Швеция на протяжении всей Первой мировой войны была нейтральной, хотя шведское правительство в разное время симпатизировало обеим сторонам конфликта, даже ненадолго оккупировав Аландские острова вместе с немцами в 1918 году. В начале военных действий шведское правительство изучало возможность изменения нейтральной позиции в пользу Центральных держав. Так, в июле 1914 года король Густав V и министр иностранных дел Швеции Кнут Валленберг дали гарантии Центральным державам, что в любом случае исключён союз Швеции с Россией. Швеция совместно с Норвегией опубликовала официальную декларацию о нейтралитете в начале военного конфликта, но с оговоркой по возможности её изменений и корректировки.

В Германии общий тон по неприятию России был воспринят как то, что при продолжении немецкого политического давления Швеция выберет сторону Центральных держав. Швеция уступила Германии в ряде требований, таких как запрет транзита военной техники и оборудования стран Антанты, и отключение маяков на западном побережье Швеции в районе Эресунна. Шведы долго отказывались минировать пролив Эресунн в своих территориальных водах, чтобы закрыть его для военных кораблей союзников, но летом 1916 года всё-таки были вынуждены его заминировать в районе фарватера .

В 1916 году, уже под давлением стран Антанты, шведы подписали соглашения, разрешающие торговлю с державами Антанты и ограничивающие сильно развитую торговлю с Центральными державами.

Торговля Швеции с Германией в конечном итоге привела к значительному сокращению экспорта продуктов питания в Швецию, из-за санкций стран Антанты, особенно после вступления Америки в войну в 1917 году. Нехватка продовольствия, учащающиеся общественные беспорядки и голодные марши привели к падению консервативного правительства Яльмара Хаммаршёльда, которое в конечном итоге было заменено социал-демократическим, что привело к эпохе политических реформ в Швеции .

В конце войны Швеция не участвовала в подписании Версальского договора, который положил конец конфликту, но присоединилась к Лиге Наций. В дальнейшем многие шведские фирмы сотрудничали с немецкими производителями, помогая им избегать ограничений договора .

Предвоенный период

Пронемецкие симпатии

В первые годы XX века считалось, что симпатии шведского монарха и шведских военных были на стороне немцев из-за тесных культурных связей и общего страха перед имперской Россией. По словам посла Австро-Венгрии в Османской империи, в 1904 году, во время русско-японской войны, шведский король Оскар II предложил наступательный военный союз с Османской империей против России, находившейся в тяжелом военном положении. Преемник Оскара, король Густав V, был женат на немке Виктории Баденской, двоюродной сестре кайзера Вильгельма II, а шведский риксмаршал также был известен как решительный сторонник союза с Германией. В ноябре 1910 года генеральные штабы Германии и Швеции даже тайно встречались, чтобы обсудить совместное наступление на Санкт-Петербург, но встреча закончилась без достижения обязывающего соглашения . Королевская семья Швеции симпатизировала Германии, ряд шведских социал-демократических политиков также благосклонно относились к Германии из-за внедрения системы немецкого социального обеспечения и её промышленные и научные достижения. Среди видных сторонников немцев в рядах социал-демократов были Отто Ярте и . Они оба были исключены из Шведской социал-демократической партии в 1915 году за их книгу, призывавшую «мужественно встать на сторону Германии» .

Кризис перевооружений

Перевооружение вызывало особую озабоченность в Швеции из-за растущей напряженности в Европе. Когда правительство Карла Стаафа предложило сократить военные расходы и отменить заказ на корабли береговой обороны, которые позже стали известны как броненосцы береговой обороны типа «Сверье» («Sverige»), более 30 000 шведских фермеров 6 февраля 1914 года прошли маршем в Стокгольме, чтобы выразить протест в рамках . В ответ король Густав V произнёс во дворе Королевского дворца в Стокгольме речь, написанную ярым прогерманским сторонником Свеном Гединым, в которой приводились доводы в пользу увеличения военных расходов. Речь спровоцировала в Швеции (так называемый «придворный кризис») из-за вмешательства монарха в управление государством, поскольку конституционная монархия в партийной политике должна была быть нейтральной. Когда король Густав отказался смягчить свою риторику по поводу расходов на оборону, правительство Карла Стаафа ушло в отставку и было заменено консервативным правительством Ялмара Хаммаршельда.

Ранний этап войны

Июльский кризис

Во время июльского кризиса, и король Густав V, и шведский министр иностранных дел Кнут Валленберг заверили Центральные державы, что в войне между Германией и Россией Швеция никогда не встанет на сторону России, и что, хотя Швеция издаст декларацию о нейтралитете в начале конфликта, она сохранит за собой право предпринять другие (подразумевалось, что прогерманские) действия позже. Заверения, данные королем Густавом и Кнутом Валленбергом, заставили министра иностранных дел Германии Готлиба фон Ягова поверить в то, что Швеция поддержит Германию в предстоящем конфликте. Были даже проведены переговоры между военным и военно-морским штабами Швеции и Германии о сотрудничестве, и была достигнута предварительная договоренность об использовании Германией баз и якорных стоянок на восточном побережье Швеции и на острове Готланд. Валленберг также предупредил немцев, что Швеция не может вмешаться слишком рано, поскольку это может спровоцировать британское вмешательство в конфликт. В свою очередь, это побудило немецкого министра заявить в Стокгольме, что, если Великобритания вступит в конфликт, Германия предъявит ультиматум с требованием вступления Швеции в войну. В то же время министерство иностранных дел Швеции направило в Россию сообщение, обещающее, что Швеция сохранит нейтралитет, хотя дополнительные шведские войска были отправлены для усиления на границу Швеции с Финляндией, находящейся на тот момент в составе России.

Декларации нейтралитета

Швеция объявила нейтралитет в австро-сербском конфликте 31 июля 1914 года и в общем конфликте Германии против Франции и России 3 августа. Обе декларации оставляли открытой возможность того, что Швеция может позже изменить свою позицию, если другие страны присоединятся к конфликту. Однако 2 августа Валленберг в беседе с британским посланником в Стокгольме повторил свое утверждение, что, если Швеция будет втянута в войну, она никогда не будет воевать на стороне России. По-видимому, опасаясь, что Германия может выдвинуть ультиматум с требованием Швеции выбрать сторону (что немецкий кайзер угрожал сделать во время визита короля Густава в Германию в 1913 году), Валленберг также пообещал , что шведский нейтралитет будет «благожелательным» по отношению к Германии . Позиция Норвегии также беспокоила Валленберга, так как он считал, что норвежцы предпочтут вмешаться на стороне англичан, если Великобритания вступит в войну. 8 августа 1914 года Швеция и Норвегия опубликовали совместную декларацию о нейтралитете, предупредив, что они сохранят свой нейтралитет по отношению ко всем воюющим сторонам и будут гарантировать нейтралитет друг друга. Ещё одно совместное заявление было сделано королями Дании, Норвегии и Швеции в декабре 1914 года, и части шведской армии, отправленные к финской границе, были отозваны к местам постоянной дислокации.

Германские предложения альянса

В начале 1915 года Артур Циммерманн, немецкий дипломат, статс-секретарь иностранных дел Германии, обратился к Хаммаршельду, находившемуся с визитом в Берлине, с предложением потенциально сформировать «Северный блок» под руководством Швеции в обмен на союз между Швеции и Германии. В то время как Хаммаршельд отверг это первое предложение, Циммерманн настаивал и обратился к Людвигу Дугласу с предложением о создании обновлённой Шведской империи, охватывающей Финляндию и прибалтийские провинции Российской империи. Затем Дуглас передал это предложение королю Густаву 8 июня 1915 года, а также Хаммаршельду и Валленбергу, однако только король Густав воспринял это предложение положительно .

После этой неудачи принц Максимилиан Баденский, двоюродный брат шведской королевы Виктории, сделал ещё одно предложение королю Густаву. Принц Макс получил указание от кайзера Вильгельма II и Эриха фон Фалькенхайна, которые хотели интегрировать Швецию в состав германской Миттельевропы, заключить союз с целью совместного нападения на Санкт-Петербург, взамен Германия была готова предложить материальную и военную поддержку, а также обещала передачу Швеции Аландских островов на которых проживало в основном шведскоязычное население. Усиление фортификаций на островах русскими в 1915 году вызывало беспокойство в Швеции . Король Густав отклонил это предложение 20 ноября 1915 года, поскольку без casus belli против Швеции он не мог быть уверен в народной поддержке вовлечения Швеции в войну.

1 декабря 1915 года два ведущих прогерманских шведских политических деятеля, социал-демократ Отто Ярте и консервативный редактор Адриан Молин, имели аудиенцию у короля Густава, на которой призвали его присоединиться к войне на стороне Германии. Они высказались, что «в случае победы Антанты идеи республиканизма и парламентаризма победят в мировой истории». Согласно Отто Ярте, король неоднократно заявлял, что придерживается того же мнения и что Швеция «сразу начнёт действовать», как только немецкие войска войдут в Финляндию. Однако Ярте добавлял, что король также заявлял, что как конституционный монарх он не может давать никаких обязывающих обещаний.

Хотя разговоры о союзе в конечном итоге ни к чему не привели, Швеция действительно предпочитала Германию России по крайней мере в одном важном отношении. Кнут Валленберг без ведома Хаммаршельда разрешил немцам использовать шведские шифры для связи со своими посольствами за границей, и эти сообщения передавались по телеграфным кабелям, которые Швеция использовала для связи со своими посольствами. Это позволяло немцам связываться со своими посольствами через Стокгольм, при этом их сообщения до какого-то момента не подвергались перехвату британцами. Несмотря на заявления о прекращении этой практики в конце 1915 года, в 1917 году разразился скандал, когда стало известно о телеграмме поверенного в делах Германии в Аргентине в Берлин с предложением «потопить без следа» некоторые аргентинские корабли, переданной через средства коммуникации шведского министерства иностранных дел. Этот инцидент стал известен как «Люксбургское дело».

Шведский экспорт в Германию значительно увеличился после начала войны: за два месяца с декабря 1914 года по январь 1915 года экспорт в восемь раз превысил объём экспорта с декабря 1913 года по январь 1914-го. Это значительное увеличение экспорта помогло Германии смягчить влияние жесткой блокады союзников на торговлю Германии.

Первая мировая война

Швеция, придерживаясь своей давней политики нейтралитета со времен наполеоновских войн, оставалась нейтральной на протяжении всей Первой мировой войны с 28 июля 1914 года по 11 ноября 1918 года. Однако этот нейтралитет сохранялся не без труда, и Швеция в разное время симпатизировала разным сторонам конфликта . Несмотря на сильные прогерманские настроения как в шведской знати, так и в шведских политических кругах, Швеция не вступила в войну на стороне Германии. Вместо этого Швеция сохранила вооружённый нейтралитет и продолжала торговать как с державами Антанты, так и с центральными державами.

В октябре 1915 года с шведской подлодкой произошёл военный инцидент. Немецкий корабль открыл огонь по подлодке, убив члена экипажа. Позднее вдове члена экипажа Германией была выплачена компенсация и принесены извинения.