Интернирование японцев в Первой мировой войне — насильственное перемещение японцев в странах Центральных Держав (Германская империя, Австро-Венгрия) в лагеря, тюрьмы и иные места заключения во время Первой мировой войны. Интернированию подверглось небольшое число японцев — большая часть покинула враждебные им страны после объявления войны. Но немногие, кто решили остаться, столкнулись с ограничениями в правах и свободах, расизмом и другими проблемами.
Германия
Предыстория До лета 1914 года отношения между Японией и Германией были дружественными и уважительными: Германия была вторым по популярности европейским направлением для японцев после Англии (разница составляла около десяти процентов), но в Германии было самое большое количество студентов (374 по сравнению с 83 в Англии). Когда началась война, мало кто из немцев и японцев предполагал, что они станут врагами. На момент начала войны в Германии находилось около 600 японцев (согласно другому мнению около 500). До войны интернирование японцев даже не рассматривалась как возможность.
28 июля 1914 года началась Первая мировая война с объявления Австро-Венгрией войны Сербии. Напряжение в Европе нарастало с момента убийства эрцгерцога Франца Фердинанда в Сараево, но мало кто предполагал, что это приведёт к мировой войне. Даже если война считалась возможной, мало кто мог предвидеть, что в конфликт будет втянута Япония, у которой были хорошие отношения с Германией и Австро-Венгрией. Поэтому лишь немногие японцы покинули эти две страны с началом войны.
После того как 2 августа Россия объявила войну Германии, в Германии стали распространяться слухи неясного происхождения о том, что Япония попытается напасть на Россию с тыла. Немецкое население поверило в эти слухи, что привело к доброжелательному отношению к японцам. В тот же вечер перед японским посольством в Берлине собралась многотысячная толпа, крича «Банзай!» Такой восторженный энтузиазм продолжался некоторое время, причём некоторых японцев даже обнимали и целовали совершенно незнакомые люди. Этот странный «японский бум» мог быть вызван множеством причин.
У немецкого народа всё ещё оставались яркие впечатления от русско-японской войны. Некоторые могли предположить, что японцы будут стремиться вернуть долг, который они задолжали Германии за значительную помощь, оказанную страной в процессе модернизации Японии. Стремясь заполучить как можно больше союзников, они могли даже находиться под влиянием своеобразного самовнушения. Однако, когда 4 августа в войну вступила Великобритания, немецкие интеллектуалы начали беспокоиться, что Япония вступит в войну на основе англо-японского союза. Некоторые японцы, проживающие в Германии, оказались в тяжёлом экономическом положении, когда система денежных переводов из-за рубежа перестала работать.
Более того, по всей Германии начала распространяться атмосфера войны, когда полиция начала арестовывать российских и французских граждан как «вражеских иностранцев». Фунакоси Мицунодзё, исполняющий обязанности посла в берлинском посольстве, отреагировал на ситуацию 7 августа, приняв решение об эвакуации японских граждан, проживающих в Германии. Многие студенты по обмену хотели продолжить учебу, но поскольку общее отношение к японцам неуклонно ухудшалось, посольство торопилось их эвакуировать.
15 августа 1914 года Япония предъявила ультиматум германскому правительству, пользуясь своим союзом с Великобританией. Германское правительство не ответило, и 23 августа Япония вступила в войну против Германии. После ультиматума отношение Германии к японцам начало меняться. К японцам, которые до этого момента считались дружелюбными гостями, постепенно стали относиться настороженно, а затем их обвинили во вступлении Японии в войну.
Большинство японцев получили совет покинуть Германию из японского посольства. Однако некоторые люди, жившие за пределами Берлина, не могли решить, стоит ли им уезжать и каким путём, поскольку не располагали достаточной информацией. Другие решили рискнуть и остаться в Германии, чтобы закончить учёбу или рассчитывать на то, что война не будет долгой. Около 40 японских офицеров покинули Германию и Австрию.
Многие студенты по обмену хотели продолжить учёбу, но поскольку общее отношение к японцам неуклонно ухудшалось, посольство торопилось их эвакуировать. К 20 августа многие японцы спешно покинули страну, большинство из них эмигрировали через нейтральные Нидерланды в Великобританию. Каваками Хадзимэ, доцент экономики в Киотском университете, который в то время учился в Берлине, позже назовёт эту напряжённую сцену побега «ночным бегством из Берлина».
Интернирование гражданских граждан вражеских стран является явлением, наблюдаемым во всех воюющих странах, затронутых иногда страхом перед шпионской деятельностью. Это одна из характеристик «тотальной войны», которая мобилизует всю нацию на военные действия и таким образом делает всех представителей противоборствующих наций потенциальными врагами, без различия между гражданскими лицами и солдатами.
Интернирование 20 августа немецкие власти начинают арестовывать японцев и помещать их в лагеря для интернированных или военнопленных, а также в тюрьмы. Большинство японцев покинули страну до этой даты, но 126 граждан в Германии (число, зарегистрированное Министерством иностранных дел Японии, однако реальная цифра может быть больше, так как другие источники указывают на то, что министерство не знало обо всех интернированных японцах) будут интернированы. Максимальная продолжительность интернирования составляла 80 дней, но место, продолжительность и условия интернирования и освобождения были самыми разными.
Интернирование всех японских граждан проходило в один день, 20 августа, с 9 утра, что свидетельствует о хорошей организации немецких военных и полиции. Возможно, немецкое правительство изначально планировало разместить японцев в помещениях, которые были как можно лучше оборудованы. Но из-за неожиданно большого количества гражданских интернированных многих национальностей было трудно подготовить достаточно места, и их отправляли в самые разные места. Например, врача Уэмура Хисако и двоюродную сестру министра иностранных дел Японии Като Такааки восемьдесят дней содержали в тюрьме города Крефельд в Западной Германии. В Берлине четыре человека были интернированы в тюрьму, а затем отправлены в , который изначально был местом ипподрома. Некоторые японцы даже находились в лагерях для военнопленных. Полиция округа Бентгейм потребовала создания центрального «концентрационного лагеря» для решения этой проблемы.
Не было разделения на военных и гражданских лиц, мужчин, женщин и детей, стариков и больных — всех их насильно интернировали только за то, что они были японцами из-за страха перед шпионажем и преднамеренно надуманной «жёлтой опасностью».
Условия содержания Японцы считались представителями вражеского государства, с ними обращались более сурово и наказывали их строже, чем других заключенных, по сравнению, например, с английскими и французскими гражданскими лицами в Германии. Такое отношение задумывалось немецкими властями как «расплата» за поведение Японии после длительного периода дружественных отношений во второй половине XIX века. В сравнении с обращением с немецкими гражданскими лицами и военнопленными в Японии, масштабы и тяжесть принудительных мер, которым подвергались японские гражданские лица в Германии, были более тяжёлыми.
Суровые условия были обычным явлением во время интернирования. Им разрешали гулять лишь короткое время в день, были ограничения на свободу общения, они спали в ужасных условиях, их принуждали к уборке комнат и туалетов, нередки были оскорбления и притеснения со стороны охранников. Самой распространенной жалобой была жалоба на плохое питание. Савада Ютака, странствующий исполнитель, который был интернирован в лагерь для военнопленных в небольшом городке Зольтау в Западной Германии, позже заявил, что его заставили заниматься принудительным трудом. Существует множество драматических человеческих историй, связанных интернированием японцев.
В помещениях для интернированных проживали представители разных национальностей, включая русских, британцев, французов и бельгийцев, которые помогали друг другу, чтобы выстоять в тяжелых условиях. Некоторые европейские интернированные, получившие вещи от своей семьи, отдавали их японцам, а другие были достаточно добры, чтобы показать японцам, как отправить письмо на волю, и получить газетные статьи о Японии. Некоторые немецкие охранники и полицейские относились к японцам с расовыми предрассудками и враждебностью, используя оскорбительные выражения и плохо обращаясь с ними. Но довольно много немцев сочувствовали японцам. Японским интернированным часто удавалось улучшить свои жилищные условия или наладить связь с внешним миром, давая деньги охранникам. Дружба и торг часто встречались даже в суровых местах интернирования.
Реакция японцев Интернированные японцы часто рассматривали действия немецких властей и гнев общественности не только как выражение ненависти к врагу, но и как презрение белых к цветным расам. Расовый вопрос был навязчивой идеей и вызывал недовольство, разделяемое японцами того времени, особенно среди элиты. Ещё с начала века дискриминационные меры в отношении японцев в США и в британских доминионах вызывали озабоченность японской дипломатии. Кроме того, на Парижской мирной конференции Япония предложила включить в протокол Лиги Наций пункт о расовом равенстве, но это предложение было отклонено из-за противодействия некоторых участников переговоров.
Японцы осудили обращение с ними немецких властей, сравнивая немецкую политику со своей собственной — по их мнению, японские власти обращались уважительно с российскими военнопленными во время русско-японской войны, а также с немецкими и австро-венгерскими гражданскими и военными лицами, задержанными в нынешней войне. Они считали, что японцы были более «цивилизованными», чем «варварские» немцы. Они также критиковали западную цивилизацию, которая, в их глазах, более материалистична и поверхностна, чем японская или азиатская цивилизация, которая более духовна. Такие мнения были типичны для японской элиты того времени.
Поскольку японцев было не так много, они быстро познакомились друг с другом. Некоторые из них никогда не узнали бы друг друга, если бы не были интернированы. Например, врач Уэмура был интернирован вместе с путешествующим исполнителем. Отабэ Сёдзабуро, другой врач, интернированный в , военном лагере в Западной Германии, умолял охранника проявить милосердие к одному из своих товарищей по интернированию, японскому артисту, с которым плохо обращались другие охранники. В целом японские интернированные, похоже, разделяли чувство солидарности.
Состав интернированных Их род занятий, возраст и место, где они были интернированы, были совершенно разными. Многие из них были рабочими японских компаний и членами их семей (всего 42 человека), гастролирующими артистами (27 человек), врачами (17 человек), профессорами (не включая врачей, 8 человек) и студентами по обмену (6 человек). В основном это были люди 20-30 лет. Местами их заключения были в основном крупные города, такие как Берлин, Франкфурт-на-Майне и Ганновер, но некоторые были задержаны в нынешних федеральных землях Нижняя Саксония на северо-западе или Северный Рейн-Вестфалия на западе Германии. Причина заключалась в том, что захваченные там люди направлялись в Нидерланды.