Таможенная система Великого княжества Литовского — совокупность средств и методов государственного регулирования перемещения товаров через границу, экспорт-импорт товаров, а также практическая организация таможенной (мытной) службы на землях ВКЛ (создание мытен, установление тарифов, взимание мытных сборов, борьба с контрабандой и пр.
Мытный сбор в XIII веке
Торговое право существовало уже в XIII веке, когда основанный немцами в 1201 году в устье Двины с разрешения князя полоцкого стратегический военно-торговый город Рига стал ключевым звеном в торговле восточнославянских государств с Западной Европой. Это привело к заключению торговых договоров между Ригой и славянскими князьями: первым таким договором между Ригой и Полоцком стал договор 1210 года, по которому полоцкий князь Владимир предоставлял купцам широкие права. Договор смоленского князя Мстислава Давыдовича вместе с князьями полоцким и витебским с Ригой и Готским берегом 1229 года, — один из первых письменных источников торгового права в белорусских землях, скрепленный печатями городов Висбю, Любека, Данцига, Мюнхена, Гронингена, Дортмунда, Бремена, Смоленска, Полоцка и Витебска. Его положения регулировали различные аспекты торговых отношений. Подчеркивалось, что торговый путь должен быть «чистым», «без межи», отмечалось, что приезжие купцы могут пользоваться покровительством властей и торговыми привилегиями. «Кожнаму латиненскому чалавекам з усіх вольны путе з Гочкого берага да Смольнеска без мыта». Этот договор послужил основой и для других соглашений.
Ранее в исторической литературе пошлину-мыто (myto) нередко отождествляли с внешнеторговым сбором — цло (theloneum, cło). И польские и украинские словари и энциклопедии дают схожие определения этим понятиям. Цлом называли сбор, взимаемый на границах государства в специальных местах (коморы цельные) чиновниками (мытники, цельники) с товаров экспорта/импорта в пользу великого князя литовского, а мытом — пошлины, служащие компенсацией за эксплуатацию коммуникационных сооружений (мостов, бродов, переездов)Słownik języka polskiego / J. Karłowicza, A. Kryńskiego, W. Niedżwiedzkiego. — Warszawa, 1902. — T. II. H-M. — S. 1089; Brückner A. Encyclopedia staropolska. W 2 T. — Warszawa: TrzASkI, 1939. — T. A-M. — S. 179, 955; Gloger Z. Słownik rzeczy starożytnych. — Kraków, 1896. — S. 59-60; Gloger Z. Encyclopedia staropolska ilustrowana. Wiedza powszechna. W 4 T. — Warszawa, 1996. — T 1. — S. 248—249; Горбачевский Н. И. Словарь древнего актового языка. — Вильно, 1874. — С. 224—225, 360; Енциклопедія українознавства. — Париж — Нью-йорк, 1962. — Т. 4. Словник староукраїнської мови XIV—XV ст. — К., 1977. — Т. 1. А-М. — С. 626.
В современном белорусском языке сохранились слова: «мыта», «мытня», «мытніца», «мытнік». С этим понятием связаны названия притока реки Припять — Мытва, сёл в Лидском и Полоцком районах — Мыта, Мытница в Ровенской и Мытница в Тернопольской областях, Мытная площадь во Львове и др. Таможенная служба Республики Беларусь называется Дзяржаўны мытны камітэт.
В то время мытный сбор осуществлялся обычным сбором денег с приезжих. Существовало два вида мытных пошлин: водяное мыто (взимался с лодок) и сухое мыто (пошлина с возов). Порожние суда пошлины не платили. Если кто-либо пытался уклониться от уплаты, то при задержании платил двойной штраф с каждого воза или судна. Мытней правил назначенный княжеский управляющий — тиун (тивун) с помощниками. Торговля по тому времени была достаточно оживлённой. Например, через Полоцк вывозили овчину, пушнину, воск, хмель. Ввозили мечи, топоры, янтарь, изделия из бронзы, серебра, железа.
Таможенная система в XIV—XV веках
Мыто (цло) в Великом княжестве Литовском — это пошлина, взимаемая казной ВКЛ с местных купцов за ввоз и вывоз товаров за границу, а также с иноземцев за продажу товаров на местных рынках или за провоз по территории государства. С образованием Великого княжества Литовского сбор мыта переходил от удельных князей к великому князю литовскому. Мытные сборы с купцов за перевозки по территории государства, ввоз и вывоз, а также за продажу различных товаров на местных рынках составляли значительную долю казны. Мытную пошлину платили как местные купцы, так и иностранные «гости». И не только деньгами, но и некоторыми товарами (ткани, меха). В «Материалах для географии и статистики России, собранные офицерами Генерального Штаба» (1863 год) говорится: «Около того же времени (речь идет о 1411 годе) в Бресте появились августинские монахи, которым были отданы обширные плацы между Мухавцом и Бугом для постройки, а на их содержание определены доходы с брестского мыта 4 коп широких грошей…». То есть, уже в 1411 году существовала брестская мытня.
Мытная (таможенная) деятельность отражена в документах государств, с которыми торговали купцы ВКЛ, в частности в делах Посольского приказа, в Рижской торговой книге за 1280—1352 годы, в мытных реестрах некоторых польских городов. Сохранились мытные книги Бреста за 1583 и 1605 годы, Витебска — за 1605, Гродно — за 1600, 1605, 1764, Могилёва — за 1612, 1708, Полоцка — за 1616, 1708, Минска — за 1708. Они позволяют судить о развитии ремёсел и торговли в городах ВКЛ, международных торговых путях, связях княжества с Россией, Украиной, Прибалтикой.
Недостатком мытных книг является отсутствие известий о товарах, ввозимых и вывозимых шляхтой и духовенством. Согласно привилею Сигизмунда I, шляхта и духовенство Польши освобождались от пошлин, если товары везли не на продажу, а для собственных нужд. С середины XVI века до 1764 года от платы за вывоз из своих маёнтков товаров (лес, лён, пенька, поташ и др.) шляхта также освобождалась. Только в 1772 году, во время Первого раздела Речи Посполитой, были введены три пошлины, охватывающие все социальные группы Речи Посполитой: шляхетское мыто, купеческое мыто и мыто от соли. В мытных книгах эти пошлины фиксировались отдельно.
Для наиболее экономически развитых регионов власти могли отменить мытные сборы. Великокняжеский привилей (1432) брата Витовта Сигизмунда Кейстутовича гарантировал жителям Вильны право свободной торговли. А Казимир Ягеллончик, предоставляя виленским мещанам право не платить мытных пошлин на всей территории государства, в 1440 году ссылался на вековые обычаи, установленные ещё при Ольгерде.
Несмотря на русско-литовскую войну 1487—1494 гг., купцы не переставали ездить, но жаловались на повышение пошлин, произвольно вводившихся местными властями ВКЛ («смоленский мыт», «промытилися есте менское мыто»). Доходило до того, что купцов «сажали в колодки». За освобождение требовали выкуп. Бывали случаи конфискации товара, в основном это — меха, воск, шубы, оружие и доспехи. Известен случай с московским купцом Ивашкой Перфуровым, ехавшим в 1492 году из Царьграда через ВКЛ и умершим в Крево. Местные власти забрали его товар и не хотели отдавать родственникам. Жалобы дошли до короля. Местные власти оправдывались: чтобы не платить мыта, купцы ездят «новыми дорогами», поэтому их отлавливают и штрафуют (промыт). Со временем промытом стала называться конрабанда, а промытниками — контрабандисты.
Чтобы избежать пошлин, купцы иногда пытались останавливаться у городских жителей. Поэтому в 1567 году Сигизмунд ІІ Август приказал всем мещанам ВКЛ под угрозой штрафа в 500 коп грошей не впускать приезжих купцов, кои «товары свои развязываючи, зъ возовъ выкладывают и втаивают»Грамоты Великихъ князей Литовських с 1390 по 1569 годы / [под ред. В. Антоновича и К. Козловского]. — К., 1868. — № 48.
Многие города ВКЛ имели так называемое «право склада», в соответствии с которым иноземные купцы, которые не смогли по каким-то причинам продать свои товары в конкретном городе, могли везти их дальше только после определённого привилеем срока хранения, — до шести месяцев. Нарушение наказывалось изыманием товара. Такое право складирования было даровано Гродно, Бресту, Витебску, Полоцку и некоторым другим городам (в первую очередь речь идёт о приграничных городах). В привилее Могилёву склады назывались «коморами для складанья речей и товаров». Суть права заключалось в том, что иноземные купцы оставляли свои товары на складах, а дальнейшее передвижение товаров по территории ВКЛ проводилось местными купцами, которые как бы выступали посредниками между иноземными купцами и покупателем-адресатом. Например, это прописано в привилеях 1498 и 1580 года: «…вольно будет товарами и куплями всякими яко въ Полоцку, такъ и во всемъ панстве нашомъ… купчити и торговати никоторого мыта торгового не платячи».
Таможенная система в XVI веке
Если в конце XV века в ВКЛ насчитывалось 83 города, то уже в конце XVI было 530, а без отошедших к Польше украинских и подляшских земель — 380. Наиболее крупные города этого периода — Брест, Витебск, Гродно, Минск, Новогрудок, Полоцк. В XV веке торгово-ремесленными центрами становились и поселения, ранее бывшие крепостями (Лида, Орша и др.
В XVI веке развивающееся ремесленное производство способствовало росту товарооборота. Через ВКЛ проходили торговые пути из Польши, ганзейских городов, Крыма и т. д. Внешняя торговля велась купцами и богатой шляхтой, которая из своих имений отправляла товары к балтийским портам и далее в страны Западной Европы. Торговые пути проходили через Верхнее Поднепровье (включая Борисов, Оршу, Мстиславль, Бобруйск, Речицу). Ряд торговых путей шёл с Востока на Запад через Путивль, Смоленск, Полоцк. Для удобства ведения торговли во многих городах ВКЛ располагались специальные дворы, где жили иностранные купцы: русские, немцы, поляки и др.
При великом князе Александре Ягеллончике в 1492—1506 годах созданы мытные округа (мыты). В XVI веке их было 11: волынский с главными коморами в Луцке и Владимире-Волынском, виленский с коморами в Вильне и Минске, витебский, дисненский, киевский, ковенский, могилёвский, новогрудский, подляшский с коморами в Бресте и Бельске, полоцкий и смоленский мыты. Центрами были крупные региональные мытни — главные мытные коморы, которых иногда насчитывалось несколько. Им подчинялись мытные коморы и их подразделения — прикоморки. В местечках и сёлах находились посты мытной стражи. Коморы и прикоморки были в Ошмянах, Бобруйске, Березине, Витебске, Кричеве, Мозыре, Новогрудке, Радошковичах, Речице, Вышгороде, Житомире, Виннице, Дубно и др. С 1643 года коморы работают в Баре, Галиче, Лоеве, Нежине, Чернигове, Чернобыле.
Сбор с соли и воска с начала XVI века происходил в особых местах — соляных и восковых коморах. Коморы находились только в великокняжеских городах, а прикоморки в частновладельческих маёнтках. В Уставной грамоте великого князя Сигизмунда Киевской земле от 8 декабря 1507 года говорится: «…А мыта новые так уставляем: где бы здавна не бывали за предков наших, за великого князя Витовта и за Жикгимонта и перво сего за отца нашого и за брата нашого короля его милости, тут и теперь не потреб воеводам нашим мыт новых уставляти, нижли старые звечные мыта мають браны по давному: бо мы старины не рушаем, а новины не вводим, хочем все по тому мети, как будеть было за великого князя Витовта и за Жикгимонта».
Первые документально подтвержденные сведения о мыте городенском относятся к 1480-м годам. В июле 1486 года великий князь Казимир извещал наместника городенского об отдаче на откуп мостового городенского мыта и требовал следить чтобы перевоз товара оcуществлялся только по этому мосту. Мост находился под откосом Нижнего замка (Окольного города). Сохранилась гродненская мытная книга за 1600 год, — «Реестр мыта старого коморы мытной за производством Стефана Ильковича» на 123 листах в кожаном переплёте. «Якуб Протосевич заявил железо 18, дал мыто 215 грошей… Илья Шмойлович, еврей гродненский, заявил в Вильно мед 10, дал мыто 1 коп…. Аврам, еврей гродненский направил в Ковно на двух возах мыло, мыто 5 грошей… Ян Пшевобский привез в Гродно три воза железа, мыто 30 грошей…».