«Гондла. Драматическая поэма в четырех действиях» — пьеса Николая Гумилёва, опубликованная в январе 1917 в московском журнале Русская мысль. Первое отдельное издание было опубликовано в Берлине издательством «Петрополис» в 1923 году.
Сюжет
Действие первое
Действие происходит в условной Исландии в IX веке. Старый конунг, озабоченный будущим страны, на которую имеют виды норвежцы с шотландцами, замыслил объединение с христианской Ирландией, для чего некогда получил на воспитание сына ее правителя королевича Гондлу. Выросшего принца женят на Лере, дочери знатного исландца и ирландской пленницы, но приближенные конунга пожилые ярлы Снорре и Груббе и молодые воины Лаге и Ахти недовольны происходящим и о чем-то злобно перешептываются на брачном пиру.
Опасаясь рассказать конунгу правду о настоящем происхождении того, кого он считает королевичем, советники отговариваются тем, что «жених некрасив и горбат, да к тому же еще христианин», чуждый и им, и невесте по крови и духу. Исландцы решают нанести Гондле рану «прямо в сердце, чтоб встать он не мог», наставив ему рога в первую брачную ночь.
Гондла укоряет Леру, всегда смеявшуюся над его слабостью и неловкостью, но та признается принцу в своей двойственной природе, ибо днем она опьяненная солнцем Лера, а по ночам печальная Лаик, как звала ее мать-ирландка, и, как и принц, одинока в этой стране.
Пока Ахти отвлекает принца пустой болтовней, Лаге проникает в опочивальню Леры. Действие заканчивается дракой Гондлы с Лаге, которого принц застает на месте преступления.
Действие второе
Гондла взывает к правосудию конунга, требуя смертной казни для Лаге. Тот апеллирует к праву сильного:
Снорре и Груббе, которым конунг поручает принять решение, предлагают поединок:
Гондла, у которого нет шансов на победу в бою с Лаге, отказывается от поединка, ссылаясь на то, что горбуна нельзя к этому принудить по закону. Удивленный конунг с презрением бросает:
Ярлы высмеивают его, намекая на низкое рождение, а Лаге наносит новое оскорбление:
Гондла требует подать лютню, надеясь прогнать злословье своими «лебедиными песнями» и злокозненный Ахти протягивает принцу заколдованный инструмент.
Затем исландцы убегают, чтобы обернуться волками. Действие заканчивается второй беседой Гондлы с Лаик. Пока не закончилась ночь и она снова не стала Лерой, девушка сообщает принцу об опасности:
Действие третье
В густом лесу в июльский полдень между Гондлой и Лерой происходит объяснение. Она согласна считаться его женой, чтобы получить власть над Ирландией, но разбивает все его надежды на какую-либо близость:
На то чтобы по ночам «плакать вдвоем» с «ненаглядною девочкой Лаик» он также может не рассчитывать:
Окончательно она добивает принца своими планами превратить лебедей в волков:
Гондла уходит за хворостом. Появляется Лаге, который снова пытается соблазнить Леру. Когда Гондла возвращается, снова вспыхивает ссора и Груббе рассказывает о том, что он не принц, а сын безродного скальда, которым заменили ирландского королевича, погибшего по вине Лаге по пути в Исландию.
Упавший духом Гондла теперь помышляет лишь о царствии небесном. Лера, не желая расставаться с короной, пытается пробудить в нем мужество:
Впавший в отчаяние Гондла не внимает ее увещанию:
Разгневанная Лера угрожает:
После чего криком призывает рыщущих неподалеку исландцев расправиться с Гондлой:
В последней сцене исландцы пируют с Лерой у костра, заставляя Гондлу прислуживать как раба.
Действие четвертое
Вечером на морском берегу у края леса высаживаются ирландцы. Встретив Гондлу, они из его разговоров делают вывод, что бедняга повредился рассудком. Когда появляются исландцы, принц, не желая больше играть для волков, швыряет в них лютню. Хищники бросаются на Гондлу, но ирландцы вступают в бой за своего брата по вере и предполагаемого соотечественника. В сцене узнания выясняется, что Гондла действительно королевич, так как его отец-скальд после периода анархии был избран королем Ирландии, правил справедливо и мудро и теперь ирландцы прибыли, чтобы передать регалии монарха его наследнику.
Исландцы молят Гондлу о прощении, Лаге даже готов покончить с собой. Попутно они объявляют, что Лера в свете открывшихся обстоятельств оказывается его родной сестрой, а потому, помешав консуммации брака. они спасли принца от нарушения божьих заповедей. Подошедший конунг также винится в совершенном им неправом суде, но Гондла уже стал далек всего мирского:
Вождь ирландцев призывает его покинуть Исландию:
Гондла пребывает в нерешительности:
Последней появляется Лера, которую ирландцы обнаруживают прячущейся в лесу. Исландцы требуют ее смерти и она готова понести наказание.
Голос бывшей возлюбленной приводит Гондлу в чувство:
Намереваясь крестить исландцев, он берет у вождя меч и поднимает его рукоятью вверх.
Исландцы отказываются отступиться от старых богов, и тогда Гондла приносит себя в жертву ради их обращения.
Ирландский вождь, упрекнув исландцев («Одного лебеденка убили, А другого замучили вы»), приводит их к целованию рукояти окровавленного меча. Конунг и его люди, пораженные поступком Гондлы, принимают крещение, признавая силу его Бога, один лишь хитроумный Ахти с этим не согласен и скрывается со словами:
Лера готова принять крещение только из рук Гондлы и решает пребыть с ним вместе, подобно Брунгильде, не покинувшей Сигурда.
Создание пьесы
Как полагают исследователи, замысел этой лирической драмы возник у Гумилева весной 1916 года, когда он завел в Петрограде одновременно два романа: со своей будущей женой Анной Энгельгардт и ее подругой актрисой Ольгой Гильдебрандт (Арбениной). Сама Гильдебрандт вспоминала, что у них с подругой были общие поклонники и их часто путали, чем по-видимому и объясняется двойственность характера героини пьесы, хотя сам образ превращений девушки, «кроткой ночью и жестокой днем», поэт позаимствовал из сказки Андерсена «Дочь болотного короля».
Пьеса была написана летом того же года в военном санатории в Массандре, а в августе, вернувшись в столицу, Гумилев прочитал ее в редакции Аполлона. В декабре он познакомил со своим новым произведением Ахматову, а в январе 1917 пьеса была опубликована.
К тематике кельтских сказаний Гумилев обращался неоднократно, начиная с «Пути конквистадоров», затем в «Романтических цветах» и «Жемчугах». По словам самого автора, в основание пьесы был «положен цикл легенд, приводимый Арбуа де Жубанвилем в его Истории Кельтской Литературы, где говорится о горбатом принце Гондле или КондлеИмеется в виду сказание Приключение Конлы Красного, жившем во втором веке по Р. Х. в Ирландии, о его несчастьях и отъезде на Mag Melt (Острова Блаженства) в таинственной стеклянной ладье», а «очень распространенный мотив насильника, проникающего в спальню невесты под видом жениха» был взят из норвежской народной песни «Лаге и Йо», перевод которой был напечатан в Петербурге в 1903 году.
Образ Гондлы автор подробно поясняет в заметках к пьесе:
В теме Гондлы меня прежде всего заняло сопоставленье не только двух цивилизаций, языческой и христианской, но двух рас, германской и кельтской, и, чтобы особенно выявить их различье, я счел возможным ввести в пьесу момент тотемизма, в общем мало наблюдаемый у европейских народов. Однако сопоставленье это в постановке не должно переходить в противупоставленье. Ирландцы славились как воинственная нация, и у них христианство никогда не ослабляло воли к победе, или воли к борьбе. Гондла смел, решителен, но мало приспособлен к практической деятельности, потому что соразмеряет свои поступки не с данностью, а с отвлеченными идеями. Пока он убежден, что он королевский сын, он считает, что всякая непокорность ему лишь недоразуменье, отказывается от поединка, как от дела, несовместного с величьем королевской задачи (вспомним отказ Иоанна Грозного от поединка со Стефаном Баторием), угрожает врагам самоубийством, веря, что для них страшнее смерти участие в гибели короля. Его страх перед волчьим воем объясняется чисто физическим отвращеньем человека, считающего своим тотемом лебедя, к тотему врагов. Зато, узнав в третьем действии истину о своем происхожденьи, он теряет почву под ногами и настолько ошеломлен, что без слова возраженья выполняет самые унизительные требования врагов; только в четвертом действии им овладевает пророческий экстаз, заставляющий его утверждать свою ценность несмотря ни на что, только во имя своего мученичества. По отношенью к герою пьеса является крестным путем Гондлы и заканчивается его апофеозом.
При этом Гумилев поясняет возможному режиссеру, что Гондла хотя и называется горбатым, на самом деле всего лишь сутуловат, «подобно Ричарду Третьему» (что противоречит мотивировке отказа от поединка в самой пьесе).
Придуманное автором тайное имя героини Лаик «по указанию профессора А. А. Смирнова крайне близко к кельтскому слову Лаих, что значит герой, богатырь». Ее характер проще, чем у Гондлы, хотя и разделен на дневную и ночную части, но «на самом деле мы видим только превращенье девушки в женщину, нежную во втором действии, могучую и страстную в третьем и величественную в четвертом. Из-за нее-то пьеса и делится на четыре части — ночь, утро, день и вечер Леры. Для Гондлы она благословенье и проклятье, высшая боль и высшая радость, рок, ведущий к гибели и славе одновременно, и прообразом ее служит волшебная лютня, полная сладких звуков, но скликающая волков». Исполнительницу этой роли поэт предостерегает от декламации, ибо Лера «не изрекает сентенций и каждое ее слово воля, пронизанная чувством».
Имя Ахти было взято из «Калевалы», где оно служит прозвищем Лемминкайнена, к Финляндии же отсылают и зачарованная лютня и склонность этого персонажа к колдовству. Имя Снорре взято из «Саги об Эйрике Красном», опубликованной на русском в 1903 году, а Груббе из сказки Сельмы Лагерлёф «Чудесное путешествие Нильса Хольгерссона с дикими гусями по Швеции». Имя отца Лаге Гер-Педера взято из песен «Отплытие Гер-Педера» и «Исповедь Гер-Педера».
Первый эпиграф взят из статьи С. Н. Сыромятникова «Саrи скандинавского севера», помещенной в сборнике «Древнесеверные саги и песни скальдов в переводах pycских писателей» (СПб., 1903), второй из статьи Эрнеста Ренана «Поэзия кельтских народностей», опубликованной в Revue des Deux Mondes 1 февраля 1854 и процитированной Сыромятниковым в своей статье.
Образ «лебедей» поэт позаимствовал из цитируемой Сыромятниковым сказки Андерсена «Лебединое гнездо», но переосмыслил его, поскольку у датского писателя лебедями представлены именно викинги, тема же волков и музыки развивает раннее стихотворение самого Гумилева «Волшебная скрипка» (1907). Слова Ахти о финской флейте являются его перифразом.
Исследователи часто связывали пьесу Гумилева с сюжетом драмы Иннокентия Анненского «Фамира-кифаред», герой которой принц-изгнанник и поэт, но Ахматова, считавшая «Гондлу» лучшим произведением Гумилева, оспаривала правомочность такого сближения. По мнению В. М. Сечкарёва «Гондла» не имеет ничего общего с исландскими сагами: «скорее здесь сходство с Оссианом, с музыкальными драмами Рихарда Вагнера и с символическим театром, вроде "Розы и Креста" Блока».
Относительно необычного для театральной пьесы стихотворного размера Гумилев дает следующее пояснение:
Насколько мне известно, «Гондла» первая и единственная пьеса, написанная анапестом. Я совершенно сознательно выбрал именно этот размер, потому что, хотя он и лишен многообразия и подвижности двусложных размеров, он стремителен, крепок, певуч, в нем слышатся то грохоты моря, то колокольные звоны, две музыкальные темы пьесы.
Критика