«Годы свинца» в Марокко () — период марокканской политической истории, масштабные политические репрессии при правлении короля Хасана II. Органы госбезопасности DGSN и DGST/DST, полиция и жандармерия практиковали произвольные аресты, пытки, бессудные казни и тюремные заключения, похищения, избиения, тайные убийства. Жертвами репрессий стали тысячи активистов левой оппозиции и общественных движений, либералов, коммунистов и социалистов, а также исламисты, западносахарские повстанцы, участники антиправительственных заговоров. Главными фигурами карательного аппарата являлись генерал Уфкир, генерал Длими, министр Басри. После смерти Хасана II, при правлении Мухаммеда VI, нарушения прав человека осуждены, но «эра Хасана», как и сам покойный король, оценивается однозначно позитивно.

Хронология Временные рамки «свинцовых лет» разнятся по источникам. Нередко к ним относят весь период правления Хасана II: 1961—1999. Некоторые исследователи полагают, что «годы свинца» начались раньше, с подавления Рифского восстания 1958 (королём был тогда Мухаммед V, наследный принц Хасан участвовал в боях с повстанцами) — и завершились с кончиной Хасана II. Самая «радикальная» точка зрения предполагает, будто по властно-политической сути «годы свинца» продолжились и после Хасана IIالمغرب..من سنوات الرصاص إلى سنوات السموم.

Но чаще всего «годы свинца» определяются в отрезке от середины 1960-х до рубежа 1980—1990-х. Первое — утверждение единовластия Хасана II, второе — относительная либерализация режима. Наиболее интенсивные репрессии в Марокко пришлись на 1965—1980.

Цели и направления На королевский трон Марокко Хасан II взошёл после смерти Мухаммеда V — 26 февраля 1961. В отличие от отца, новый король был не склонен к компромиссу элитных группировок и «сбалансированной» внешней политике. Хасан II взял курс на монархическое единовластие, жёсткий антикоммунизм и однозначное примыкание к Западу в Холодной войне.

Такой поворот предполагал ужесточение режима. В системе власти возрастала роль органов госбезопасности. Ещё будучи наследником, Хасан учредил в Генеральном директорате национальной безопасности (DGSN) свою «личную разведку» CAB1. Руководить этим подразделением он поручил лично преданному офицеру Ахмеду Длими. В 1964 министром внутренних дел был назначен генерал Мохамед Уфкир — бывший адъютант Мухаммеда V, активный участник подавления Рифского восстания. Генерал Длими с 1970 возглавлял DGSN, с 1973 — Генеральный директорат территориального наблюдения (DGST/DST). Третьей фигурой карательного аппарата являлся Дрис Басри — заместитель Длими, с 1974 — госсекретарь МВД, с 1979 — министр внутренних дел.

Цели репрессивной политики Хасана II состояли в удержании и укреплении королевской власти, сохранении привилегированного положения элиты — Махзена, ликвидации политической оппозиции, создании силовыми методами условий для определённой программы развития Марокко. Жёсткий курс встретил серьёзную поддержку и во влиятельных кругах Махзена, и в некоторых низовых стратах (служба в госаппарате, особенно в карательных органах, создавала социальный лифт). Сыграли роль личные качества и воззрения короля — убеждённого и энергичного консерватора-антикоммуниста, склонного к монархическому абсолютизму.

Важное значение имел международный контекст. Рост влияния левых сил в афроазиатских странах, свержение монархий в Египте, в Ираке, в Ливии, переворот в Алжире и левый курс Хуари Бумедьена побуждали жёстко действовать на упреждение.

Активный антикоммунизм в африканской и ближневосточной политикеСаадун и Махзен, участие в Сафари-клубе, военная экспедиция в Заир на стороне Мобуту, поддержка сомалийского президента Сиада Барре в Огаденской войне с эфиопским режимом Менгисту, сотрудничество с Савимби в Анголе и Хабре в Чаде, негласное взаимодействие с Израилем — обеспечивали Хасану II лояльность и поддержку Запада, прежде всего Франции и США. В условиях Холодной войны идеологическая и геополитическая позиции ставились выше соблюдения прав человека.

Репрессивная политика в «годы свинца» развивалась по нескольким основным направлениям:

преследования политических оппозиционеров-диссидентов — республиканцев, либералов, социалистов, коммунистов, активистов студенческих и профсоюзных организаций, а также исламистов подавление массовых протестов, демонстраций и забастовок, преследования участников чистки в армии после военных заговоров

Особо выделяется

борьба правящего режима с западносахарским и рифским сепаратизмом

однако эти направления являли собой отдельные крупные конфликты. В то же время война в Западной Сахаре создавала повод для ужесточения внутренней политики. Оспаривание, даже обсуждение марокканского суверенитета над Западной Сахарой приравнивалось к поддержке ПОЛИСАРИО, квалифицировалось как государственная измена и запрещалось уголовным законодательством. Оппозиционные активисты неоднократно привлекались по этому обвинению.

Королевский режим позиционировался как единственный защитник национальных интересов, суверенитета и традиций Марокко. Официальная пропаганда изображала всех оппозиционеров коммунистами или исламистами, врагами страны, разрушителями общества, иностранными агентами. Главным источником внешней угрозы считался соседний Алжир — идеологически враждебное государство социалистической ориентации, конкурирующее с Марокко за влияние в Магрибе. Активная оппозиционность связывалась со спецслужбами Бумедьена. Значительная часть марокканцев, особенно носители традиционалистских монархических взглядов, принимали такие оценки.

Репрессии в политической борьбе

1960-е: подавление парламентской оппозиции Первые меры дисциплинарного ужесточения были предприняты в правящей элите. Часть традиционной аристократии, чиновничества и буржуазии привыкла к более вольным порядкам при Мухаммеде V и проявляла недовольство диктаторскими намерениями Хасана II. Выражением этих настроений стала оппозиция в консервативно-националистической партии Истикляль. Новая конституция, утверждённая на референдуме 1962, значительно расширила властные прерогативы короля. Спустя два с половиной года действие конституции было приостановлено, Хасан II перешёл к прямому правлению.

Парламентские выборы 1963 показали рост недовольства. Даже по официальным, явно сфальсифицированным данным, почти четверть избирателей проголосовали за Национальный союз народных сил (UNFP) — левую партию социалистов и республиканцев. Во главе UNFP стоял математик и политик Махди Бен Барка — непримиримый противник Хасана II, заочно приговорённый к смертной казни за поддержку Алжира в Песчаной войне (впоследствии были опубликованы материалы, позволяющие предположить, что Бен Барка являлся агентом чехословацкой госбезопасности StB).

Ответом властей стала мощная репрессивная кампания. Были арестованы около пяти тысяч человек, в том числе двадцать один депутат парламента от UNFP. Одиннадцать человек предстали перед показательным процессом в Рабате. Их обвинили в антигосударственном заговоре, планах убийства короля и сотрудничестве с алжирской разведкой. Были вынесены смертные приговоры. Осуждённый заочно Ахмед Агулиз, известный как Шейх аль-Араб, успел уйти в подполье. Год спустя полиция обнаружила его в Касабланке. Агулиз оказал вооружённое сопротивление и покончил с собой.

23 марта 1965 правительственные силы под командованием Уфкира жёстко подавили в Касабланке массовые протесты. К студентам, требовавшим гарантированного права на образование, присоединились рабочие, безработные, люмпены из бедняцких кварталов. Демонстранты вступили в схватки с полицией. Против них были брошены регулярные войска с бронетехникой и вертолётами. Власти признали двенадцать убитых, оппозиционные источники говорили о многих сотнях. Хасан II обвинил преподавателей и родителей студентов, назвал интеллигенцию главным врагом государства и сказал, что многим лучше оставаться неграмотнымиSusan Ossman. Picturing Casablanca: Portraits of Power in a Modern City / University of California Press, 1994. Активисты, арестованные за участие в беспорядках, были вскоре амнистированы, но одновременно последовали показательные казни обвиняемых в терроризме и связях с Алжиром.

2 ноября 1965 Махди Бен Барка был похищен и убит во Франции. Спецоперацию организовали и провели лично Уфкир и Длими. Убийство Бен Барки обозначило важный политико-символический рубеж «свинцовых лет». Оппозиция потеряла признанного лидера, особенно тяжёлый удар был нанесён по UNFP.

1970-е: подавление подполья, заговоров и мятежей

Военные заговоры 10 июля 1971 командующий королевской гвардией генерал Мохамед Медбух и подполковник гвардии Мохамед Абабу подняли военный мятеж в Схирате. Побудительным мотивом было возмущение коррупцией. Многие мятежники придерживались республиканских взглядов. Они захватили в плен несколько сотен представителей Махзена, включая Хасана II и генерала Уфкира. Более девяноста человек были убиты (в том числе бывший премьер Мухаммед Ахмед Бахнини), более ста тридцати ранены. Однако король, пользуясь традиционным почтением к монархии, сумел овладеть положением. Правительственные силы подавили мятеж.

Год спустя, 16 августа 1972, новую попытку переворота предпринял уже сам Мохамед Уфкир, стремившийся к полновластию. Королевский лайнер был обстрелян в воздухе, восемь человек погибли. Однако Хасан II вновь сумел переиграть ситуацию. Дезориентированные им лётчики-повстанцы прекратили огонь, приземлились и были арестованы. Вслед за ними арестован, допрошен и убит Уфкир (официально объявлено, что покончил с собой). Оба заговора повлекли за собой сотни арестов и десятки бессудных казней. Над армией установился плотный контроль органов госбезопасности. Во главе карательного аппарата стал генерал Длими.

Восстание Мулай-Буазза К началу 1970-х в UNFP было создано конспиративное военное крыло Танзим. Возглавили его радикальные республиканские активисты Мохамед (Фких) Басри, Омар Дакун, Мохамед (Махмуд) Беннуна — ветераны антиколониальной Марокканской освободительной армии (ALN). С конца 1960-х они установили политические и организационные связи с радикальными группами ООП.

Крупное вооружённое выступление произошло в марте 1973. Планировалось развернуть партизанскую войну в горах Атлас, 3 марта (в День трона) атаковать королевскую виллу, убить Хасана II и наступать на столицу в расчёте на массовую поддержку населения. Движение поддержали спецслужбы АНДР, ливийский правитель Муаммар Каддафи, лидер палестинского НФОП Вадей Хаддад.

Политические лидеры UNFP, в том числе Фких Басри, дистанцировались от этой акции, считая её обречённой авантюрой. Но руководители Танзим приняли твёрдое решение.

В конце января боевики Танзим во главе с Беннуной и Дакуном тайно проникли в Марокко с алжирской территории. Столкновения повстанцев с правительственными силами завязались в ночь на 3 марта у селения Мулай-Буазза (провинция Хенифра, область Бени-Меллаль — Хенифра). Вскоре Беннуна был убит. В нескольких боях правительственные силы разгромили повстанцев.

Спецслужба генерала Длими приступила к «веерным арестам». 149 пленных повстанцев и оппозиционных активистов предстали перед судом. Были вынесены шестнадцать смертных и шестнадцать пожизненных приговоров (несколько десятков человек получили различные сроки заключения, ещё несколько десятков оправданы). Общее количество казней, включая внесудебные, достигло двух десятков. Среди расстрелянных был Омар Дакун.

Королевская пропаганда использовала эти события для обоснования репрессий. Формально подтверждались вооружённая антигосударственная деятельность оппозиции и её алжирские связи. Официальные руководители UNFP не имели отношения к восстанию Мулай-Буазза, но многие из них, в том числе адвокат Абдеррахим Буабид и профсоюзный деятель Омар Бенджелун, подверглись уголовному преследованию. В руководстве UNFP возник серьёзный раскол, партия переживала кризис.

Подполье и спецоперации