Постановление № 362 от 7 (20) ноября 1920 года

Постановление Патриарха Тихона, Священного Синода и Высшего Церковного Совета Православной Российской Церкви № 362 от 7 (20) ноября 1920 года (широко известен как Указ Патриарха Тихона № 362) — постановление, официально изданное высшей церковной властью Русской православной церкви, сформированной на поместном соборе 1917—1918 годов. Было призвано обеспечить функционирование Православной Церкви на территориях, контролируемых Белой Армией, и в эмиграции, чётко определяя полномочия епархиальных архиереев в случае отсутствия у них связи с высшим церковным управлением и даже при условии полного прекращения деятельности органов высшего управления. Постановление № 362 сыграло очень важную роль в русской юрисдикционной полемике XX века и стало, наряду с 34-м апостольским правилом, главным каноническим основанием организации церковного управления в эмиграции. Особенно важным оно было для Русской Зарубежной Церкви (РПЦЗ), которая, получив этот указ в начале 1922 года, в дальнейшем рассматривала его как каноническую основу своего существования. При этом, признавая высокое значение «Постановления», каждая русская юрисдикция пыталась интерпретировать его в свою пользу. В итоге Постановление сохранило управляемость Церкви, но не её единство. К этому Постановлению неизменно апеллировали практически все, кто отделялся от самой РПЦЗ («осколки»).

Протоиерей Вадим Суворов отмечает: «Несмотря на различные интерпретации, Постановление № 362 стало одним из наиболее авторитетных экклезиологических и канонических документов Русской церкви XX века, в котором был выражен взгляд на фундаментальные основы церковного строя. Уникальное экклезиологическое значение Постановления было обусловлено тем, что в нём определялись изначальные принципы, по которым Церковь может заново выстроить необходимую для её устройства каноническую структуру „с чистого листа“ — вне зависимости от её положения в государстве, административных границ и иных преходящих исторических факторов — в ситуации, когда государство и сложившаяся в нем система церковного управления оказались одновременно разрушенными». Ссылка на Постановление № 362 в Уставе была сохранена при примирении РПЦЗ с Московским Патриархатом в 2007 годуКострюков А. А. История Русской Зарубежной Церкви: 1920—2007: Учебное пособие. — М.: Изд-во ПСТГУ, 2024. — C. 26. — 448 с. — ISBN 978-5-7429-1601-7.. С мая 2023 года Священный синод РПЦ также начал основывать собственные действия, ссылаясь на данное постановление.

Обстоятельства появления Фронты Гражданской войны разделили страну и Русскую Церковь: отрезанные от занятых большевиками Москвы и Петрограда епархии оказались предоставлены сами себе и формировавшимся на осколках империи правительствам. В декабре 1918 года на колчаковской территории было учреждено Временное высшее церковное управление Сибири, а в мае 1919 года — Высшее временное церковное управление на юго-востоке России (ВВЦУ ЮВР). В Украине 1 января 1919 года закон Директории «О верховной власти в Украинской автокефальной православной соборной церкви» передал верховную церковную власть её собственному Собору и Синоду. К июлю 1919 года Высшее церковное управление, состоявшее из Патриарха Тихона, Священного Синода и Высшего Церковного Совета, уже утратило связь более чем с половиной российских епархий. Тем не менее, Священный Синод и Высший Церковный Совет в соединённом присутствии продолжали слушать рапорты правящих архиереев об учреждении новых викариатств и умножении числа епископов. В мае 1920 года, при Петлюре, Всеукраинская православная церковная рада провозгласила автокефалию. К тому времнени итог Гражданской войны был в целом ясен. Зимой рухнуло правительство Колчака, отряды атамана Семёнова отступали в Манчьжурию. В ночь на 8 ноября красноармейцы Фрунзе перешли Сиваш; белому Крыму оставалось существовать 10 дней. 13 — 16 ноября 1920 года состоялась Крымская эвакуация. Вместе с армией Врангеля из Крыма эвакуировалось и духовенство. Уже 6 (19) ноября в Стамбуле на борту парохода «Великий князь Александр Михайлович» ВВЦУ ЮВР, вскоре преобразованное в Высшее русское церковное управление заграницей (ВЦУЗ), постановило установить общение с Константинопольским патриархатом.

Патриарх Тихон в тот момент находился под домашним арестом на Троицком подворьеhttps://svtikhon.ru/calendar/20-11-1920/. В этих условиях требовался способ выработать общий подход к управлению церковным организмом в условиях хаоса в связи с возможным параличом епархиальной власти. Точных данных о том, кем и как именно осуществлялась подготовка Указа № 362 в течение 1920 года, нет. Однако вполне возможно, что Патриарх Тихон, принимая этот указ, рассчитывал, что он упрочит каноническое положение Зарубежной Церкви. По свидетельству протоиерея Стефана Ляшевского, Патриарх Тихон высказывал мысль о высоком назначении русской эмиграции — православном просвещении всего мира. Е. И. Махароблидзе, ссылаясь на письмо одного своего «сотрудника по канцелярии Высш[его] Церк[овного] управления на юговост[оке] России», возвратившегося из Екатеринбурга в Москву, заявлял, что организация Ставропольского собора и ВВЦУ на Юго-Востоке России стала основанием для издания патриархом Тихоном указа № 362 от 7/20 ноября 1921 годаКострюков А. А. Ставропольский собор 1919 г. и начало независимой церковной структуры на Юге России // Уральский исторический вестник. — 2008. — № 4 (21). — С. 74..

7 (20) ноября 1920 года под председательством Патриарха Тихона в совместном присутствии Священного Синода и Высшего Церковного Совета, то есть всеми тремя свободно избранными Всероссийским Собором полномочными инстанциями — Высшим Церковным Управлением (ВЦУ). Получившийся документ представлял собой свод указаний для епархиальных архиереев на случай разобщения епархий с Высшим церковным управлением или прекращения его существования. Циркулярно оно было доведено до епархиальных архиереев. Постановление исходило из логики 34-го апостольского и 9-го антиохийского правил, утверждающих в качестве основы церковного строя наличие собора епископов нескольких самостоятельных епархий, объединенных вокруг первенствующего епископа. В тексте Постановления также просматривается связь с постановлениями о Патриархе и Митрополичьих округах, разработанном Поместным Собором 1917—1918 годов. В России Постановление № 362 со времени его принятия официально не публиковалось до 1990-х годов. Так, Постановление № 362 оказалось недоступно Михаилу Губонину.

Полемика в СССР В ноябре 1922 года архиепископ Томский Андрей (Ухтомский), руководствуясь указом № 362 и ссылаясь на послание митрополита Агафангела (Преображенского) 1922 года и иные документы, провозгласил автономию Уфимской епархии, утвержденную затем епархиальным съездом. В середине августа 1923 года период временной автокефалии Уфимской епархии завершился, так как общение с Патриархом Тихоном было восстановленоЗимина Н. П. Стояние в вере: временная автокефалия Уфимской православной епархии в период заключения Святейшего патриарха Тихона (ноябрь 1922 — август 1923 г.) // Вестник ПСТГУ. Серия II: История. История Русской Православной Церкви. 2007. — Вып. 3 (24). — С. 87, 106.. Документ был известен заместителю Патриаршего Местоблюстителя митрополиту Сергию (Страгородскому), который допускал возможность автокефального устройства Польской Церкви. Но при этом он настаивал, что автокефалию могла дать только Российская Церковь, не возражая при этом против де-факто самостоятельного существования Польской Церкви. В 1927 году митрополит Сергий писал митрополиту Дионисию (Валединскому), что указ Патриарха Тихона № 362 от 20 ноября 1920 году давал Польской Церкви «совершенно безболезненный выход из всяких затруднительных положений».

На Постановление № 362 в 1920-е — 1930-е годы активно ссылался митрополит Кирилл (Смирнов), который одобрял создание частью церковной оппозиции митрополиту Сергию (Страгородскому) «нового православного центра» и последовательно призывал руководствоваться в деле организации церковной жизни патриаршим указом от 20 ноября 1920 года. На вопрос, как должно было устраиваться церковное управление в случае невозможности (полной или частичной) прямого применения патриаршего завещания, митрополит Кирилл (Смирнов) смотрел так: «Со смертью всех троих завещанием указанных кандидатов завещание Святейшего Тихона теряет силу, и церковное управление созидается на основе указа [от] 7/20 ноября 1920 года. Тем же указом необходимо руководствоваться и при временной невозможности сношения с лицом, несущим в силу завещания достоинство церковного центра, что и должно иметь место в переживаемый церковно-исторический момент». Митрополит Кирилл оказал в 1920—1930-е годы сильное влияние на формирование позиции немалого числа представителей Русской Церкви. Поскольку митрополит Кирилл (Смирнов) не ставил вопрос о необходимости митрополиту Сергию (Страгородскому) с паствой последовать указу № 362, создаётся впечатление, что на эту мысль его навел фрагмент статьи митрополита Сергия 1931 г.: «Ведь у нас существует постановление Патриарха и Синода от 5 (18) мая и 7 (20) ноября 1920 года за № 362, по которому предоставлялось епархиальным архиереям вершить все дела (а не только текущие), когда прекратится административная связь епархии с центром. Какой же был смысл нагромождать лишнюю инстанцию заместителя, если бы последний не мог ничего делать больше предоставленного каждому епархиальному архиерею… митрополит Агафангел почитал своим долгом… созыв Всероссийского Поместного собора»Александрова-Чукова Л. К. Архиепископ Григорий (Чуков) о Соборе епископов 1943 г. и ведущей роли патриарха Сергия в сохранении патриаршества и единства Русской Православной Церкви // Вестник церковной истории. — 2023. — № 1-2 (69-70). — С. 115..

В 1933 году митрополит Кирилл (Смирнов) писал Заместителю Патриаршего Местоблюстителя митрополиту Сергию: «Если бы по силе сего указа [от 20 ноября 1920 года] некоторые архипастыри обратились к братскому руководству Вашему, <…> то нельзя было бы возражать что-нибудь против такого добровольного объединения. Если бы для удобства сношений <…> Вы <…> учредили для своей группы нечто вроде Синода, но при этом не претендовали бы на обязательность принимаемых Вами решений для всей Русской Церкви, нельзя было бы возражать и против такого учреждения. Тогда не понадобилось бы Вам обременять свою совесть обильными прещениями и запрещениями. Все: и объединившиеся под братским руководством Вашим и замедлившие с таким объединением по-прежнему оставались бы в каноническом и литургическом единении под затруднительным хотя, но отнюдь не утратившим своей реальности каноническим главенством своего Первоиерарха митрополита Петра. Только отказавшись от своего домысла о тожественности полномочий Местоблюстителя и его Заместителя, обратившись под руководство патриаршего указа от 20 ноября 1920 г. <…>, возможете Вы возвратить Русской Церкви Её каноническое благополучие»Акты святейшего патриарха Тихона. С. 700. Практически во всех своих письмах 1930-х годов, касаясь вопроса о церковном управлении, митрополит Кирилл (Смирнов) указывал на необходимость следования постановлению Патриарха Тихона от 20 ноября 1920 года, предусматривавшего возможность децентрализации Русской Церкви. Возглавление Церкви «подпольным патриархом» явно не казалось ему выходом из создавшегося положения. Было известно Послание и епископу Афанасию (Сахарову), который в сентябре 1933 года направил епископу Иннокентию (Летяеву) письмо «с обвинением митрополита Сергия в присвоении прав Первоиерарха и с сообщением о своем отделении от митрополита Сергия, в соответствии с патриаршим указом от 7/20 ноября 1920 г.».