«День первый» () — четвёртый эпизод второго сезона американского постапокалиптического телесериала «Одни из нас». Сценарий к эпизоду написал соавтор сериала Крэйг Мэйзин, а его режиссёром стала Кейт Херрон. Премьера эпизода состоялась 4 мая 2025 года на канале HBO. Эпизод рассказывает о первом дне Элли (Белла Рамзи) и Дины (Изабела Мерсед) в Сиэтле, где они ищут Эбби, члена Вашингтонского освободительного фронта (ВОФ), которая убила Джоэла. В эпизоде также представлен лидер ВОФ Айзек (Джеффри Райт), который присоединился к группе после того, как дезертировал из правительственного агентства.

Эпизод адаптирует и расширяет несколько сцен из видеоигры The Last of Us Part II (2020), на которой основан этот сезон. Исполнение Элли песни группы A-ha «Take On Me» было адаптировано непосредственно из игры; Мэйзин и Херрон считали это одной из самых важных сцен. Аналогичная значимость придавалась интимным сценам между Элли и Диной, которые в игре происходили пораньше. Критики высоко оценили режиссуру, операторскую работу, сценарий и актёрскую игру Рамзи и Мерсед. На линейном телевидении эпизод посмотрели 774 000 зрителей.

Сюжет В 2018 году сержант (FEDRA) Айзек Диксон отчитывает свою команду за насмехание над мирными жителями, которых они донимали. Они сталкиваются с группой из Вашингтонского освободительного фронта (ВОФ) во главе с Ханрахан. Айзек убивает свой отряд, пощадив лишь идеалиста Бёртона, и раскрывает свою преданность ВОФ. Одиннадцать лет спустя Айзек, ныне лидер ВОФ, допрашивает Серафита о местонахождении его группы, пытая его раскалённой сковородой. Поняв, что Серафит скорее позволит пытать себя, чем расскажет правду, Айзек убивает его. Бёртон, стоящий на страже снаружи вместе с другим членом ВОФ, говорит, что он это заслужил.

Элли и Дина начинают свой первый день исследования Сиэтла в поисках Эбби, при этом Дина тайком проходит тест на беременность. В районе Капитол-Хилл они натыкаются на последствия конфликта между FEDRA и ВОФ. Решив продвигаться дальше ночью, они укрыться в музыкальном магазине, где Элли находит гитару и исполняет для Дины песню группы A-ha «Take On Me».

Этой же ночью, проходя по бывшей телевизионной станции, они натыкаются на тела нескольких солдат ВОФ, которых жестоко выпотрошили Серафиты, от чего Дину снова тошнит. Уклоняясь от приближающегося отряда ВОФ, Элли и Дина убегают через метро, где отряд ВОФ случайно привлекает заражённых и погибает. Элли даёт одному из заражённых укусить её за руку, чтобы спасти Дину, прежде чем им вместе удастся сбежать в заброшенный театр. Огорчённая Дина готовится застрелить Элли, но Элли раскрывает правду о своём иммунитете и предлагает ей спать в изоляции, чтобы доказать, что она не поменяется.

Когда Дина окончательно убеждается, что у Элли иммунитет, она признаётся, что беременна. Под влиянием эмоционального накала между ними, они впервые занимаются сексом, наконец-то консуммируя реализуя чувства друг к другу. На следующее утро Дина признаётся, что отцом её ребёнка является Джесси, однако добавляет, что она хочет иметь будущее и семью вместе с Элли, которая отвечает ей взаимностью. Затем они вдвоём подслушивают разговор по рации о том, что члены ВОФ, в том числе подруга Эбби Нора, базируются в больнице Лэйкхилл. Элли предлагает Дине остаться позади и защищать свою беременность, но Дина настаивает на том, чтобы идти дальше с Элли.

Производство Разработка и сценарий

Сценарий к «Дню первому» написал соавтор сериала «Одни из нас» Крэйг Мэйзин, а его режиссёром стала Кейт Херрон. Херрон является фанаткой игр, на которых основан сериал, поскольку она играла в них во время локдаунов из-за COVID-19. Она обратилась к шоураннерам в надежде поработать над сериалом. Её друг Эбен Болтер, который работал оператором-постановщиком в первом сезоне, «замолвил за неё словечко». Херрон была рада возможности поговорить с со-шоураннером Нилом Дракманном, который был со-режиссёром и со-сценаристом игр, даже если ей и не досталась бы эта работа. Она подумывала прийти на встречу с ним и Мэйзином в Zoom в образе Элли. Она рассказала им о своей любви к играм и сериалу, и позже они попросили её снять один из эпизодов. Она чувствовала, что ей достался эпизод «День первый» потому, что она «много говорила об Элли и Дине». Херрон понравились тональные изменения в эпизоде, как например обсуждение радужных флагов непосредственно перед тем, как натолкнуться на сгоревший танк. Она сравнила тональные изменения с музыкальной гаммой, чувствуя, что некоторые сцены подготавливают к другим — например, от сцены в Капитол-Хилл к сцене в музыкальном магазине, или сцена в телестудии к сцене в метро — тогда как другие полностью меняют тональность, например во время сцены допроса Айзеком. Для съёмок последней также присутствовал координатор интимных сцен.

Начальная сцена эпизода с солдатами FEDRA была вдохновлена «окружающим повествованием» из игры The Last of Us Part II (2020), на которой основан второй сезон; игрок может обнаружить сгоревший танк и записки, свидетельствующие о том, что некоторые солдаты FEDRA начали дезертировать. Херрон чувствовала, что акцентирование внимания на новобранце Бёртоне, который задаёт вопросы, может помочь зрителям лучше понять поведение солдат. Сценаристов заинтриговало сходство между Элли и Серафитами, поскольку в обоих случаях они пытаются уважать и защищать умерших личностей: у Элли это с Джоэлом, а у Серафитом — со своим Пророком. Дракманн чувствовал, что со временем умершие становятся превратились из реальных людей в нечто вроде идеи. Сцены на телевизионной станции были вдохновлены стелс-геймплеем игры; Мэйзин показал художнику постановщику Дону Макоули игровую локацию в качестве ориентира перед тем, как построить декорации, так как он хотел воспроизвести элементы геймплея. Подвешенные на тросах каскадёры были использованы, чтобы показать висящие тела. Херрон решила, что то, что действие сцены происходит ночью, а не в дневное время, как в игре, делает сцену более пугающей. В значительной степени она самостоятельно распланировала эту сцену, пока съёмочная группа работала над эпизодом «Через долину». Мэйзин намеренно добавил отсылки к любви Элли к космосу ещё в первом сезоне (например, упоминание Салли Райд в «Родне»), чтобы подготовить почву для второго сезона; в «Дне первом» в разговоре с Диной она упоминает о судьбе астронавтов миссии «Аполлон-1».

Сцены в Капитол-Хилл были адаптированы из игры, хотя они были необязательными; Дракманну было интересно узнать, какие сцены Мэйзин захочет включить в сериал. Особенно важной они сочли сцену в музыкальном магазине, а Херрон назвала её одной из своих любимых сцен в игре. Исполнение Элли песни «Take On Me» соответствует сцене из игры. Во время съёмок Дракманн отправил отрывок с песней гитаристу группы A-ha Полу Воктор-Савою, и он был тронут. Мэйзин считал, что включение песни было оправдано событиями в повествовании, поскольку Дина влюбляется в Элли, когда она исполняет эту песню. Херрон сочла эту сцену одной из самых пугающих для съёмок, а Мэйзин нервничал, так как он считал её одной из самых значимых для многих людей. Он думал, что сцена в чём-то была похожа на сцену из игры, но при этом оставалась уникальной в других аспектах, например, в контексте отношений Элли и Дины; к моменту появления этой сцены в игре они уже были парой. Съёмки стали первым днём Дракманна на съёмочной площадке в этом сезоне, когда он показал гитаристу Pearl Jam Майку Маккриди съёмочную площадку. По мнению Херрон, исполнение песни своему любовному интересу делает сцену понятной для зрителей. Она сняла несколько разных дублей, в том числе те, где Элли избегает зрительного контакта, а Дина была «по-настоящему увлечена песней», чтобы во время монтажа можно было выбрать лучшую версию. Мэйзин одобрил просьбу Херрон добавить гусеницу на заднем плане, что, по мнению Херрон, отражало его готовность к сотрудничеству. Беллу Рамзи, которая исполняет роль Элли, попросили сделать её исполнение менее выразительным, чтобы Элли звучала как обычная гитаристка, а не как опытная, как Рамзи.

Замена спор в сериале — переносчика инфекции в играх — на усики побудила Мэйзина изменить сцену, где Элли раскрывает Дине правду о своём иммунитете, во что Дина поверит позже. Мэйзин посчитал эту сцену приятным упражнением в написании сценарии и актёрском мастерстве, сравнив её с обезвреживанием бомбы. Херрон было сложно балансировать уровнем доверия обоих персонажей, из-за чего потребовалось снять несколько дублей. Решение Элли изолировать себя от Дины, чтобы доказать, что у неё иммунитет, было основано на аналогичном обращении Джоэла и Тесс с Элли в «Заражённых». Херрон хотела сохранять напряжение в этой сцене вплоть до момента поцелуя между Элли и Диной, чтобы он чувствовался заслуженным и «как облегчение, но в то же время и как сюрприз». Их сцена секса в игре была другой, и она происходила гораздо раньше в Джексоне, поэтому решение сценаристов перенести её в Сиэтл повлекло за собой несколько других изменений в предыдущих эпизодах. Херрон задавалась вопросом, примут ли фанаты игры это изменение, но она лично оценила это, посчитав его более значимым и логичным, учитывая эпизодический характер сериала. Во время съёмок присутствовала координатор интимных сцен Кэти Кэдлер. Мэйзин чувствовал, что более тревожное положение с правами ЛГБТК+ в 2003 году — в год, когда началась вспышка грибка — означало, что Дина больше боялась открыться Элли. Херрон, которая сама раскрыла себя как бисексуалку в возрасте около 30 лет, посчитала каминг-аут Дины «очень понятным и красивым» и хотела достоверно изобразить его, надеясь, что зрители поймут, что они не одиноки. Она считала отношения Элли и Дины близкими каждому человек, особенно учитывая их взаимную нерешительность.

Подбор актёров и персонажи

Изабела Мерсед, которая исполняет роль Дины, изначально не планировала, чтобы её персонаж проявлял эмоции во время сцены в музыкальном магазине, но она расплакалась из-за того, что она посчитала декорации прекрасными, и из-за «ангельского чистого» голоса Рамзи; даже когда режиссёр попросила её не плакать, Мерсед было трудно сохранять самообладание. Она чувствовала, что Дина была эмоциональна из-за своей любви к Элли и Джоэлу, а также из-за страха перед беременностью и из-за того, что влюбилась в Элли. Будучи квиром, Мерсед понимала нерешительность Дины совершить каминг-аут. Она приписала подлинность сцены Хэлли Гросс за её работу как над игрой, так и над сериалом. Мерсед и Рамзи импровизировали некоторые моменты, исходя из того, что им самим было комфортно делать друг с другом, например, добавили несколько дополнительных поцелуев между персонажами. Художника по костюмам Энн Фоули привлекла куртка от бренда «Aviator Nation», которую носит Дина, «из-за её атмосферы начала 2000-х годов», и чувствовала, что она соответствует яркой личности персонажа. Она обнаружила куртку в самом начале производства и подробно о ней рассказала Мэйзину и Дракманну.

Мерсед хотела, чтобы зрители поверили, что Дина «потенциально могла выстрелить Элли в лицо» и испытывала внутренние противоречия по этому поводу. Она обнаружила, что эту сцену было сложно снимать из-за дождливой погоды и веса пистолета, но считала, что именно это внесло вклад в правдоподобность сцены. Она «отправилась в действительно мрачное место», чтобы понять внутренний конфликт Дины. Мерсед оценила уникальность этой сцены — в играх всё происходило иначе — и обнаружила, что она похожа на сцены Элли и Райли в эпизоде «Оставшиеся позади» из первого сезона. Она нервничала из-за «эмоционально насыщенной» сцены, где Дина раскрывает свою беременность, но чувствовала себя уверенней из-за операторской работы, благодаря которой лицо Дины было в основном скрыто. По её мнению, это дало ей возможность «взбодриться и просто чувствовать беспокойство». Что касается решения Дины остаться в Сиэтле несмотря на беременность, Мерсед думала о своей собственной матери, размышляя, что «если бы она могла каким-то образом обеспечить безопасность другим людям, себе и своему ребёнку, её бы ничто не остановило».