Отключения мобильного и стационарного интернета в России начались с 7 мая 2025 года и стали регулярным явлением. Первые массовые отключения совпали с подготовкой к празднованию Дня Победы в Москве 9 мая 2025 года, когда у всех операторов связи на несколько часов пропала мобильная сеть. Уже в мае было зафиксировано 69 случаев шатдаунов, но к июню их число возросло до 655, а в июле достигло рекордных 2099 отключений по всей территории страны. Этот показатель превысил общемировое количество интернет-блокировок за весь 2024 год (296 случаев в 54 странах), сделав Россию абсолютным лидером по частоте отключений цифровых коммуникаций.

География ограничений стремительно расширилась: если в мае отключения затрагивали преимущественно приграничные регионы, то к июлю проблемы с доступом фиксировались в 77 субъектах Федерации, включая удалённые от российско-украинской зоны боевых действий территории — Приморье, Сахалин, Камчатку и Ямало-Ненецкий автономный округ. Продолжительность ограничений также увеличилась: в Омской области мобильный интернет не работал пять дней подряд (7-11 июня), в Удмуртии — двое суток (19-20 июня), а в Красноярском крае сбои длились четверо суток подряд в конце июля. В Нижегородской области, особенно в районах близ военной авиабазы Саваслейка, мобильный интернет отсутствовал более двух месяцев, а в Дзержинске к августу добавились перебои с голосовой связью, создавая риски для экстренных вызовов скорой помощи и коммунальных служб.

Региональные власти объясняют отключения «мерами безопасности для защиты от атак беспилотных летательных аппаратов» (БПЛА). По версии оперативного штаба Краснодарского края, «с помощью высокоскоростного мобильного интернета противник может управлять беспилотными летательными аппаратами для совершения террористических атак». Ограничения вводятся при получении сигнала «Беспилотная опасность» и формально носят временный характер. Глава Удмуртии Александр Бречалов уточнил, что интернет отключают даже при минимальной угрозе, подчёркивая: «Это не значит, что над регионом летают дроны — это значит, что мы усилили контроль».

Технически переход к массовым блокировкам стал возможен благодаря внедрению DPI-систем (Deep Packet Inspection) в рамках закона о «суверенном интернете». Эти технологии позволяют централизованно фильтровать трафик без участия операторов связи. Минцифры совместно с телекоммуникационными компаниями разрабатывает систему «единого окна» для координации отключений, что должно устранить хаотичность в распоряжениях от местных властей, МЧС и других ведомств.

Предыстория

2019: Протесты российской оппозиции в Москве и первый шатдаун Интернета

В 2019 году Россия столкнулась с беспрецедентной волной протестной активности, которая стала катализатором первых масштабных отключений интернета в стране. Ключевым триггером послужили выборы в Московскую городскую думу, когда независимым кандидатам (в частности оппозиционным) было отказано в регистрации под предлогом «превышения допустимого процента брака в подписных листах». Это вызвало обвинения о преднамеренном подлоге со стороны властей. Параллельно нарастало недовольство инициативами по регулированию интернета. В декабре 2018 года в Госдуму был внесен законопроект о «суверенном интернете», направленный на создание автономной инфраструктуры на случай отключения России от глобальной сети. Критики утверждали, что это позволит властям легче блокировать контент и изолировать российский сегмент интернета. В марте 2019 года на проспекте Академика Сахарова в Москве прошел согласованный митинг против этого законопроекта, собравший, по разным оценкам, от 6,5 до 15 тысяч участников. Акция стала одной из крупнейших политических демонстраций года и показала растущую обеспокоенность общества вмешательством государства в цифровое пространство.

Протесты 2019 года характеризовались горизонтальной организацией и активным использованием цифровых инструментов. Мессенджер Telegram, в частности, стал ключевой платформой для координации акций и распространения информации. Его создатель Павел Дуров публично поддерживал протестные настроения, называя их «цифровым сопротивлением». Исследователи отмечают, что подобные технологии позволили протестующим действовать без централизованного руководства, что отличало эти акции от более ранних волн протеста. Власти ответили усилением давления на онлайн-пространство. В октябре 2019 года Фонд борьбы с коррупцией (ФБК) Алексея Навального был включён в список «иностранных агентов», а против него самого было возбуждено уголовное дело об отмывании средств. Это рассматривалось как попытка дискредитировать оппозицию и ограничить её возможности для онлайн-мобилизации.

Кульминацией стали протесты лета 2019 года, когда несогласованные акции в Москве собирали десятки тысяч человек. Силовики применяли жёсткие меры: задержания, административные аресты и возбуждение уголовных дел. Впервые для подавления протестов стали массово использоваться точечные ограничения доступа к интернету и мобильной связи. Хотя полноценного национального шатдауна ещё не произошло, эти инциденты стали прецедентом для последующих более масштабных отключений. Закон о «суверенном интернете», принятый в мае 2019 года, предоставил властям правовую основу для таких действий. Власти обосновывали необходимость закона «киберугрозами» и «необходимостью обеспечить национальную безопасность». Однако на практике он стал инструментом для ограничения доступа к информации во время политической напряжённости.

Опыт России 2019 года не был уникальным. Аналогичные тенденции наблюдались и в других странах: от Гонконга, где протестующие использовали Telegram и AirDrop для координации под пристальным наблюдением властей, до Венесуэлы, где масштабные шатдауны парализовали экономику и социальную жизнь. Это указывало на формирование глобального тренда: интернет стал новым полем битвы между гражданским обществом и государством. В России события 2019 года заложили основу для дальнейшей эскалации цифрового противостояния. Они продемонстрировали, что власти готовы использовать не только правовые, но и технические меры для контроля над информационными потоками и подавления инакомыслия. Это предопределило более системные и масштабные отключения интернета в последующие годы, особенно во время новых волн политической напряжённости.

2022—2024: Вторжение России на Украину, эскалация конфликта и тестирование инфраструктуры «суверенного интернета»

Полномасштабное вторжение России на Украину, начавшееся 24 февраля 2022 года, стало катализатором для беспрецедентных мер по контролю над информационным пространством и тестированию технических возможностей изоляции российского сегмента интернета. В этот период политика властей в сфере цифровой коммуникации характеризовалась двумя взаимосвязанными тенденциями: жёстким подавлением инакомыслия внутри страны через цензуру и массовые блокировки, а также применением точечных и массовых отключений интернета в приграничных регионах и на аннексированных территориях в целях безопасности и военно-оперативной необходимости.

К моменту начала вторжения в России уже была создана необходимая законодательная и техническая база для осуществления контроля над интернет-трафиком. Ключевую роль играл закон о «суверенном интернете» (ФЗ-90 от 1 мая 2019 года), который предусматривал создание централизованной системы управления сетью связи и возможность отключения России от глобальных DNS-серверов. Также был введён в действие закон, наделяющий Генеральную прокуратуру правом в одностороннем порядке блокировать без судебного решения интернет-ресурсы, распространяющие, по её мнению, «фейки» о действиях российских властей, в частности о проведении так называемой пропагандистами «специальной военной операции». Эти правовые механизмы были активно задействованы для блокировки независимых СМИ, социальных сетей (Facebook, Twitter/X, Instagram, Discord и всю платформу Meta, которую Россия признала «экстремистской организацией») и мессенджеров (Viber).

В первые же дни вторжения Роскомнадзор, действуя по требовам Генпрокуратуры, инициировал масштабное ограничение доступа к ряду платформ и новостных сайтов (Meduza, Радио «Свобода», BBC News и др.). В последующие недели и месяцы блокировки стали массовыми и затронули практически все крупные независимые медиа, оставшиеся в России. Параллельно началось тестирование возможностей цифрового управления связи. По данным организаций Роскомсвобода и ОВД-Инфо, с весны 2022 года фиксировались многочасовые перебои в работе популярных услуг, таких как YouTube, Google Документы и облачных сервисов Amazon. Эксперты и сами интернет-провайдеры в закрытых отчётах, с которыми ознакомились СМИ, связывали эти сбои не с техническими неполадками, а с работой системы глубокой фильтрации трафика (DPI), которая является технической основой закона о «суверенном интернете» и предназначена для точечного блокирования IP-адресов, портов и протоколов.

Наиболее значительные и продолжительные отключения интернета и мобильной связи происходили в приграничных с Украиной областях, а также на оккупированных и аннексированных территориях Украины. В таких регионах, как Белгородская, Курская и Брянская области, перебои со связью, длящиеся от нескольких часов до нескольких дней, становились регулярными на фоне сообщений о неких «диверсионных рейдах и обстрелах». Власти официально объясняли эти меры необходимостью «противодействия диверсионным группам» и «предотвращения кибератак со стороны Украины». На территориях, аннексированных в результате фиктивных референдумов осенью 2022 года (Донецкая, Луганская, Херсонская, Запорожская области), ситуация со связью приобрела системный характер. После отступления российских войск с части этих территорий украинские операторы связи были отключены, а российские не успевали развернуть полноценную инфраструктуру. Это привело к длительным «цифровым блокадам», когда население целых городов и районов оставалось без стабильного доступа к информации и средствам коммуникации на месяцы. На оставшихся под контролем России территориях подключение к интернету осуществляется преимущественно через российских провайдеров (таких как Крымтелеком), а трафик проходит через центральные узлы управления в Краснодарском крае и Крыму, что позволяет властям полностью контролировать и фильтровать информационный поток.

Период 2022—2024 годов также ознаменовался проведением плановых и внеплановых учений по устойчивости интернета. Согласно отчётам Роскомнадзора, в ходе этих мероприятий проверялась возможность работы российского сегмента сети (Рунета) в условиях «гипотетического отключения от зарубежной инфраструктуры». В апреле 2023 года Интерфакс сообщало о масштабных учениях, в ходе которых ряд крупных операторов был переведён на работу исключительно через отечественные точки обмена трафиком (IX), а маршрутизация трафика была переведена на национальную систему доменных имён. Эти мероприятия, по заявлениям властей, подтвердили готовность инфраструктуры к автономной работе, однако, по мнению независимых технических специалистов, они же вызывали значительные сбои в работе ряда услуг для конечных пользователей.

Ход событий

Начало отключений и первые проблемы с российским интернетом Начало массовых отключений мобильного интернета в России относится к маю 2025 года, когда ограничения затронули более 40 регионов в преддверии празднования Дня Победы. Власти объясняли эти меры «необходимостью обеспечения безопасности во время массовых мероприятий». Однако в отличие от предыдущих локальных ограничений, новая волна отключений приобрела систематический характер и продолжила расширяться географически.