Федеральный закон «О банках и сберегательных кассах» (, , ), также известный как Закон Швейцарии «О банках» (, , ) — швейцарский , который является основным нормативным актом, регулирующим банковское дело в Швейцарии и в особенности принцип банковской тайны в стране. Этот закон был принят 2 февраля 1934 года Федеральным собранием Швейцарии и вступил в силу 1 марта 1935 года. Наиболее известным положением закона является статья 47, затрагивающая вопросы банковской тайны: в соответствии с этой статьёй раскрытие банками сведений о клиентах иностранным гражданам организациям, третьим сторонам или даже властям Швейцарии без предварительного согласия или предварительно поданной жалобы считается .

Швейцария имеет долгую историю и давние традиции банковского дела, а история банковской тайны в стране восходит к XVIII веку. Хотя банковская тайна давно стала частью швейцарского общества и гражданского права страны, формально частью законодательства она стала только в 1934 году с принятием закона, который отнёс её незаконное раскрытие к уголовно наказуемым деяниям. Многие статьи закона «О банках» затрагивают вопросы банковского права с целью обеспечения реализации положений статьи 47. Принято считать, что на основании этого закона Швейцария обрела репутацию страны с самым высоким уровнем охранения банковской тайны в мире. Положения закона, связанные с банковской тайной, также дополнительно регулируются статьями Гражданского кодекса Швейцарии и многими законодательными актами на уровне кантонов Швейцарии.

После принятия закона в течение десятков лет швейцарские банки активно реализовывали право на использование и защищали информацию о клиенте с помощью различных вспомогательных статутов. Несмотря на масштабные и противоречивые глобальные события, создававшие угрозу принципу банковской тайны в стране, в законодательный акт было внесено всего семь поправок, эффект от которых оказался незначительным. Последняя из семи поправок была принята 22 марта 2013 года. Тем не менее, федеральный закон «О банках» до сих пор считается одним из факторов, содействующих в обеспечении уклонения клиентов швейцарских банков от уплаты налогов, отмывании их денег и поддержании теневой экономики. В декабре 2017 года в Федеральном собрании Швейцарии прозвучало предложение законодательно закрепить банковскую тайну в качестве одного из конституционных прав, охраняемых на федеральном уровне.

Предыстория

В Швейцарии сложилась давняя традиция следования принципу банковской тайны и сохранения конфиденциальности в отношениях между банком и клиентом: работники любого банка не разглашали информацию ни об именах владельцев счетов, ни о суммах транзакций. В 1713 году под охрану попала информация о банковских счетах представителей аристократии. В 1780-е годы в швейцарских банках начала действовать система страхования вкладов, которая сыграла важную роль в улучшении репутации банков и росте уровня экономической безопасности. При этом формально только в нескольких кантонах страны действовали какие-либо нормативные акты, обеспечивавшие защиту информации о клиентах банков: принципы банковской тайны соблюдались не столько на основе конкретных нормативных актов, сколько на основе негласных правил и традиций. Нарушение банковской тайны считалось правонарушением в сфере гражданского права, а не уголовного. Вся информация о бенефициарах и счетах была полностью анонимной, включая полное инкогнито от правительств любых стран и судебных органов.

В начале XX века в связи с серьёзными политическими противоречиями, вылившимися в итоге в Первую мировую войну, многие европейские страны решили провести провести реформы в сфере банковской деятельности и налогообложения. Так, в 1901 году Франция повысила налог на наследство и занялась в последующие годы повышением подоходных налогов. В те годы у швейцарцев не было достаточных промышленных и финансовых мощностей, чтобы бросить вызов таким финансовым центрам тех лет, как Лондон, Париж или Берлин. Однако швейцарские банкиры сделали вывод, что если в ряде стран повысят налоги, то Швейцария может привлечь капитал из этих стран, чтобы помочь владельцам финансовых средств избежать уплаты налогов у себя на родине. Таким образом, банковская тайна становилась важнейшим элементом стратегии развития швейцарской экономики. Швейцарские банки начали большую рекламную кампанию, представляя потенциальным клиентам Швейцарию в качестве «налогового рая»: в октябре 1910 года во Франции один из банков в рамках саморекламы подчеркнул, что может управлять любыми ценными бумагами, которые предоставляли ему иностранные клиенты, и соблюдать максимальную конфиденциальность. Интенсивность рекламы в предвоенные годы была настолько велика, что швейцарский министр экономики вынужден был попросить банкиров снизить активность в этой сфере, опасаясь ответных мер со стороны иностранных правительств.

В начале 1914 года в связи с рядом проблем швейцарское правительство занялось изучением вопроса о возможности учреждения какой-либо формы надзора над банками, однако эта идея встретила яростное сопротивление со стороны Ассоциации швейцарских банкиров и Национального банка: те утверждали, что надзор противоречит принципам соблюдения банковской тайны. После начала Первой мировой войны обсуждение этого вопроса и вовсе прекратилось. Уже после окончания войны в страну хлынули потоки иностранного капитала из Германии, Франции, Италии и Австрии, которые прежде Швейцария не знала. Новых вкладчиков привлекали крепкий по тем временам швейцарский франк, политическая стабильность в стране, статус нейтралитета, более щадящая налоговая политика, отношение фискальных органов и сам факт банковской тайны. Распространение налога на прибыль в последующие годы укрепило репутацию швейцарских банков: информация в рамках условной банковской тайны оставалась под надёжной защитой. Именно благодаря статусу «убежища» для зарубежного капитала и хранению вкладов иностранных граждан с соблюдением банковской тайны швейцарские банки повысили свой авторитет и укрепили статус Швейцарии как крупного международного финансового центра. Банковская тайна стала одним из важных аргументов Швейцарии в отношениях с другими странами.

Однако поскольку многие иностранные граждане выводили свои средства в Швейцарию, ряд стран всячески пытались бороться с этим. В межвоенные годы особую обеспокоенность вызывал отток капитала (причём не только в Швейцарию) у Германии: с июля 1931 года правительством Генриха Брюнинга был принят ряд законов, предназначенных не допустить отток немецкого капитала за границу, а если необходимо — силой вернуть деньги, находившиеся на счетах в иностранных банках. В соответствии с одним из таких законопроектов все вклады немецких граждан в иностранной валюте планировалось передать Рейхсбанку, а в случае запроса последнего продать их в обмен на рейхсмарки. Также немецкими властями предпринимались попытки организации финансового шпионажа в Швейцарии, чтобы заполучить информацию о немецких клиентах швейцарских банков. Франция и Бельгия также постоянно пытались заполучить от швейцарских властей и банков личные данные некоторых клиентов, подозревавшихся в уклонении от уплаты налогов и вывозе капитала в Швейцарию, но всякий раз получали отказ. Федеральный совет Швейцарии на одном из заседаний публично признал, что из-за подобных отказов международные отношения Швейцарии с рядом стран могут ухудшиться, однако комитет при Ассоциации швейцарских банкиров выступил против любых мер, направленных на раскрытие личных данных кого-либо из держателей иностранных активов. Поскольку банковский сектор играл важнейшую роль в швейцарской экономике, правительство решило не предпринимать меры, которые могли бы приостановить реализацию принципа банковской тайны, сославшись на необходимость проявлять крайнюю осторожность в вопросах борьбы с уклонением от налогов.

Процедура принятия закона

С 1960-х годов стала распространяться городская легенда, в соответствии с которой поводом для принятия закона «О банках» послужила казнь нацистами трёх граждан Германии по обвинению в хранении сбережений в швейцарских банках. Эта легенда была представлена во множестве книг в разных вариантах с разными деталями. Однако, по мнению историка Себастьяна Гуэ, в этой легенде вне зависимости от её вариантов встречалось слишком много несоответствий реальным фактам. Известно, что со второй половины 1931 года Швейцария переживала крупнейший банковский кризис в своей истории: из восьми крупных банков один обанкротился, другой выжил только благодаря огромной помощи от федеральных властей, а ещё четверо подверглись масштабной реструктуризации. В то же время крайне актуальным стал вопрос об утверждении федерального закона, регулирующего банковскую деятельность: к усилению контроля над финансовым сектором призывали рабочее движение (Социалистическая партия), Швейцарский крестьянский союз () и средний класс. Они были заинтересованы не только в сохранении банковских накоплений у низшего и среднего классов, но и в сохранении низкого процента по кредиту (большие инвестиции за границу приводили к росту процентов по кредиту, против чего и выступали многие граждане).

По словам всё того же Себастьяна Гуэ, одним из формальных поводов для начала работы над законом считаются обыски в парижских филиалах швейцарских банков, состоявшиеся в 1932 году. В июне того года к власти пришло левоцентристское правительство Эдуара Эррио, которое решилось для борьбы против дефицита бюджета принять ряд радикальных мер против оттока капитала и попыток уклонения от налогов. 27 октября 1932 года в Париже прошли обыски в отделении банка Basler Handelsbank (Базельский коммерческий банк), в результате которых французскими властями были конфискованы множество документов: выяснилось, что Basler Handelsbank был причастен к вывозу капитала и укрывательству от налогов своих богатых французских клиентов. В последующие дни обыски произошли в банке Banque d’Escompte Suisse и одном из частных банков Женевы. Сумма вывезенных средств, чаще всего упоминавшаяся в прессе, составляла 1 миллиард французских франков (около 200 миллионов швейцарских франков), хотя, по мнению Гуэ, в действительности могло быть вывезено намного больше (в 2000 году эта сумма составляла бы от 40 до 50 миллиардов франков). Среди клиентов банков, которые выводили средства в Швейцарию и уклонялись от уплаты налогов, упоминались три сенатора, дюжина генералов французской армии, два епископа, несколько бывших министров, представители семей промышленников Пежо и владельцы газеты Le Figaro семья Коти. Всего были установлены имена не менее 1000 клиентов, которые благодаря швейцарским банкиром уклонялись от подоходного налога и налога на наследство. Рейд стал предупреждением швейцарским банкам о том, что Франция не считает их действия приемлемыми. Были начаты несколько судебных процессов против трёх швейцарских банков, а их активы во Франции были заморожены (в частности, заморозке подверглись 80 миллионов французских франков банка Basler Handelsbank).