голосов, а во втором, состоявшемся 3 июля — 53,82 % голосов, обеспечив себе переизбрание на второй срок.
Решение о баллотировании Ещё в 1992 году действующий президент России Борис Ельцин утверждал, что не намерен баллотироваться на второй срок. Он желал проводить больше времени с семьёй, вследствие чего его окружение рассматривало все возможные кандидатуры преемников из числа близких к Борису Ельцину людей, особенно на фоне перенесённого Ельциным в ночь с 10 на 11 июля 1995 года инфаркта. В августе 1995 года Ельцин в разговоре с главой своей администрации Сергеем Филатовым заявил, что у него не было никаких сил обсуждать возможность своего переизбрания, однако в конце концов согласился подождать результатов декабрьских выборов в Государственную Думу и действовать, исходя из их результатов.
Согласно воспоминаниям публициста Георгия Сатарова, весной 1995 года Ельцин обсуждал кандидатуры от демократов на должность президента, настаивая на своём неучастии в выборах. Так, бывший советник Ельцина Сергей Станкевич полагал, что кандидатом вместо Ельцина на пост президента мог быть занимавший пост мэра Санкт-Петербурга Анатолий Собчак, вокруг которого сосредотачивались демократические силы, стремившиеся не допустить политических побед коммунистов. Станкевич полагал и тогда, и позже, что состояние здоровья Бориса Ельцина было одной из причин, по которой действовавшему президенту не стоило идти на второй срок: обсуждение этого фактора и поиски потенциального преемника вели, в частности, политики Галина Старовойтова и Алексей Яблоков. В ходе обсуждений упоминались кандидатуры мэра Москвы Юрия Лужкова, директора СВР России, а затем министра иностранных дел Евгения Примакова, руководителя ФСБ Сергея Степашина, премьер-министра Виктора Черномырдина (по словам Вячеслава Никонова, кандидатуру последнего предлагал лично Ельцин) и первого вице-премьера Олега Сосковца. 26 октября 1995 года Ельцин перенёс очередной инфаркт, когда парился в бане, и в связи с этим он вынужден был провести в больнице месяц.
Всё изменилось после состоявшихся 17 декабря 1995 года выборов в Государственную Думу II созыва, на которых первое место заняла КПРФ (22,3 %, 157 мест), второе — ЛДПР (11,2 %, 51 место), а поддерживаемое президентом движение «Наш дом — Россия» — только третье место (10,1 %, 45 мест). Ельцин уже утратил к тому моменту популярность в обществе из-за неудач экономических реформ, провалов в ходе Чеченской войны и коррупционных скандалов в своём окружении, вследствие чего рейтинги показывали его популярность на уровне 8—9 процентов. 4 января 1996 года Ельцин сообщил руководителю администрации президента Сергею Филатову, что в новой Думе сложилось «засилье коммунистов», что создавало предпосылки для возможной победы лидера КПРФ Геннадия Зюганова на президентских выборах и реванша коммунистов. Вследствие этого у Ельцина не оставалось другого решения, кроме как баллотироваться на второй срок.
Мэр Санкт-Петербурга Анатолий Собчак после личного разговора с Ельциным окончательно отказался от своих планов баллотироваться на должность президента, так как убедился, что Ельцин действительно пойдёт на второй срок; кандидатуру премьер-министра и главы блока «Наш дом — Россия» Виктора Черномырдина исключили в связи с тем, что он не смог объединить другие партии против коммунистов, а Олега Сосковца не выдвинули кандидатом в связи со слухами о намерении создать «полувоенную команду постсоветских генералов», куда вошли бы начальник службы безопасности Президента Александр Коржаков и глава ФСБ Михаил Барсуков. Иным кандидатам ни Ельцин, ни президентская администрация, ни крупные бизнесмены не могли доверять до конца, опасаясь, что те не выдержат борьбу и проиграют Зюганову без сопротивления.
Попытка отмены выборов В январе 1996 года рейтинг Ельцина, намеревавшегося идти на выборы, не превышал 4 % (согласно газете «Московский комсомолец»), вследствие чего его поражение казалось предрешённым вопросом. Более того, по данным опросов, 30 % населения выражали полное согласие с высказыванием «при коммунистах всё было лучше, я хотел(-а) бы, чтобы всё стало по-старому», и ещё 33 % частично соглашались с этим. На Всемирном экономическом форуме в Давосе, куда Ельцин не поехал, выступил лидер КПРФ Геннадий Зюганов, главный противник действовавшего президента на выборах: Зюганов представил свою предвыборную программу, вследствие чего и в России, и за рубежом его начали рассматривать как будущего главу государства.
В феврале 1996 года в «Независимой газете» политолог Александр Ципко призвал отменить президентские выборыhttp://www.yeltsinmedia.com/events/feb-20-1996/, поскольку не видел достойной кандидатуры: по его словам, переизбрание Ельцина могло подтолкнуть радикальных сторонников демократических реформ «к новым боям „за правое дело“», а победа Зюганова спровоцировала бы политику реванша, сведения счётов и дестабилизацию обстановки в стране. По данным социолога А. А. Ослона, к марту 1996 года у Ельцина было всего три возможных варианта поведения: Отдать подготовку к выборам штабу, сформированному политиками и чиновниками. В таком случае предвыборная кампания привела бы с высокой долей вероятности к поражению, как и в случае с НДР на выборах в Госдуму. Последовать совету ряда приближённых и отменить выборы, сославшись на чрезвычайные обстоятельства. Наиболее ярым сторонником отмены выборов был Олег Сосковец, при этом Александр Коржаков выступал за перенесение выборов на 1998 год и поддержку кандидатуры того человека, кого Ельцин предложит в качестве своего преемника. Рассматривались возможность издания указов о роспуске парламента и введении чрезвычайного положения в стране, однако сохранялся риск массовых беспорядков, которые могли бы организовать коммунисты в знак протеста против отмены выборов. Откликнуться на предложение группы крупных бизнесменов («олигархов») и доверить проведение кампании специальным политтехнологам. На это потребовалась бы крупная сумма денег, которую были готовы выделить олигархи; также пришлось бы задействовать услуги западных политтехнологов, знавших технологию проведения выборов на Западе, однако это могло бы поднять рейтинг Ельцина перед выборами.
По утверждению Дэвида Ремника, будущий посол США в России Майкл Макфол, работавший тогда в московском Центре Карнеги, участвовал во встрече с представителями предвыборного штаба Ельцина, организованной Александром Коржаковым. Люди Ельцина, предполагая, что Макфол работает на ЦРУ, обратились к нему с просьбой в случае отмены президентских выборов уговорить официальный Вашингтон поддержать это решение Москвы. Возмущённый таким предложением Макфол после встречи пожаловался в американское посольство. Олег Сосковец, ведя переговоры с американскими политконсультантами при штабе Ельцина, даже просил их за месяц до назначенного срока президентских выборов дать рекомендацию о том, стоит ли вообще проводить выборыЭдуард Тополь. А был ли Брайнин? // Известия № 168(24775) 7 сентября 1996, С.5.
В середине марта 1996 года сценарий отмены выборов казался наиболее реальным: 15 марта Госдума приняла постановление, которое не признавало часть беловежских соглашений о прекращения существования СССР, что вызвало возмущения у лидеров стран СНГ и Балтии. Формально это постановление не имело статус закона, о чём 21 марта сообщил председатель Государственной Думы Геннадий Селезнёв на встрече с послами СНГ. Однако Ельцин расценил принятие этого постановления как попытку коммунистического реванша, сопряжённую с покушением на суверенитет стран-членов СНГ, и поручил подготовить распоряжения о роспуске Думы, переносе выборов президента и запрете КПРФ. 23 марта на закрытом совещании с участием Виктора Черномырдина, Олега Сосковца, Николая Егорова и группы членов предвыборного штаба Ельцина большинство участников собрания во главе с Сосковцом высказалось за полную отмену выборов. Согласно историку и другу Бориса Березовского Юрию Фельштинскому, Борис Ельцин под давлением Александра Коржакова изначально подписал указ о переносе президентских выборов: Коржаков убедил Ельцина в том, что в случае победы Зюганова Ельцину и его семье грозит тюрьма.
Однако в тот же день дочь Ельцина, Татьяна Дьяченко, уговорила отца поговорить с несколькими людьми: Виктором Черномырдиным, Анатолием Куликовым и Анатолием Чубайсом. В случае отмены выборов возникал высокий риск массовых беспорядков, которые могли возглавить коммунисты. После часовой беседы с последними Ельцин принял решение не отменять и не переносить выборы и подтвердил, что примет в них участие: указ о переносе выборов так и не был обнародован. Президент обратился за помощью к бизнесменам и политтехнологам для борьбы за президентский пост: этой линии поведения он придерживался до конца кампании, несмотря на очередное обострение ситуации в мае 1996 года, когда группа олигархов по инициативе Коржакова предложила перенести выборы (см. Письмо тринадцати), и в период между первым и вторым турами, когда произошёл скандал с «коробкой из-под ксерокса».
Официальное выдвижение
15 февраля 1996 года на митинге в Екатеринбурге во Дворце молодёжи Борис Ельцин официально объявил о намерении баллотироваться на второй срок, заявив следующее: «Пока есть угроза столкновения „красных“ и „белых“, мой человеческий и гражданский долг, мой долг политика — добиваться консолидации всех здоровых сил общества и предотвратить возможные потрясения вплоть до гражданской войны». 21 февраля Ельцин заявил, что будет следовать конституционному плану и придерживаться демократических процедур на президентских выборах. 25 марта одна из его инициативных групп предъявила более миллиона подписей, собранных для регистрации кандидатуры. Его широкомасштабная предвыборная агитация проходила под лозунгом «Голосуй или проиграешь», созданным по образцу лозунга Билла Клинтона на президентских выборах 1992 года «Choose or Lose»; другим из лозунгов, используемых Ельциным, был «Выбирай сердцем». С учётом и рекомендаций политтехнологов Ельцин решил сделать ставку на население крупных городов высокоурбанизированной России, интеллигенцию и молодёжь c целью привлечения этой категории, обычно равнодушной к участию в выборах.
Аналитическая группа