Гендерное разнообразие в шаманизме Сибири — социокультурный феномен, зафиксированный в этнографических исследованиях конца XIX — начала XX века у коренных народов СибириБогораз, В. Г. Чукчи. Т. 1. — Ленинград: Главсевморпуть, 1934, стр. 147–152.Czaplicka, M.A. Aboriginal Siberia: A Study in Social Anthropology. — Clarendon Press, 1914, ISBN 9781402160677.. Согласно традиционным верованиям, этот феномен был особой категорией, в которой шаман, следуя культурным и духовным наставлениям, полностью или частично принимал гендерную идентичность и социальную роль, отличную от своего биологического пола. В современной антропологии данное явление рассматривается как форма гендерной вариативности, выходящей за рамки исключительно религиозных предписаний и ритуалов. Оно охватывает также глубокие изменения в социальных ролях, повседневной жизни и самоидентификацииWinkelman, Michael. Shamanism, Sex, Gender. — Encyclopedia of Sex and Gender, 2007, pp. 1385-1386..
Исследователи и народы Случаи гендерной вариативности были задокументированы в трудах таких этнографов, как В. Г. Богораз, В. И. Иохельсон, собравший в своей фундаментальной монографии «Коряки» данные о гендерных ролях шамановJochelson, Waldemar. The Koryak. — American Museum of Natural History, 1908., и М. А. Чаплицка. Более ранние наблюдения принадлежат Степану КрашенинниковуКрашенинников, С. П. Описание земли Камчатки. — СПб., 1755, стр. 210–215., который описывал «людей превращённого пола» у ительменов и коряков, называя их коекчучи. Позднее эти данные, а также другие зафиксированные в этнографических экспедициях случаи, анализировали Кэролайн ХамфриHumphrey, Caroline. Shamanism, History, and the State. Edited by Nicholas Thomas, Caroline Humphrey. University of Michigan Press, 1996, pp. 110–115, ISBN 978047208407. и М. М. БальзерBalzer, Marjorie Mandelstam. Gender Reversals and Gender Cultures: Anthropological and Historical Perspectives. — Psychology Press, 1996, p. 168, ISBN 9780415911407..
Его существование было подтверждено у следующих коренных народов: Чукчи (изучен наиболее подробно). Коряки. Ительмены (феномен кокчуч). Азиатские эскимосы. Якуты. Тунгусы.
По данным В. Г. Богораза, этот феномен был крайне редким. Он обнаружил всего пять шаманов третьего пола, называемые у чукчей «мягкий мужчина» (на чукотском yirka-laul), — мужчин, принявших женскую гендерную роль, — среди примерно 3000 чукчей, что составляет около 0,17% от общей популяцииBogoras, V. G. The Chukchee. American Museum of Natural History, 1904, p. 445..
Процесс трансформации По религиозным представлениям чукчей, феномен «превращения пола» представлял собой длительный процесс, который, как правило, начинался в подростковом возрасте по приказу духа-покровителяБасилов В.Н. Избранничество в шаманизме. — М., 1992, с. 96. В.Г. Богораз описывал этот процесс как прохождение нескольких последовательных этаповБогораз В.Г. Чукчи. Л., 1934, с. 150: Сначала происходило изменение внешнего вида: шаман-неофит менял причёску и одежду на женские. По замечанию Ф.П. Литке, его наряд был «особенною тщательностью уборки», так как он должен был воплощать идеальный образ женственностиЛитке Ф.П. Путешествие вокруг света. СПб., 1835. Ч. 2, с. 222. Затем следовала смена социальных ролей и поведения: шаман отказывался от мужских занятий (охоты, рыболовства) и переходил к женским обязанностям (ведение хозяйства). Он усваивал женские манеры, менял речь и терял черты, ассоциируемые с мужественностью, такие как сила и воинственный духТокарев, С. А. Ранние формы религии и их развитие. — М., 1964. С. 304.Богораз, В. Г. К психологии шаманства у народов Северо-Восточной Азии. // ЭО. 1910. № 1–2. С. 4.. Процесс завершался полной сменой социального пола, что часто приводило к вступлению в брак с партнёром своего биологического пола. Концепция, предложенная В. Тёрнером, позволяет рассматривать «превращённых» шаманов как лиминальных (пороговых) людейТэрнер В. Символ и ритуал. М., 1983, с. 176, которые находились в промежуточном состоянии между мужским и женским, профанным и сакральным мирами.
Отношение общества Положение «превращённых шаманов» в обществе было двойственным. С одной стороны, их могли высмеивать, над ними подшучивали, а их поведение было «пассивным» и «униженным»Зеленин, Д. К. Идеология сибирского шаманства. М.; Л., 1936. С. 730.Басилов, В. Н. Шаманство у народов Средней Азии и Казахстана. — М., 1992. С. 96.Sperry, Paul. Gender and Shamanism in Chukotka. The Journal of Cross-Cultural Psychology, Vol. 36, No. 3, 2005, p. 302. С другой стороны, они считались самыми могущественными шаманами, их мнение было главенствующим, а их распоряжения не подлежали обсуждениюКалинников Н.Ф. Наш крайний Северо-Восток. СПб., 1912, с. 145.
Крашенинников писал, что ительмены и коряки «признавали [жупанов] за великих волхвов, так что их повеления ни тойоны не преступали и им пришед с промыслов лутчего зверя в подарок приносили». Сочетание социальной уязвимости и высокой сакральной силы В. Тёрнер назвал «властью слабого»Тэрнер В. Символ и ритуал. М., 1983, с. 180. Этот парадокс ярко отражён в одной из чукотских сказок, где «мягкий человек», обидевшись на насмешку, добыл для своей семьи оленей, чтобы доказать свою силу и значимостьБогораз В.Г. Чукчи. Л., 1939. Ч. 2, с. 211.
Призвание Процесс трансформации начинался с так называемой «шаманской болезни», которая появлялась у избранника в детском или раннем подростковом возрастеHamayon, R. La chasse à l'âme. — Société d'ethnologie, 1990, p. 115. Это было время припадков, видений и других тяжёлых переживаний. Считалось, что духи-покровители таким образом «ломали» волю человека, заставляя его принять миссию шаманаDiószegi, Vilmos. Tracing Shamans in Siberia. — Anthropological Publications, 1968, p. 98. Отказ от этого пути был невозможен, так как, по верованиям, духи наказывали непокорного безумием или смертьюHultkrantz, Åke. Shamanic Healing and Ritual Drama: Health and Medicine in Native North American Religious Traditions. — Continuum, 1992, p. 112. Роберта Натали Хамайон в своих работах подробно описывает этот процесс как «охоту за душой», где пол шамана играет ключевую роль в его взаимодействии с духамиHamayon, R. La chasse à l'âme. — Société d'ethnologie, 1990, p. 118.
С.М. Широкогоров, исследуя тунгусские шаманские практики, описывал трансформацию как духовное перерождение, происходящее в результате «шаманской болезни». По его наблюдениям, духи похищали душу избранника, подвергали её страданиям и возвращали в изменённом виде — уже как душу шамана. Это похищение воспринималось не как метафора, а как реальное событие в шаманском мировоззрении: душа уходила в мир духов, где её «обучали», «перековывали» и готовили к будущей роли. В этом состоянии человек переживал тяжёлые физические и психические страдания — галлюцинации, припадки, потерю ориентации и даже временное безумие. По завершении испытаний духи возвращали душу в тело, но уже в изменённом виде. Этап инициации завершался разрушением прежней личности и формированием новой, способной к медиаторству между мирами. В некоторых случаях это сопровождалось изменением гендерной роли, поскольку шаман, по верованиям, должен был воплотить в себе черты обоих полов, чтобы быть полноценным посредником между людьми и духамШирокогоров С.М. Психоментальные особенности тунгусского шаманизма. // Шаманизм и его проявления у народов Сибири. — М., 1995, с. 87–89.
Наставничество После того как призвание шамана становилось очевидным, опытный шаман брал его под своё наставничество. Наставник помогал ему управлять своими духами-покровителями, учил искусству экстаза и объяснял, как интерпретировать видения. Наставничество могло длиться несколько лет и завершалось обрядом инициации, который символизировал переход к новой духовной и гендерной ролиGennep, Arnold van. The Rites of Passage. — University of Chicago Press, 1960, p. 122.
Выраженность Процесс трансформации, или превращения (как это явление часто описывалось в этнографической литературе), заключался в том, что шаман по воле духов полностью или частично менял свою гендерную и социальную роль, принимая черты противоположного пола. Это было не физическое, а духовное и ритуальное изменение. Гендерная трансформация имела разную степень выраженностиSimeone, William L. The "Transformed Shaman" in Siberian Cultures. Journal of Ethnological Research, Vol. 15, No. 2, 2012, p. 48: Частичная трансформация могла проявляться в том, что шаман принимал гендерную роль противоположного пола лишь на время проведения ритуалов или определённых церемоний. Например, один из корякских шаманов, не сумевший полностью «превратиться», носил женскую одежду только во время обрядов, что было компромиссом с духамиBalzer, M. M. The Tenacious Past. — Princeton University Press, 2005, p. 175. Полная трансформация была более радикальной и драматичной, выражаясь в глубоких и постоянных изменениях образа жизни и поведения. На юге Сибири она была более поверхностной и сосредоточивалась на костюме и ритуальной атрибутике.
Например, у якутских шаманов было зафиксировано несколько стадий гендерной трансформацииБатьянова Е.П. Женщины-шаманки у народов Сибири. М., 1994, с. 418: Мужские шаманы носили на своих одеждах два железных круга, символизирующих грудь. Они заплетали волосы на пробор, как женщины. Для менее важных ритуалов они надевали женскую одежду из шкуры жеребёнка. Бытовое поведение также менялось: ни шаман, ни женщина не занимали правую сторону юрты.
Сравнительные исследования шаманских традиций показывают, что ритуалы смены пола были неотъемлемой частью драматического представления, необходимого для исцеления и общения с духамиTuzin, Donald F. The "Other" Gender: Sex-Role Reversal in Shamanism. American Anthropologist, Vol. 99, No. 4, 1997, p. 838. Этот процесс часто рассматривается как один из основных элементов шаманской техники, позволяющей достичь ритуального экстаза и общаться с духамиSperry, Paul. Gender and Shamanism in Chukotka. The Journal of Cross-Cultural Psychology, Vol. 36, No. 3, 2005, p. 295. Вальтер Хайссиг в своих работах также отмечал, что гендерная трансформация была частью символического языка шаманского ритуала, отражая мифологические представления о мироустройствеHutton, R. Shamans: Siberian Spirituality and the Western Imagination. — Hambledon Continuum, 2007, p. 125.
Помимо прочего, феномен «мягко-человеческого бытия» имел важную социокультурную функцию. Мужчина, став «превращённым», перенимал женские стереотипы поведения и обязанности — это включало не только внешние изменения, но и освоение женского произношения, а также выполнение бытовых дел. При этом «мягкий мужчина» должен был с особой тщательностью следить за своим обликом, так как он воплощал собой идеализированную модель женственности, которая помогала поддерживать гендерную дифференциацию в чукотском обществе.
Симметрия феномена Феномен был симметричным. Шаманская миссия могла быть возложена и на женщину, которая в таком случае называлась у чукчей ка'чикичека или qa cikcheca («подобная мужчине»). Она принимала мужские черты, стригла волосы, носила мужскую одежду, отказывалась от женских обязанностей и становилась охотницей или воином. Она могла вступать в брак с женщинами, выступая в роли «мужа».
Совершить «превращение» могли как мужчины, так и женщины, однако чаще оно происходило среди мужчин. Это связано с представлениями чукчей о том, что беременность и роды отбирают шаманскую силу. Чтобы достичь высокого мастерства, «мужеподобная» шаманка должна была отказаться от рождения детей, и этот поступок воспринимался и обществом, и самой женщиной как нежелательный. В. Г. Богораз упоминал одну «превращённую женщину», у которой были дети, но никак не охарактеризовал её как шаманку. В целом, сведения относительно таких женщин крайне скудны и, как правило, ограничиваются лишь указанием прецедента без каких-либо подробных описаний.
Женское шаманство