Родословные росписи конца XVII века — корпус историко-генеалогических материалов русских дворянских и княжеских родов, сложившийся в результате работы Палаты родословных дел по дополнению Государева родословца и составления родословных книг.
Историческому решению об отмене местничества (12 января 1682), сопутствовало важное постановление правительства о начале официальных работ по составлению родословных книг (далее РК). Они должны были охватить все слои служилых людей, которым предписывалось приносить в Разрядный приказ родословные росписи и документы, подтверждающие служебное положение предков. Приём росписей, их копирование, урегулирование спорных вопросов и все работы по составлению РК были возложены на комиссию получившая название Палата Родословный дел (далее ПРД). В общей сложности в ПРД (1682—1688) и Разрядный приказ (1689—1711) было подано около 630 родословных росписей от порядка 560 служилых семей и при сличении списка с «Алфавитным указателем фамилий и лиц, упоминаемых в Боярских книгах» выясняется, что практически все родословные поданы представителями московского дворянства.
Сложившийся в результате деятельности ПРД корпус историко-генеалогических материалов вошёл в литературу как «Родословные росписи конца XVII века». Основу корпуса составили поколенные росписи служилых фамилий и предоставленные ими списки с различных письменных источников более раннего периода, среди которых преобладали публично-правовые акты XIV-XVII веков и делопроизводственные документы XVI-XVII веков. Особое место заняли материалы, образовавшиеся в ходе работы самих приказных по составлению РК — указы и приговоры о внесении отдельных родословий в Бархатную книгу, докладные выписи, приказные памяти, челобитные и сказки (показания) служилых людей и однородцев.
Судьба документов складывалась непросто: по упразднению Разрядного приказа (1711) документы были снесены в «нижние палаты» (архив разряда), в последующем перенесены на Старый казённый двор (1714) и только после большого московского пожара (1737) переданы в архив Московской сенатской конторы, располагавшейся в Сенатском дворце в Московском Кремле. Такая частая смена места расположения документов и неудовлетворительные условия их хранения привели к тому, что это отрицательно сказалось на целостности всего корпуса этих документов — уже к 40-м годам XVII века немалая их часть оказалась в плохом состоянии, отдельные же и вовсе были утрачены. А при занятии французскими солдатами Москвы (1812) и последовавшем пожаре, охватившем и Кремль, в котором находилось здание Сенатского дворца, где на тот момент хранились эти документы, более половины из всего их объёма были уничтожены, а уцелевшие сильно пострадали.
Остатки этого корпуса документов, по заданию П. И. Иванова были разобраны и скопированы (1854—1855). Историком А. И. Юшковым документы были оформлены в архивные единицы хранения (1894—1895) и фактически стали доступны широкому кругу историков, генеалогов и исследователей. Интерес к ним выразился в многочисленных публикациях, как самих родословных, так и сопровождающих их документов. Отдельные акты стали предметом специальных исследований.
Историография Первым исследователем, обратившийся к комплексу, был историк Г. Ф. Миллер. Среди обширных материалов учёного сохранилось немало копий родословных документов, вошедших в Портфели Миллера. Историком точно даны наблюдения относительно полноты подаваемых в ПРД росписей и характера пополнения Государева родословца, но, поставлены под сомнение компетентность составителей и подателей росписей, работа приказных людей.
Одновременно с Г. Ф. Миллером к комплексу обратился Анисим Титович Князев. Его интерес обусловлен запросами императрицы Екатерины II, по розыску документов по истории русского дворянства. В результате работы составлен сборник выписок, известных как «Выбор из законов о дворянстве». В состав сборника вошло предисловие к Бархатной книге, представляющие собой изложение указов о составлении РК (1682—1686) и копии 17 родословных росписей. В ответ на очередной запрос императрицы о количестве росписей А. Т. Князев пишет: «….всех родословных подано — 507. Всех родословных показано происшедших от тех родов других фамилий, но от самих оных не подано и никакого о родстве доказательства не было — 315. Итого: 822». Тогда же им составлен Алфавитный перечень лиц, представивших родословия и просто упоминающийся в них и вошедших в литературу, как «Роспись 1776 года».Позднее Алфавитный перечень лиц был напечатан: «Бархатная книга», монографии: «Известия о дворянах российских» и Дворянское сословие Тульской губернииСост. М. Т. Яблочков. Дворянское сословие Тульской губернии. Т. 1. Ч.1. Тула. Тип: Губ. Правления. 1899. стр. 20-70.. А. Т. Князев впервые обращает внимание на пометы, рукоприкладства на некоторых родословных, о плохой сохранности документов и обращает внимание о несоответствии числа поданных родословных и общего числа русских дворянских родов того времени (не меньше, как вдесятеро против поданных родословных). Обращает внимание на присутствующие противоречия в родословных легендах и упоминает о ссылках на документы Троице-Сергиева монастыря. А. Т. Князев допускает неточности связанные со смешиванием реально существующих фамильных прозваний с отдельными прозвищами, но не закрепившимися за фамилиями. По некоторым фамилиям ошибочно указав, как родственные роды, а на самом деле имеющие иное происхождение и вовсе не представившие свои родословия, а просто упоминающиеся в других росписях.
Н. И. Новиковым по одной из копий было осуществлено издание Бархатной книги (1787). В качестве приложения к ней, в несколько сокращённом виде и без примечаний, была опубликована «Роспись 1776 года». Фактически, публикация положила начало широкому использованию комплекса в качестве источника по истории и генеалогии русских дворянских и княжеских родов.
В середине XIX века, в научный оборот, был введён ряд важных документов, связанных с деятельностью ПРД. Н. В. Калачёв опубликовал указ (от 28 октября 1683) о составлении РК и запись ПРД (1686) о количестве поданных к этому времени росписейН. В. Калачёв. Архив историко-юридических сведений, относящихся до России. М. 1850. Кн. 1. Отд. 3. стр. 22-26..
А. Б. Лакиер в своей работе «Русская геральдика», освещая историю появления гербов в России, обратился к комплексу, в вопросах выписок Посольского приказа, сделанных в ответ на запросы ПРД о гербах фамилий включённых в роспись, главным образом польского происхождения и вошедшую в литературу, как «Дело о гербах», представляющих собой объёмистую копию запросов ПРД и выписок Посольского приказа (1682—1688).
С развитием исторической науки, историками и архивистами был поднят ряд вопросов, связанных с комплексом. Внимание было уделено истории образования, вопросам его реконструкции, проблемам достоверности родословных легенд и самих родословий, выявлению фальсифицированных и интерполированных актов сопровождающие росписи.
Острая критика содержится в работе П. Н. ПетроваН. П. Петров. История родов русского дворянства. СПб. 1886.. Автором были поставлены под сомнения «выезды» и «родословные легенды» с которых начинались большинство росписей. По его мнению, все они баснословны и составлены из летописных и других источников. Резкая критика П. Н. Петрова прозвучала в адрес приказных людей принимавших росписи и составляющих РК. По его мнению, они были: «людьми ничего не знавшими и ничего не подозревавшими при своём неведении». В целом, его высказывания не лишены оснований, однако отсутствие соответствующей аргументации во многом сводит их на нет, что и отмечает А. П. Барсуков в своей монографии: Обзор источников и литературы русского родословия (1887). Автор изложил историю создания ПРД, отметил лиц возглавлявших комиссию и сделал обзор деятельности ПРД по пополнению РК. По Барсукову, представленные в ПРД росписи сверялись с прежними РК. При возникновении сомнений или спорных ситуаций ПРД требовала соответствующие данные от однородцев, выносила на доклад Государям, которые принимали решениеА. П. Барсуков. Обзор источников и литературы русского родословия (по поводу книги П. Н. Петрова. История родов русского дворянства. СПБ. 1887)..
Большое влияние на изучение комплекса оказал А. И. Юшков, включив в оборот практически треть всех приложенных к родословным документовАкты XIII—XVII веков, представленных в Разрядный приказ представителями служилых фамилий после отмены местничества.//Собрал и издал А. И. Юшков. М. 1898. Ч.1 (1257—1613).. Именно им, как сотрудником архива родословные столбцы были расклеены и подготовлены к архивному использованию (1894—1895). Знание материалов позволило ему в предисловии к публикации обстоятельно изложить историю образования комплекса и его состав. В своей работе Юшков отмечает, что все росписи — остатки фамильных архивов служилых родов и их отсутствие у многих семей явилось главной причиной относительно малого количества представленных в ПРД росписей, отмечает некоторые искажения текстов документов. На его работе сказывается недостаточный уровень археографической подготовки автора. При подготовке труда им не была проведена предварительная работа по выявлению и систематизации копийных материалов комплекса, не были предприняты попытки восстановления искажённых и утраченных частей текста. Ряд фальсифицированных работ, ошибочно приняты за подлинные, датировка актов слишком широка, а некоторые не верны.
Издание Юшкова подверг критике Н. П. Лихачёв. Предметом критики учёного стали отмеченные слабые стороны издания Юшкова и указывал на искусственность разрыва родословных и приложенных к ним документов, высказывая соображение о необходимости полного текста росписейН. П. Лихачёв. По поводу сборника А. И. Юшкова «Акты XIII—XVII веков представленные в Разрядный приказ». СПб. 1898..
Эпоху в изучении родословных росписей конца XVII века составили работы Н. П. Лихачёва (перечень трудов на стр. автора по ссылке). Автор отмечает, что родословные работы «велись путём проверки и разработки росписей, представленных отдельными фамилиями», приводя конкретные примеры о «сыске», возвращении документов составителям для переделывания. Значительное место автор отводит критике отдельных росписей и приложенных документов. Трудами Н. П. Лихачёва был заложен фундамент и определены основные направления дальнейших исследований в области изучения родословных материалов XVI-XVII столетий.
Ценный вклад в изучение родословных росписей внёс В. В. Руммель, который в результате многолетних поисков в архивах Москвы и С-Петербурга, архивах дворянских депутатских собраний и частных коллекциях, выявил и скопировал около 500 росписей, сделав доклад на одном их собраний Русского генеалогического общества (1899)Известия Русского генеалогического общества. СПб. 1903. Вып. 2.. Согласно его изысканиям, вторая РК так и не была составлена «по причине наступивших политических замешательств» и дал описание подлинника Бархатной книги, отметив ряд неточностей в издании Новикова.
Н. В. Метляев, после смерти Руммеля, дополняет собранный им материал и что особенно важно, определяет состав не выявленных росписейИзвестия Русского генеалогического общества. СПб. 1911. Вып. 4..
В последней трети XIX — начале XX веков росписи привлекались при составлении генеалогических справочников: П. В. Долгоруков, ВВ. Руммель и В. В. Голубцов, Г. А. Власьев, М. Т. Яблочков. Л. М. Савёлов, П. Н. Петров, А. Б. Лобанов-Ростовский (перечень работ см. по ссылкам).
Исследования в Советское время В советское время проблемы изучения комплекса не сразу нашли своего исследователя, где сыграло роль идеолагизация и администрирование исторической науки, повлекшие сужение круга исследователей и фактически запрет на работы в области истории и генеалогии русского дворянства. Тем не менее, работы в этом направлении велись.