Роман Джона Р. Р. Толкина «Властелин колец» получил смешанные отзывы критиков. Среди тех, кто высоко оценил роман, были Уистен Хью Оден, Айрис Мердок и Клайв Стейплз Льюис. Вместе с тем, появлялись и негативные отзывы со стороны литературных критиков и писателей. С начала 1980-х годов филологи Тома Шиппи и Верлин Флигер начали отвечать враждебно настроенным критикам в своих работах о Толкине, также анализируя множество тем в его произведениях, включая «Властелин колец».

Толкиноведы изучали феномен враждебности литературоведов к Толкину в целом и к «Властелину колец» в частности, предложив различные объяснения.

«Властелин колец» интерпретировали по-разному, в том числе с марксистских позиций и с точки зрения психоанализа, а также сравнивали с произведениями модернистов.

Контекст

Джон Рональд Руэл Толкин (1892—1973) был английским писателем и филогом, получившим наибольшую известность в качестве автора художественных произведений «Хоббит, или Туда и обратно» и «Властелин колец».

Первый том «Властелина колец» под названием «Братство Кольца» был опубликован на английском языке 29 июля 1954 года. Второй том «Две крепости» был опубликован 11 ноября того же года, а 20 октября 1955 года вышел третий том — «Возвращение короля». «Властелин колец» получил огромную популярность в США в 1960-е годы, став явлением массовой культуры. С тех пор роман остаётся очень популярным, общий тираж проданных книг превышает 150 миллионов.

Комментарии Толкина Дэниел Тиммонс отметил, что сам автор «Властелина колец» оставил ряд комментариев по поводу своего романа в предисловиях (к первому и второму изданию), в письмах и эссе. В предисловии к первому изданию Толкин безо всякой иронии заявил, что его книга основана на «мемуарах известных хоббитов», Бильбо и Фродо (то есть является переводом «Алой книги»). Автор отмечает, что он решился на публикацию истории по многочисленным просьбам читателей, желавших узнать больше о событиях Третьей эпохи и, в особенности, о хоббитах. Тиммонс заметил, что Толкин выступил сразу в двух ролях — автора романа и рассказчика-переводчика чужой истории, причём сложно отделить одно от другого.

Предисловие ко второму изданию (1965) более известно, на него неоднократно ссылались критики. Оно начинается с истории создания «Властелина колец», после чего Толкин признается, что хотел попробовать написать «длинную историю», которая бы удерживала внимание читателей, развлекала, восхищала их, а иногда, возможно, вдохновляла их или глубоко волновала. Также Толкин ответил критикам, которые посчитали его роман «скучным, абсурдным или достойным презрения», что у него нет причин жаловаться, так как у него самого такое же мнение о произведениях этих критиков и о литературе, которую они предпочитают. Автор признал наличие в романе «дефектов», выделив один: «книга слишком короткая». Тиммонс отметил, что здесь прослеживается ирония автора. Также Толкин отметил, что роман не содержит никаких аллегорий и аллюзий на события XX века (в частности, на Вторую мировую войну), и что попытки исследователей проследить источники влияния на автора являются просто «догадками». Тиммонс предположил, что это было вызвано неприятием автора ранних критических интерпретаций «Властелина колец» и что к этим заявлениям стоит относиться скептически, так как сам Толкин делал подобные «догадки», анализируя тексты «Сэра Гавейна», «Беовульфа» и «Малдона». Тиммонс отметил, что Толкина раздражали заявления критиков о том, что в Средиземье «нет религии» и «нет женщин» и что описанный им мир — это не наша Земля, а какая-то другая планета. Из всего этого Тиммонс сделал вывод, что Толкин в целом рассматривал критику своего романа как «нежелательную». Также Тиммонс отметил, что комментарии самого Толкина относительно своих произведений являются «рационализациями» постфактум и часто были противоречивыми, исходя из чего их нужно анализировать объективно, а не просто принимать на веру без учёта контекста.

Ранние позитивные оценки Ранние обзоры «Властелина колец» чётко делились на две категории: восторженная поддержка или жёсткое неприятие. Некоторые литераторы сразу после публикации романа высказали ему горячую поддержку. Поэт Уистен Хью Оден назвал роман «шедевром», в чём-то превосходящим «Потерянный рай» Джона Мильтона.

Кеннет Ф. Слейтер заметил: «если вы не прочитаете её, вы упустите одну из лучших книг в своём жанре».

в рецензии для The New Republic описал роман как «одно из немногих гениальных произведений в современной литературе».

Писатель и друг Толкина Клайв Стейплз Льюис написал восторженный отзыв на книгу, отметив богатый сюжет, а также сложных персонажей: у некоторых «хороших» героев есть тёмная сторона, равно как и «добрые побуждения» у злодеев.

Писательница Айрис Мердок, упоминавшая персонажей Средиземья в своих произведениях, написала, что она «совершенно восхищена, увлечена и поглощена» «Властелином колец».

Писатель и поэт Ричард Хьюз отметил, что в английской литературе не выходило ничего подобного роману Толкина со времён «Королевы фей» Эдмунда Спенсера (конец XVI века). По мнению Хьюза, роман не знает себе равных «по широте воображения» и написан с высоким повествовательным мастерством, правдоподобно и увлекательно.

В 1957 году эксперт по классической литературе написал статью «Hwaet We Holbytla…», в которой одним из первых выступил в защиту «Властелина колец» от нападок критиков, назвав рецензию Эдмунда Уилсона (см. ниже) «довольно гнусным пасквилем», вызванным неприязнью критика к жанру фэнтези в целом. Паркер подчеркнул оригинальность и новизну толкиновского романа.

Шотландская писательца Наоми Митчисон также была поклонницей «Властелина колец» и вела с Толкином переписку по поводу романа как до, так и после его публикации.

Критик Уильям Роберт Ирвин назвал Роман Толкина «самой впечатляющей» книгой в жанре фэнтези XX века.

В 1967 году литературовед Джордж Х. Томсон высоко оценил мастерство Толкина в использовании в современном романе аспектов рыцарского романа со сложной техникой «переплетения» повествования.

Американский писатель-фантаст Лайон Спрэг Де Камп в своей книге Literary Swordsmen and Sorcerers: The Makers of Heroic Fantasy провёл различие между «дешёвыми» фантастическими книгами о «мечах и колдовстве», которые повествуют о варварах, ведущих себя как «инфантильные преступники», и «эпическими» произведениями, герои которых с благородством и самопожертвованием «отправляются в длительные одиночные походы и общаются со сверхъестественными существами». К последним он отнёс «Властелин колец», который, по мнению Де Кампа, дал возможность возродиться умирающему жанру фэнтези.

Писательница Урсула ле Гуин, признавшая влияние «Властелина колец» на свои произведения, в сборнике эссе «Язык ночи» рассуждала на темы эскапизма в фэнтези, сложности характеров персонажей «Властелина колец» и темы добра и зла в романе. Также она похвалила стиль романа Толкина, отметив, что он «гибкий» и разнообразный, варьируется «от обыденного до величественного и может перейти в метрическую поэзию».

Литературная враждебность

XX век

Некоторые литераторы и критики роман не приняли. Даже внутри литературной группы «Инклингов», к которой принадлежал Толкин, оценки романа различались. громко выражал своё неприятие книги («Только не очередной долбаный эльф!»).

В 1956 году Марк Робертс в статье «Приключения по-английски» раскритиковал стиль Толкина, заметив при этом, что «сложно говорить о стиле, когда стили постоянно и радикально меняются» и назвал роман «просто приключенческой историей»Roberts, Mark. «Adventures in English.» Essays in Criticism 6 (1956): pp. 450—459..

В 1956 году вышла статья литературного критика Эдмунда Уилсона «О-о, эти кошмарные орки!», в которой Уилсон назвал роман «инфантильным мусором» и заметил: «доктору Толкину недостаёт повествовательных навыков и у него нет литературного инстинкта».

В 1954 году шотландский поэт Эдвин Мюир сделал обзор первого тома романа, отметив: «как ни взгляни на „Братство Кольца“, но это необыкновенная книга». При этом он написал, что хотя Толкин «описывает колоссальный конфликт добра и зла», его положительные герои неизменно добры, а злодеи непреклонно злы". Однако после выхода «Возвращения короля» Мюир высказался о романе негативно: «Все персонажи — мальчишки, вырядившиеся в одежды взрослых героев … эти до половой зрелости никогда не дорастут … Едва ли кто-то из них разбирается в женщинах», что разозлило Толкина: в письме к своему издателю он в ответ обвинил Мюира в «подростковом инфантилизме».

В 1961 году в статье «Разногласия среди судей» писатель Филип Тойнби заявил, что «фантазии профессора Толкина о хоббитах … скучные, плохо написанные, причудливые и ребяческие… [уже] канули в милосердное забвение». Последняя часть заявления Тойнби впоследствии многократно цитировалась как пример совершенно несостоятельной оценки.

В 1962 году отметил, что первые восторженные отзывы о «Властелине колец» вызвали «неизбежную ответную реакцию» в виде яростной критики, что он посчитал «естественной опасностью» для любой уникальной для своего времени работы".

В 1969 году исследовательница феминизма опубликовала книгу о Толкине, в которой назвала его «неисправимым националистом», восхваляющим «английскую буржуазную пасторальную идиллию», а персонажей «Властелина колец» охарактеризовала как «раздражающих, пресных, традиционно маскулинных» и «одномерных». Женские персонажи у Толкина, по её мнению, стереотипны, все проявления чувственности и сексуальности в романе «уклончивы» и «инфантильны». В образе Шелоб Толкин, по мнению Стимпсон, выразил своё презрение к женщинам, с «ликованием» описав, как паучиха сама насадилась на кинжал Сэма «где-то в районе матки», показав, как «маленькая, но храбрая мужская фигура достаёт огромную, вонючую суку-кастраторшу». Также Стимпсон отметила: «В отличие от многих очень хороших современных писателей, он [Толкин] не гомосексуал».

Литературный критик в своей книге «Современное фэнтези» (1978) заявил, что у героев «Властелина колец» нет внутренней борьбы (вся борьба «внешняя»), а силы зла показаны реальнее и убедительнее, чем силы добра, причём последние побеждают только благодаря случаю и вездесущей «удаче», которую критик счёл неубедительной. Также Мэнлав раскритиковал стиль Толкина и посчитал роман слишком длинным.

Писатель в жанре фэнтези Майкл Муркок в своём эссе «Эпический Пух» (1978) сравнил «Властелин колец» с «Винни-Пухом» и заявил, что это «колыбельная», «призванная успокаивать и утешать». Помимо эскапизма Муркок обвинил Толкина в ультраконсерватизме, антиурбанизме и антитехнологичности.

Писательница и литературный критик писала, что роман «перегружен» деталями, касающимися хронологий, генеалогий и языков, которые интересны только автору и группам его поклонников, испытывающих «инфантильную радость» от эльфийского языка.

В начале 1980-х годов вышли две работы культуролога , в которых он назвал Толкина «фашистом» и «стереотипным писателем метрополии», а «типичного» читателя его произведений — вышедшим на пенсию учителем культурологии в поселковой средней школе, читающим «Властелина колец» своим маленьким сыновьям «в квартире, обшитой сосновыми панелями». Позднее Инглис издал биографию неомарксиста Реймонда Уильямса, который, в свою очередь, назвал Толкина писателем «деревенского фэнтези», «провинциальным» и «полуобразованным».

цитировала некоторые идеи Толкина, но в целом не скрывала своего негативного отношения к «Властелину колец». К примеру, она писала, что Шир «экономически нежизнеспособен», что у богатых хоббитов были деньги, но не было источников дохода, что Братство Кольца почти не пострадало и что «героизм, за который не заплатили, теряет своё значение». Эти заявления Хьюм позднее прокомментировал Дэниел Тиммонс, найдя в них фактические несоответствия тексту Толкина.

О «Властелине колец» также негативно высказывался известный литератор Гарольд Блум, хотя Карри отметил, что тот испытывал к Толкину в большей степени недоумение, нежели ненависть.

XXI век