Славянская колонизация Северо-Западной Руси — начавшийся не позднее V века процесс заселения славянами Приильменья, в том числе Поволховья и прилегающих районов Ловати и Мсты, а также более широкого региона Северо-Западной Руси, включавшего Приладожье и Псковско-Чудское Поозерье. Этот процесс связан с формированием древнейшего славяно-русского населения северо-запада Восточно-Европейной равнины.
Историография и источники Сведения о заселении Приильменья славянами восходят как к сообщениям русских летописей, так и к данным археологии, ономастики и исторической географии. Разработка проблемы активно велась в трудах археологов, исследовавших культуры псковско-новгородских длинных курганов и северных длинных курганов, а также памятники раннесредневекового земледелия и гидронимию региона. Особое место занимают исследования, посвящённые интерпретации ранних миграционных волн V—VI веков и последующей консолидации локальных групп населения Приильменья в протогосударственное образование к середине IX века. Вопрос о соотношении Приильменья с более широким пространством Северо-Западной Руси — Приладожьем, Псковско-Чудским регионом, Карельским перешейком — разрабатывался в рамках работ по истории Новгородской земли и освоения Русского Севера в XI—XIII веках. В историографии выделяются как минимум две взаимосвязанные, но не тождественные линии: раннесредневековое расселение славян (V—IX века) и более поздняя русская колонизация северных окраин Древней Руси.
Отдельным направлением историографической дискуссии является проблема участия западных славян в колонизации Северо-Запада, в том числе гипотезы о выходе части ильменских словен из ареала полабских славян и Польского Поморья. В новых работах, основанных на сопоставлении письменных, археологических и антропологических данных, подчёркивается особое положение новгородско-псковской группы среди восточных славян и её раннее отделение от праславянского массива. Псковская и частично новгородская группа восходит к культуре псковских длинных курганов, летописным кривичам. К ним же, согласно А. А. Зализняку и С. Л. Николаеву, восходят те уникальные черты, которые отличают новгородско-псковские и другие кривичские наречия. Словене, носители культуры сопок, и так называемых восточно-новгородских диалектов, имели другое происхождение и другие культурные особенности.
Естественно-географические условия
Регион Приильменья охватывает прибрежную зону озера Ильмень, долину Волхова и прилегающие бассейны притоков, образуя один из ключевых узлов водных путей Восточно-Европейской равнины. Сочетание удобных для пашенного земледелия почв, густой речной сети и выхода к системе озёр и Балтийскому бассейну способствовало раннему освоению территории как местным финно-угорским племенам, так и пришлым славянам-земледельцам. К северу от Приильменья аналогичную роль играли системы Ладожского озера и Невы, связывавшие Приладожье с Балтикой и внутренними областями Восточной Европы. Псковско-Чудское Поозерье с водными путями по Великой, Плюссе и верхнему течению Западной Двины образовывало второй крупный узел, через который осуществлялось освоение лесной зоны Северо-Запада.
По археологическим данным, Верхняя Русь как зона начального контакта славян «северославянской» группы со финно-угорским населением формировалась в контексте широкого «среднеевропейского импульса» IV—VI веков, связанного с распространением по «Лужско-Серегерьской трассе» вооружения и предметов римского времени из Скандобалтики к Приильменью. Эта трасса, сопоставляемая с более поздним направлением «Петербург — Москва», уже в раннесредневековую эпоху обеспечивала движение как германских, так и славянских групп к лесной зоне Восточной Европы и к побережью Финского залива.
Хронология и волны колонизации До появления славян территорию Приильменья занимали племена прибалтийско-финского круга, создавшие культуру текстильной керамики, а также связанные с «чудью» группы, ассоциируемые с культурой длинных курганов в зоне между Чудским озером, Финским заливом и бассейном Невы. Археологические комплексы предславянского времени представлены грунтовыми и «каменными» могильниками с обрядами трупосожжения, а также поселениями, ориентированными на охоту, рыболовство и подсечно-огневое земледелие.
Первая волна (V — первая половина VI века)
По данным археологии, ранние миграции некоторых групп предков ильменских словен на Северо-Запад датируются V — первой половиной VI века и рассматриваются как «первая волна» славянской колонизации. Эта миграция связывается с общим движением славян в эпоху Великого переселения народов и со «среднеевропейским импульсом», отразившимся в формировании культуры северных длинных курганов на территории Северной Руси. В рамках западнославянской версии происхождения части словен отдельные исследователи сопоставляют этот импульс с процессами, происходившими в ареале пшеворской и поморской культуры и приводившими к смещению славянских групп в сторону восточноевропейской лесной зоны.
Современный анализ миграций, учитывающий распределение памятников псковских длинных курганов и сопок Поволховья, уточняет временные рамки первой волны и связывает её с отделением новгородско-псковской группы от праславянского ареала в середине I тысячелетия н. э.. На основании языковых данных (древненовгородский диалект) и распространения характерных археологических комплексов предлагают говорить о раннем формировании особой северо-западной ветви восточных славян уже в доваряжскую эпоху.
Вторая волна и развитие культур длинных курганов Культура псковско-новгородских длинных курганов прослеживается с VI—VII веков и отражает дальнейшее продвижение на русский Северо-Запад групп славян, практиковавших пашенное земледелие и создававших сопочные могильники в бассейнах озёр Ильмень и Чудского. Археологические материалы свидетельствуют о возникновении в Псковско-Ильменском регионе специфической кривичской культуры псковских длинных курганов, эволюционно не связанной с предшествующей культурой текстильной керамики и отражающей появление новых славянских групп.
На более широком пространстве Северо-Западной Руси ареал длинных курганов охватывал побережье Псковско-Чудского озера, бассейны рек Великой, Плюссы, Луги, верхнего течения Западной Двины, верхней Ловати и средней Мологи, формируя единый, но внутренне неоднородный комплекс памятников. В пределах этого комплекса выделяются локальные варианты, связанные как со славянами, так и с ассимилируемым финно-угорским населением.
Поздние этапы (VII—IX века) Ряд стратифицированных памятников Приильменья, в том числе раннесредневековые городища, фиксируют напластования, датируемые второй — третьей четвертью I тысячелетия н. э. и связываемые с эпохой Великого переселения народов и ранними этапами славянской колонизации. К VII веку появление летописных славян в Приильменье сопровождалось военным противостоянием с местным населением и потребовало возведения укреплённых пунктов, что отражено в строительной технике валов и оборонительных сооружений раннесредневековых городищ региона.
В это же время идёт формирование культуры новгородских сопок в Приильменье и Приладожье, где в погребальном обряде фиксируются элементы западно-финских и балтских традиций, что связывается с миграцией славянских групп из района Польского Поморья и понизовий Вислы. В составе инвентаря новгородских сопок и памятников Приильменья отмечаются типы керамики и украшений, имеющие близкие аналогии в среде балтийских славян и поморских центров, таких как Волин и Щецин, что трактуется как результат долговременных связей Северо-Западной Руси с западнославянским миром. На Псковщине и в верховьях Ловати поздние этапы культуры длинных курганов уже непосредственно сопрягаются с формированием древнерусской ингумационной традиции.
Археологические свидетельства Одним из ключевых археологических объектов, отражающих раннее славянское присутствие в истоках Волхова и Приильменье, является крупное неукреплённое поселение на реке Прость, датируемое третьей четвертью I тысячелетия и рассматриваемое как древнейший центр словен Ильменского Поозерья. Раскопки раннесредневековых городищ в Приильменье выявили стратифицированные культурные слои эпохи переселения народов и раннего Средневековья, включая комплексы с лепной керамикой, остатками жилищ овальной формы и валами, сооружёнными в «перекладной» технике с использованием бревенчатых накатов, аналогичной укреплениям раннесредневековых славянских городков Центральной Европы.
Славянская колонизация Приильменья отражена в формировании ареала сопок и длинных курганов, картографированных на пространстве между озером Ильмень и южным побережьем Финского залива и отличающихся неравномерной концентрацией памятников. В Псковско-Ильменском регионе прослеживается своеобразный комплекс псковских длинных курганов, связанный с кривичами и отличающийся от финно-угорских могильников предшествующего времени как погребальным обрядом, так и составом инвентаря.
По наблюдениям археологов, серия импортов римского времени и «варварского» вооружения IV—VI веков в зоне Лужской губы, верхней Луги и западного Приильменья позволяет проследить ранний «лужский путь» как канал проникновения среднеевропейского импульса к будущему ареалу словен. На его северной периферии этот импульс связан с формированием прибалтийско-финской культуры каменных могильников, тогда как в глубине лесной зоны он отразился в трансформации местной «предкурганной» культуры в «культуру северных длинных курганов».
Для южного Приладожья и Карельского перешейка характерны курганно-жальнические зоны и приладожская курганная культура, сформировавшиеся на финноязычной основе, но испытвавшие сильное влияние славянского населения и раннерусских центров, прежде всего Старой Ладоги. На северо-западной периферии ареала фиксируются смешанные комплексы, где славянские, балтские и финские элементы сочетаются в единой погребальной традиции.
Археологические исследования в Приильменье выявили культурные слои с мощным горизонтом распашки, характеризуемым как свидетельство долговременного возделывания земли и связанного с переходом к устойчивым формам пашенного земледелия у славянских поселенцев. Наличие лепной и штрихованной керамики, связанной с северо-западными традициями и зонами современной Прибалтики и Белоруссии, указывает на сложные контакты и возможно смешанный характер раннеславянского земледельческого населения Приильменья.
Фортификация и ранние крепости Одной из ключевых особенностей славянской колонизации Северо-Западной Руси было появление укреплённых пунктов, контролировавших узлы водных путей и контактные зоны со скандинавским и финно-угорским населением. Вдоль Волхова, в Приильменье и на Псковщине сеть раннесредневековых городищ и сопочных некрополей формировала каркас, на основе которого складывались локальные центры власти и рынки.
К числу древнейших известных славянских крепостей Северо-Западной Руси относится каменно-земляная Любшанская крепость на правом берегу Волхова, в нескольких километрах ниже по течению от Старой Ладоги. Её возведение на основе более раннего дерево-земляного укрепления финно-угорских племён рассматривается как свидетельство закрепления славян в Приладожье и перенесения сюда фортификационных традиций, восходящих к западнославянским земляным и каменно-земляным укреплениям.
В систему ранних опорных пунктов Северо-Западной Руси входили также Староладожское земляное городище, контролировавшее выход Волхова в Ладожское озеро, и ряд укреплённых поселений на Псковщине, в том числе Псковское и Труворово городища. Их фортификация — валы, рвы, деревянные стены на земляном основании — сопоставима с оборонительными сооружениями культур длинных курганов в Псковско-Чудском регионе и отражает адаптацию славянского и финно-угорского населения к условиям пограничной зоны между Балтикой и внутренними областями Древней Руси.