Беляк — феодальное владение у башкир, марийцев, мокшан, татар, удмуртов, чувашей и эрзян с эпохи Средневековья и до XVI—XVII вековГераклитов А. А. Мордовский «беляк» // Изв. Краевед. ин-та изучения Южноволж. обл. Саратов, 1927. Т. 2. С. 8. (Отдельн. оттиск)Гераклитов А. А. «Мордовские» должностные лица // Изв. Краевед. ин-та изучения Южноволж. обл. Саратов, 1927. Т. 2. С. 1. (Отдельн. оттиск).Сафаргалиев М. Г. К истории татарского населения Мордовской АССР (о мишарях) // Труды Мордовского НИИЯЛИЭ. Вып. 24. Саранск, 1963. С. 64-79Ямушкин В. П. О ясаке и мордовском беляке // Труды МНИИЯЛИЭ. № 24. Саранск, 1963. С. 100—115Шитов В. Н. Старокадомское поселение // Древние поселения Примокшанья. Саранск, 1992. С.104-125Беляков А. В. Открывая Мещеру (рецензия на кн.: Акчурин М., Ишеев М., Абдиев А. Эпоха татарских князей в Мещере (XV—XVII века). Казань: Институт истории им. Ш. Марджани, 2021. 316 с.) //СТОРИКО-ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ. — С. 128.Беляков А. В. ГРАНИЦЫ ВЕРОТЕРПИМОСТИ В РУССКОМ ГОСУДАРСТВЕ XVI—XVII ВЕКА //Исторический опыт нациестроительства и развития национальной государственности чувашского народа. — 2020. — С. 113—122.Мукина И. В. ЕДИНИЦЫ ИЗМЕРЕНИЯ В ЧУВАШСКИХ ПЕРЕВОДАХ БИБЛИИ //ББК 80 (4Рос). — 2016. — С. 75.Шишкин В. М. Алатырский край в XX веке: Топонимический словарь. — Чебоксары: Институт туризма и сервиса, серия «Память Чувашии», 2002. — 120 с.Исхаков Д. М. От средневековых татар к татарам Нового времени (этнологический взгляд на историю волго-уральских татар XV—XVII вв.). Казань, 1998. С. 196.Иванов В. П., Матвеев Г. Б., Егоров Н. И. Культура Чувашского края. Часть I: Учебное пособие/Сост. МИ Скворцов. — 1995.Беляков А. В. Вотчины в Среднем Поволжье XV—XVII вв.(на примере Мещеры) //Система землевладения и социальные категории населения Волго-Уралья и Западной Сибири XVI—XIX вв. — 2021. — С. 60-74.История башкирских родов. Кыргыз. Том 10 / С. И. Хамидуллин, Ю. М. Юсупов, Р. Р. Асылгужин, Р. Р. Шайхеев, И. Р. Саитбатталов, В. Г. Волков, А. А. Каримов, А. М. Зайнуллин, Р. М. Камалов, Ф. С. Марваров, Р. М. Рыскулов, А. Р. Асылгужин, А. Я. Гумерова, Г. Ю. Галеева, Г. Д. Султанова. — Уфа: ГУП РБ Уфимский полиграфкомбинат, 2015. — 808 с.: илл.Тафаев Г. И. РАЗВИТИЕ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА В ВОЛЖСКО-КАМСКОЙ БОЛГАРИИ (ПО МП ПЕТРОВУ-ТИНЕХПИ) //ББК 63.3 (2 Рос. Чув.) Т-654. — С. 147.Токарев С. А. Этнография народов СССР: Исторические основы быта и культуры. — Изд-во Московского университета, 1958.Свечников, С. К. Присоединение Марийского края к Русскому государству: монография / С. К. Свечников. — Казань: Изд-во «ЯЗ», 2014. — 268 с. + 8 с. цв. вклЧерных С. Я. Марийская антропонимия: истоки формирования и пути развития : дис. — Марийский гос. ун-т, 1996.Пустяков, Александр [Леонидович]. Названия исчезнувших селений Республики Марий Эл : структурно-семантический и историко-этимологический анализ : диссертация … кандидат филологических наук : 10.02.02 / Пустяков Александр; [Место защиты: Тартуский университет ]. — Тарту, 2011. — 371 с. : ил.Гордеев, Федор Иванович. Этимологический словарь марийского языка [Текст] / Под ред. И. С. Галкина. — Йошкар-Ола : Мар. кн. изд-во, 1979. — 22 см. Т. 1: А — Б. Т. 1 [Текст]. — 1979. — 255 с.Гордеев, Федор Иванович. Этимологический словарь марийского языка / Ф. И. Гордеев ; Под ред. И. С. Галкина. — Йошкар-Ола : Марийское кн. изд-во. — 22 см. Т. 2. В-Д. — Йошкар-Ола : Марийское кн. изд-во, 1983. — 287 с.;Попов А. И. О термине «беляк» // Вопросы мордовского языкознания. — Саранск, 1972. — С. 137—140.Акчурин М., Ишеев М., Абдиев А. География княжеств Мещерского Юрта в XV—XVI вв. // Татарские князья и их княжества: сб. статей и материалов. Н. Новгород: ИД «Медина», 2008. С. 26.Демидов, А. Н. Алатырские мордовские князья и мурзы // Мордва в Чувашии: История и современность. — Чебоксары, 2022. — стр. 60-67Ф. И. Гордеев Русская топонимика Марийской АССР // Вопросы марийского языкознания. — Вып. 1. — Йошкар-Ола: Map. кн. изд-во, 1964. — С. 45-59.Акчурин М. М. О мордовских князьях Алатырского края //Средневековые тюрко-татарские государства. — 2012. — №. 4. — С. 8-11.Мокшин Н. Ф. Из истории крещения мордвы (по материалам Шацкого уезда) //Социально-политические науки. — 2014. — №. 4. — С. 16-19.Беляков А. В. Восточная Мещера рубежа XVI—XVII вв.: специфика расселения и хозяйственной деятельности татар и мордвы //Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы. — 2016. — №. 1. — С. 65-72.Акчурин М. М., Беляков А. В. Вотчины как наследие ордынской государственности (на примере документов мещерских уездов XVI—XVII вв.) //Золотоордынское наследие. — 2019. — С. 56-68.Миллер Г. Ф. Описание живущих в Казанской губернии языческих народов, яко то черемис, чуваш и вотяков. / соч. Герардом Фридрихом Миллером по возвращении его в 1743 г. из Камчат. экспедиции. — СПб. : Имп. Акад. наук, 1791. — , 99, с., л. ил.Хрестоматия по культуре Чувашского края : Дореволюц. период / [Сост.: Н. И. Егоров]; Под ред. М. И. Скворцова. — Чебоксары : Чуваш. кн. изд-во, 2001. — 253, с. : ил.; 22 см; ISBN 5-7670-1135-4Галкин И. С. Вопросы истории марийского языка в трудах Г. Г. Кармазина // Из истории марийской филологии. — Йошкар Ола, 1984. — С. 6—15.Пенгитов Н. Т. Формы числа имен и особенности их употребления в марийском языке //Труды МарНИИ. — 1957. — №. X. — С. 77.Гордеев Ф. И. К этимологий общих родо-племенных терминов восточных финно-угров и башкир. Вопросы марийского языка. 1975. Йошкар-Ола.Мордва : историко-культурные очерки / отв. ред. В. А. Балашов. — Саранск: Мордовское кн. изд-во, 1995. — 632 с.Похлебкин В. В. История водки. — Интер-версо, 1991.И. Я. Христофоров, О старинных рукописях в Симбирской Карамзинской библиотеке / Труды Четвертого Археологического съезда в России, бывшего в Казани с 31 июля по 18 августа 1877 года : Т. 2, 1891 г., с. 34Известия о занятиях Четвертого Археологического съезда в Казани / [Изд. под ред. секретаря съезда Д. А. Корсакова]. — Казань : тип. Имп. ун-та, 1877. - с. разд. паг. : табл. ; 25 см, стр. 68-69Смирнов, Иван Николаевич. Черемисы : историко-этнографический очерк / И. Н. Смирнов. — Казань : Типо-лит. Имп. Казан. ун-та, 1889. — , II, 265 с. — (Восточные финны: историко-этнографические очерки / И. Н. Смирнов; т. 1. Приволжская, или булгарская группа; ч. 1). — С. 238—265 помечены ошибочно : 228—255. — Перепеч. из «Известий Казан. о-ва археологии, истории и этнографии», 1889, т. 7. — Библиогр. : с. 236—265.

Этимология

Русская гипотеза И. Я. Христофоров считал, что мордовское слово «беляк» происходит от русского слова «обелять, обеленный» (обеленные крестьяне), так как население этих земель было освобождено от податей.

Тюркская гипотеза

От слова «дар» Н. И. Золотницкий считал, что слово «беляк» это смягченное джагатайское «былак/булак» — «дар, подарок» (чувашское «пылак»).

А. А. Гераклитов, В. П. Ямушкин и Н. Ф. Мокшин выводили слово «беляк» от татарского/турецкого «бiлäк/буляк/булэк» (дар, пожалование, награда).

От слова «проток» Ф. И. Гордеев первоначально выводил слово «беляк» от татарского «балак» (проток реки), но затем изменил свою точку зрения.

От слова «владеть» С. И. Хамидуллин выводит слово «беляк» из тюркского «биләмәк» (владеть).

От слова «часть»

В булгарскую эпоху Ф. И. Гордеев, И. С. Галкин, В. М. Шишкин, А. Л. Пустяков и Н. И. Егоров считали, что марийские топоформанты/словообразовательные суффиксы «-беляк/-влä/-влак/-булак/-плак/-полко» имеют общее происхождение с удмуртскими словами «беляк/пилги/бӧляк/бӧлак/бӧльяк» (сосед, родственник, член одного рода; род, родовая группа), с мордовским словом «беляк» (территориальный участок, на котором расположено несколько деревень) и словообразовательными суффиксами «-пула/-була/-пуло/-було» (собирательное множество каких-либо объектов), а также с чувашским словом «пӳлӗх» (удел, надел). Они выводят их происхождение из булгарского (древнечувашского) слова «*бӧлäк/*böläk» (группа людей, связанных общей деятельностью или принадлежностью к одному роду; поселение семейно-родовой группы), так как заимствование слова произошло ещё до распада древнемарийского языка на диалекты, вызванного тюрко-монгольским вторжением, о чём говорит его наличие как в горно-марийском наречии, в форме «-влä», так и в лугово-марийском и восточно-марийском наречиях, в форме «-влак».

В золотоордынскую эпоху Н. И. Золотницкий считал, что слово «беляк» это турецко-татарское «булук» — часть, доля (чувашское «пулухси» — дух, раздающий жребий).

И. А. Износков считал, что в черемисском (марийском) слово «беляк» (марийское «пеляк») означает «часть, половина» (марийское «пель»).

Н. Т. Пенгитов выводил марийский показатель «-влак» и топоформанты «-беляк/-пелак/-вылак/-пылак/-полко» из слова «*пϒлϒкϒ» (род, племя, потомок, группа, поколение).

С. А. Токарев выводил удмуртское слово «бёляк» из татарского языка, где оно имеет значение «родственные семьи, потомки одного родоначальника».

А. И. Попов считал невозможным выведение слова «беляк» как от турецкого слова «бiлäк» (дар), так и от слова «булак» (источник). По его мнению, для слова «беляк» наиболее вероятно происхождение от тюркской и монгольской глагольной основы «бол» (разделять, отделять, делить), от которой произошли слова «бöлак» (часть), «болук» (часть, кавалерийская дивизия, участок, уезд, белюк), «bӧlük» (часть, группа, рота, эскадрон), «болек» (часть), «бӧлек» (часть, отделение), «bolӧg» (часть, группа, улус), «булук» (стадо из 50-100 овец/группа из 50-100 людей, взвод) и прочие. Также, он связывал общим происхождением мордовский «беляк» с марийским «-влак» и удмуртским «боляк».

И. В. Мукина выводит чувашское слово «пилěк» (загон, надел), из тюркского слова «болÿк» (часть, доля), и считает, что оно имеет значение, сходное со значением слова «беляк» у мордвы, марийцев и удмуртов. Впоследствии, слово «пилěк» стало означать меру поверхности в некоторых диалектах чувашского языка: пилěк, пěрпилěк, ҫурпилěк.

Г. Е. Корнилов выводит слово «беляк» из тюркского «бöлек/бÿлəк», который он, в свою очередь, выводит из кыпчакского корня «бöл-/бÿл-/пöл-/пÿл-/бол-» (разделять, отделять, размежевывать). По его мнению, в марийском языке это слово приобрело 10 аллоформ: -беляк, -бляк, -былак, -пеляк, -плак, -пиляк, -влак, -вылак, -млак, -лак.

Г. И. Тафаев выводит чувашское слово «пилěк» из тюркского слова «беляк» (единица территориального владения, подушный надел земли, содержимый одним владельцем/семейством/хозяйством).

Финно-угорская гипотеза Г. Г. Кармазин считал, что марийские показатели «-влак/-лак-/-влä», как и удмуртское «бӧлӓк» (род, родовая группа), и мордовское «веле» (деревня), и горномарийское «пӱлӓ» (порядочно, значительно) восходят к общему источнику, означающему «род, племя».

С. Я. Черных связывает марийское понятие «беляк/пелак» с марийским словом «шӱм/велык», происходящим от древнемарийского слова «велäк/пелäк» (милый, близкий сердцу), и считает, это оно родственно прибалтийско-финскому слову «veli» (брат, собрат, соплеменник).

И. Н. Смирнов считал, что черемисское (марийское) слово «беляк» родственно точно такому же слову в вотяцком (удмуртском) и остяцком (хантском) языках, где оно имеет значения «сосед» и «край, сторона», соответственно, то есть «Токта-беляк» это «Токтаева сторона», а «Кесе-беляк» это «сторона Кесе».

Названия По мнению А. А. Гераклитова, мордовские беляки могли именоваться как по названию их центрального населенного пункта, так и по названиям их угодий (ухожаев), так и по названиям рек, текущих около их населенных пунктов, ухожаев или зимниц.

По мнению В. П. Ямушкина, первоначально мордовские беляки получали названия по именам их владельцев, но впоследствии их названия менялись на новые, происходящие от наименований селений и урочищ, входящих в этот беляк.

По мнению М. Акчурина, М. Ишеева и А. Абдиева, мордовские беляки получали названия, в основном, по именам урочищ, рек и селений, но встречались и беляки, названные по имени татарского бека-владельца.

Значение П. И. Кеппен считал, что «беляки» — это одно из мордовских племен.