Большая базилика — православный храм на Мангупе, ныне лежащий в развалинах. По мнению историков — это был главный храм Дори, а с XIV века — княжества Феодоро, и центр Готской епархии (с 1333 года — митрополии). Надежда Бармина в работе «Мангупская базилика» 1973 года употребляла наименование «храм св. Константина и Елены», но в более поздних трудах историков такое посвящение не встречается и этим именем сейчас принято называть другой храм.
В ансамбле комплекса крепости и пещерного города «Мангуп-Кале» Большая базилика объявлена объектом культурного наследия народов РФ федерального значения в России и памятником культурного наследия Украины национального значения.
Описание Памятник, по мнению историков, бывший в своё время епископским комплексом и центром Готской епархии, включает собственно базилику, почти примыкающий к ней с запада баптистерий, предназначенный для крещения взрослых (позже превращённый в часовню), резиденцию епископа и термы.
Базилика расположена в центральной части плато, у основания мыса Чуфут-Чеарган-Бурун, примерно в 150 м к северо-западу от Дворца князя Алексея. Развалины базилики местами сохранились на два ряда кладки, северная стена — на высоту до 2,1 м; раскопки и исследования памятника считаются не завершёнными.
Здание базилики, прямоугольное в плане, с пристроенными с южной и северной сторон галереями — А. Л. Якобсон относил её к «эллинистическому типу», проводя аналогии с Херсонесскими базиликами того же периода. Размеры здания, по данным Н. И. Барминой 32,5 на 28,0 м, А. Л. Якобсон приводит размеры 31,5 на 26,2 м, В. П. Кирилко указал 30,6 на 19,0 м (без боковых галерей).
Храм представлял собой трёхнефную базилику, разделённую внутри двумя рядами колонн по 6 штук на три продольные части. Якобсон полагал, что колонны изначально были мраморными, впоследствии погибшие при пожаре и при перестройках заменённые на изготовленные из местного известняка, что подтверждается последующими раскопками: были найдены мраморные коринфские капители и твёрдо установлено, что в архитектурном оформлении использовался проконнесский мрамор. Центральный и южный нефы заканчивались трёхгранными апсидами. Стены были выложены в два ряда, «в перевязь», из крупных тёсаных блоков (квадров, средний размер 1,14 на 0,42—0,46 на 0,17—0,30 м), толщина стен около 0,95—0,97 м — примерно, три византийских фута — распространённый ранневизантийский строительный стандарт (римская система кладки). При перестройке храм восстанавливался по первоначальному плану и вторично (иногда с подтёской) использовались камни из прежней кладки, но уже без соблюдения строгих строительных норм, с забутовкой между внутренним и наружным панцирями, заполненной небольшим слоем мелкого бутового камня и щебня, залитого известковым раствором с примесью толчёного кирпича и черепицы. Предполагается, что здание имело деревянную крышу, уложенную на балки и стропила, скреплённые большими балочными гвоздями с «почти квадратной шляпкой» и большое количество окон. По результатам раскопок 1977 года Н. И. Бармина излагала версию, что изначально базилика была одноапсидной, а южная апсида пристроена позже, не ранее Х века. В западной и восточной стенах были обнаружены дверные проёмы с сохранившимися плитами порогов.
Вход в храм первоначально располагался с западной стороны, но, возведённая в начале XV века «Вторая оборонительная стена» прошла достаточно близко от него (через паперть) и был устроен новый вход с южной стороны. На каменных блоках по бокам западного входа были вырезаны вписанные в круг ранневизантийские кресты, портал южного был украшен резьбой по камню в виде так называемой «сельджукской цепи» — двойного переплетающегося жгута и сложного растительного орнамента. Западный вход имел уложенные на материковую скалу ступени из каменных плит и деревянные двери (сохранились гнёзда дверных косяков). Оба входа вели в притвор, также имевший мозаичный пол (практически не сохранился), из которого в центральный неф также вела ступенька. Алтарная преграда была выполнена из профилированных мраморных плит, мрамор также широко использовался в отделке алтаря.
Полы базилики были изначально вымощены многоцветной мозаикой с рисунком из пересекающихся кругов, аналогичных херсонесским. Мозаику выложили из кубиков четырёх цветов: белый — из мрамора, тёмно-красный (розовый) из кирпича, желтый из местного известняка и чёрный из балаклавского песчаника. Круги были изображены красными кубиками и обрамлены чёрными, внутренние сегменты заполнены белыми кубиками, образовавшиеся в результате их пересечения ромбы — жёлтыми. Тиханова определяла материал мозаики, как «квадратные, треугольные и ромбические кубики размером около 1 » из белого проконесского мрамора, чёрного базальта и красного сланца, а также отдельные готовые детали в виде круглых розеток, обрамлённых овалами. Солея была замощена каменными плитами, уложенными на известковое основание, о чём впервые сообщал Ф. А. Браун в 1890 году. Р. Х. Лепер, в 1912 году, обнаружив при проведении раскопок, у северной стенки алтаря фрагмент мозаичного пола, предположил, что весь пол около солеи и амвона был таким же. Часть пола была вымощена в редкой в Крыму сложной и дорогостоящей технике пластиночной мозаики (). Впоследствии, в период Феодоро, остатки мозаик заложили плитами известняка и плинфой, а стены были расписаны фресками. В «поэме иеромонаха Матфея», посетившего Мангуп в 1390-х годах, роспись базилики, в отличие от мозаик, не упоминается (Герцен вообще высказал некоторое недоумение тем, что монах никак не выделил храм среди прочих, несмотря на его внушительные размеры). Фрагменты мозаик базилики были сняты, законсервированы и переданы археологическому музею исторического факультета Симферопольского госуниверситета, который впоследствии сгорел; вместе с ним погибли и отреставрированные фрагменты мозаики.
Крещальня Крещальня, расположенная на расстоянии не более 1 м севернее базилики и предназначенная для крещения взрослых, олицетворяет важность епископского комплекса, а взаимное расположение с базиликой указывает на их одновременное функционирование и взаимодействие. Для крещальни в северной стене северной галереи были устроены две двери: западная предназначалась для неофитов, идущих к крещению, а восточная — для вновь окрещённых, которые направлялись ближе к алтарю для принятия первого причастия. Купель была круглой снаружи, диаметром 0,92 м, и крестообразной изнутри, были выложены мозаикой, стены покрыты фресками. Впоследствии мозаику перекрыли известняковыми плитами. Глубина бассейна достигала 0,42 м, изнутри он был покрыт гидрофобным цемянковым раствором, ступени в купель вели с востока. Такой тип купели был широко распространён в VI веке. Установлено два строительных периода в истории крещальни: ранневизантийский (VI век, возможно, конец V века) и средневековый, когда крещальню перестроили в мемориальную часовню, когда к первоначальному прямоугольнику крещальни пристроили апсиду для размещения канунника. Мозаичные полы, изначально сделанные в технике Опус тесселлатум, были заменены каменными плитами, уложенными прямо на мозаичный пол (в новой апсиде пол был вымощен кирпичом). М. А. Тиханова считала, что перестройка в часовню могла произойти в X веке. После разрушения часовни на месте купели её территория использовалась под кладбище.
Погребения Раскопки базилики, с самых первых в XIX веке, открыли множество погребений различных типов по бокам центрального нефа, в боковых нефах и в притворе, датированные начиная с V—VI века до совершённых уже после разрушения базилики — 87 гробниц и 482 грунтовых захоронения. Всего идентифицировано три яруса христианских погребений — типичная картина христианских захоронений в церковном здании и у его стен; часто они совершались неоднократно в одной и той же могиле, пока церковь действовала, а после её разрушения все занятое ею пространство часто превращалось в кладбище, что, фактически, произошло с мангупской базиликой. Исследователи разделили захоронения на пять групп: склепы, мавзолеи, каменные ящики, саркофаги и могилы, высеченные в скале, что является основным хронологическим показателем.
Средневековые надписи базилики За время изучения на территории памятника было найдено несколько эпиграфических памятников, относящихся к разным периодам жизни храма. Все обнаруженные в храме надписи не датированы, и время их создания определяется, в основном, методом палеографического анализа. Прошение Агапия, Григория и Иоанна IX—XI века — 3 надписи на обломке известнякового ранневизантийского фриза, украшенного двойным рядом листьев аканфа, найденного в 1938 году при раскопках М. А. Тихановой в вымостке крещальни над одной гробниц Большой базилики. Надписи на карнизе X—XI века — эпиграфический памятник на обломке известнякового фриза из базилики — вторая часть предыдущего карниза. Содержит множество надписей и рисунков в технике граффити, датируемых историками периодом от IX до XI века. Прошение -ивеи и -ата X—XI века — надпись на плите из известняка, размерами 30,0 см высотой, 36,0 см шириной и толщиной 17,0 см. Плита со «сложнопрофилированным карнизом с 3 полочками», слева стёсана, справа и снизу обломана, правый верхний угол отколот. Найдена при раскопках дворца Р. Х. Лепером в 1913—1914 году, судя по всему, была встроена в его стену. Хранится в Херсонесском музее. Восстановленный и переведённый Виноградовым текст — … [с]лавный Та[йнодавче (?), Б]ога Тебя приз[ываем…]ивея, младенец ком[ита и] …ат, сын Мунзи…Трактуется, как обращение к Богу (или его благодарение) знатных феодоритов, один из которых носил титул комита, вероятно, с просьбой об исцелении упомянутой по имени девочки-младенца. палеографический анализ позволяет отнести надпись к X—XI веку. Описана В. В. Латышевым в статье 1918 года. Надпись над иконой Богородицы, XV век — надпись на небольшой арке из известняка, от которой сохранилось 2 фрагмента. Предполагается, что это было обрамление какого-то предмета с полукруглым верхом — скорее всего, иконы Богородицы, по форме шрифта относится к XV веку. Читаются сохранившиеся слова «… Матерь Божья…» (). Найдена при раскопках Р. Х. Лепера в 1913 году в районе дворца и базилики и могла относится к любому из этих зданий, опубликована Латышевым в 1918 году. В работе 2000 года А. Ю. Виноградов сообщал, что памятник хранится в фондах Херсонесского музея, в капитальном труде 2015 года — что место хранения неизвестно. Надгробие Иоанна XIV—XV века — надпись на четырёхгранной капители восьмигранной колонки алтарной преграды южной апсиды Большой базилики, нанесённая густой красной краской. Была найдена при раскопках Р. Х. Лепера в 1912 году и им же издана в виде (Иоанн скончался), надпись упоминается Н. И. Барминой. Могла относиться к похороненному где-то рядом ктитору храма, современное местонахождение неизвестно, изображений не сохранилось. Надгробие неизвестного — надгробная надпись на плите из известняка толщиной 8,0 см, выполненной в виде круга, обломанного сверху и снизу, с врезанным изображением креста и рамкой; текст нанесён на рамке. Найдена в 1938 году при раскопках Большой базилики М. А. Тихановой, предполагается, что плита предназначалась для вставки в стену. Виноградов трактует надпись как Почило д[итя (?)] 9 июня. Палеографически датируется X—XV веком, хранится в лапидарии Бахчисарайского историко-культурного заповедника. Надпись на хлебном штампе, X—XII века — круглая известняковая плитка диаметром 11,2 см и толщиной 3,5 см. Найдена в 1976 году Н. И. Барминой при раскопках северной галереи базилики, хранится в музее Херсонес Таврический. Представляет собой подобие просфорного штампа, который ставили на специальном хлебе, предназначенном для изобличения вора, что практиковалось до XII века. Текст печати содержит 28 стих из 9 псалма — «Егоже клятвы уста его полна суть и горести, и лести»