«Аско́льдова моги́ла. По́весть времён Влади́мира Пе́рвого» — исторический роман в трёх частях Михаила Загоскина, написанный в 1833 году и впервые вышедший отдельным изданием в том же году в Москве.
В своём третьем историческом романе Загоскин обратился к временам княжения Владимира Святославича; противостояние язычества и христианства переплетается в нём с династическим конфликтом.
Произведение романтическое, с заметным влиянием «готики», основанное в большей степени на преданиях, чем на исторических фактах, «Аскольдова могила», по свидетельствам современников, была прохладно встречена в литературных кругах, где в это время уже утверждался реализм. Широкая читательская аудитория эту строгую оценку не разделяла: в XIX и особенно в начале XX века «Аскольдова могила» переиздавалась неоднократно, находит своего читателя и в наши дни.
В 1835 году на основе своего романа Загоскин написал либретто для одноимённой оперы Алексея Верстовского, восторженно принятой современниками, не забытой и в наше время, в чём есть заслуга и писателя.
История создания Михаил Загоскин был уже автором многих сочинений, когда роман «Юрий Милославский, или Русские в 1612 году» принёс ему наконец всеобщее признание. «…Все, — писал Сергей Аксаков, — обратились к Загоскину: знакомые и незнакомые; знать, власти, дворянство и купечество, учёные и литераторы — обратились со всеми знаками уважения, с восторженными похвалами…»Цит. по: .
От писателя ждали новых исторических романов, но опубликованный в 1831 году «Рославлев, или Русские в 1812 году», по свидетельству С. Аксакова, был встречен уже не столь восторженно, вызвал немало споров. Так, А. Пушкин в том же году взялся за сочинение собственного «Рославлева» — в противовес Загоскину.
Третий, написанный в 1833 году роман «Аскольдова могила», имел, как пишет С. Аксаков, «гораздо менее успеха, чем „Рославлев“». Историк Юрий Беляев полагает, что речь идёт скорее о восприятии этих романов в литературной среде: количество их переизданий свидетельствует о том, что Россия читала Загоскина. Это признавал и Виссарион Белинский: «Появление каждого нового романа г. З. — праздник для российской публики. […] Публика не хочет и знать, что говорит о нём критика: она знает его сама, а на критику смотрит, как на непризванного судью в чужом семейном доме»Цит. по: . Разочарование литературных кругов имело более общие причины — охлаждение к самому жанру исторического романа, как явлению романтизма; проза на современную тематику в это время уже тяготела к реализму и психологизму; романы Загоскина этим новым требованиям не отвечали.
Обращение писателя к истории России было обусловлено, с одной стороны, увлечением образованного общества исторической прозой, прежде всего романами Вальтера Скотта, а с другой — возрастающим интересом к собственному прошлому, в том числе к истории Древней Руси. Ещё в 1810 году была опубликована незавершённая повесть М. Муравьёва «Оскольд», в 1828 году А. Бестужев написал повесть «Роман и Ольга», а К. Батюшков в 1832-м — повесть «Предслава и Добрыня». Загоскин в своём третьем романе вновь обратился к одной из тех эпох, с которых, по его словам, «начинается как бы новое существование народов в их политическом и нравственном бытии»Цит. по: . Кроме того, как признавался сам автор, ему захотелось погрузиться в те далёкие времена Руси, «когда в дремучих лесах её перекликались лешие и раздавался хохот хитрых русалок; когда в бурные осенние ночи, на вершине Кучинской горы, собирались колдуны, оборотни и злые ведьмы или, купаясь в утреннем тумане, резвились меж собой вертлявые кикиморы, и грозный Бука, на сивом коне своём, носился по лесам и долам…».
Историческая основа В «Аскольдовой могиле» Загоскин обратился к временам слишком отдалённым, слишком мало изученным, чтобы написать действительно исторический роман. Писатель предвидел упрёки в исторической недостоверности его повествования и в первой главе романа писал: «Пусть называют мой рассказ баснею: там, где безмолвствует история, где вымысел сливается с истиною, довольно одного предания для того, кто не ищет славы дееписателя, а желает только забавлять русских рассказами о древнем их отечестве».
События, о которых рассказывается в романе, отнесены автором к 80-м годам X века, к недолгому периоду между захватом Владимиром Киева в 978 году и его крещением, состоявшимся в 987 году. Княжение в Киеве Владимир Святославич начал с того, что устроил рядом со своим двором языческое капище, но, по преданию, христианство в это время уже распространялось на подчинённых Киеву землях; христианки, как считают историки, были и среди жён великого князя.
Помимо Владимира Святославича, в романе есть ещё одно историческое лицо или, по крайней мере, персонаж, имеющий исторический прототип: варяг Буды (или Будый) — в русских источниках он именуется Блудом. Согласно летописной традиции, он был дядькой («кормильцем») и воеводой киевского князя Ярополка Святославича, но изменил ему, предоставив Владимиру возможность в 978 году убить старшего брата, — это единственный почерпнутый в летописях факт биографии одного из главных героев романа. В «Аскольдовой могиле» это персонаж без имени, автор называет его «неизвестным» и «незнакомым», но в главе 3 второй части романа «незнакомый» рассказывает, как, будучи приближённым и любимцем Ярополка, отдал его в руки Владимира, — сознаётся в том самом деянии, которое летописцы приписывают Блуду.
По версии В. Н. Татищева, Блуд был убит Владимиром за то, что предал своего государя, Ярополка, однако летописи утверждают, что в 1018 году он был ещё жив, и называют его пестуном Ярослава. В образе «неизвестного» соединились обе версии: Владимир не убил его, но проклял; у Загоскина великий князь и убийство Ярополка приписывает «гнусному предателю Блуду».
Есть в романе ещё один персонаж, которого некоторые исследователи считают историческим лицом: верховный жрец Перунова капища Богомил, прозванный Соловьём за своё сладкоречие. Татищев, ссылаясь на Иоакимовскую летопись, упоминает его в связи с крещением Новгорода; Загоскин ввёл Богомила в свой роман с тем же прозвищем и в эпилоге даже отождествил его с былинным Соловьём-разбойником.
На основной конфликт романа — противостояние христианства и язычества — накладывается династический конфликт. У Загоскина «неизвестным» в его борьбе против Владимира движет желание восстановить историческую справедливость: династию Рюриковичей он считает незаконной. Как сообщает «Повесть временных лет», правители Киева Аскольд и Дир, бывшие дружинники новгородского князя Рюрика, в 882 году были убиты Олегом, пожелавшим присоединить город к своим владениям. По преданию, сохранённому летописцем, Аскольд был убит и похоронен на Угорской горе близ Киева. Считалось, что во время своего похода на Византию Аскольд принял христианство, потому и на могиле его некто Ольма позже построил церковь Святого Николы. По этой же причине у Загоскина члены киевской христианской общины тайно собираются по ночам у Аскольдовой могилы, на развалинах церкви.
Важное место в романе занимает эпизод, заимствованный автором у Н. Карамзина и присутствующий в «Повести временных лет», — «жертвоприношение» христиан Феодора и его сына Иоанна, которых Русская православная церковь считает первыми христианскими мучениками на Руси.
Цензура По свидетельству С. Аксакова, «благочестивые» читатели ценили «Аскольдову могилу» выше всех прочих сочинений Загоскина как роман, посвящённый борьбе христианства с язычеством. Тем не менее при публикации романа автор столкнулся с цензурными проблемами. Нарекания вызвало описание неправедной жизни Владимира до крещения, заимствованное писателем в «Истории государства Российского» Н. Карамзина и в русских летописях.
Известный цензор А. В. Никитенко сообщал, что «плохой роман» Загоскина подвергся разбору московских цензоров, которые нашли в сочинении «что-то о Владимире Равноапостольном» и сочли, что роман подлежит рассмотрению духовной цензуры, которая «вконец растерзала бедную книгу». Загоскин обратился за помощью к шефу Отдельного корпуса жандармов А. Х. Бенкендорфу и получил разрешение на публикацию, правда, «с исключением некоторых мест». После чего, рассказывал Никитенко, к Бенкендорфу обратился обер-прокурор Святейшего Синода «с жалобою на богомерзкий роман Загоскина».
Митрополит Московский Филарет усмотрел в романе «такое смешение предметов священных и светских, от которого нельзя не опасаться соблазна». Не всем понравился и образ Неизвестного: в 1850 году, по случаю переиздания романа, один из цензоров писал в Московский цензурный комитет: многое, что было терпимо 17 лет назад, теперь не может быть одобрено. «Буйные речи Неизвестного, — считал цензор, — будут для многих камнем преткновения и соблазна».
Несмотря на протест духовной цензуры, роман «с исключением некоторых мест» был всё-таки издан в Москве в 1833 году в типографии Н. Степанова.
Сюжет В рыбацкой деревушке на берегу Днепра близ Киева появляется Неизвестный. Он прославляет времена «законных князей» Аскольда и Дира и пытается настроить рыбаков против князя Владимира. Восемнадцать лет назад этот человек прятал в лесу правнука Аскольда; но ребёнка похитили приближённые Святослава, и теперь он разыскивает среди дружинников Владимира молодого человека, не знающего ни отца, ни матери и носящего на шее золотую гривну, — желая свергнуть Владимира и посадить на киевский стол «законного наследника».
Неизвестный обращается за помощью к Богомилу, верховному жрецу Перунова капища. Однако жрец не знает, что для него выгоднее — помочь Неизвестному в его розысках и, следовательно, в борьбе с Владимиром, который всё больше отвращается от Перуна, или выдать заговорщика князю. Богомил знает обладателя золотой гривны с надписью «Аскольд, князь Киевский», но не сообщает об этом Неизвестному, а дружинника, ни во что его не посвящая, жрец давно убедил никому не показывать амулет и не рассказывать о нём. Он и Неизвестного убеждает в том, что гривной, скорее всего, завладел кто-нибудь ещё при похищении ребёнка.
Молодой дружинник, княжеский отрок Всеслав влюбляется в дочь дровосека, живущую в глухом лесу недалеко от Киева. Её молитвы у могилы матери воскрешают в юноше детские воспоминания о княгине Ольге, в доме которой он недолгое время жил. Своими переживаниями Всеслав делится с другом детства, княжеским стремянным Стемидом: оба сироты, они выросли в доме Малуши, матери Владимира.
Сведения, собранные его помощником Торопом, убеждают Неизвестного в том, что Всеслав и есть правнук Аскольда. Он сообщает об этом дружиннику, как и о своём намерении передать ему киевский стол; но княжеский отрок не хочет восставать против Владимира, ему ненавистна измена. В то время как возлюбленная Всеслава, Надежда, вместе со своим отцом, Алексеем, возглавляющим местную христианскую общину, пытается обратить дружинника в свою веру, Неизвестный стремится пробудить в нём честолюбие и властолюбие.
Чтобы убедить Владимира и «многих нечестивых граждан киевских» в величии Перуна, Богомил решает принести в жертву божеству малолетнего сына христианина Феодора. Отец и сын погибают; страшное зрелище окончательно отвращает Всеслава от язычества. Он раскрывает Алексею тайну своего рождения; иерей в разговоре с Неизвестным обещает донести о его замыслах Владимиру, полагая это «долгом каждого русского». Неизвестный убивает Алексея.
По наущению Неизвестного, желающего настроить Всеслава против князя, ключник Вышата похищает Надежду для утех Владимира. Пытаясь спасти невесту, Всеслав убивает одного из дружинников и вынужден скрываться от княжеского гнева. Ему удаётся с помощью Торопа вызволить Надежду из Предиславина, где томятся наложницы князя, но Вышата высылает за беглецами погоню.