Караимский квартал — поселение крымских караимов в Мангупе, первоначально отдельный квартал в городе Феодоро, в верховьях балки Табана-дере, возникший в середине XV века. Квартал появился после захвата турками Константинополя в 1453 году, но небольшая караимская община могла существовать и до этого. После падения княжества в 1475 году сначала христианское население постепенно покидало город, затем мусульманское, и к XVII веку, в ходе которого Мангуп, и особенно Цитадель, несколько раз становились ареной боевых действий, в Мангупе остались только караимы. После присоединения Крыма к России в 1791—1792 годы караимское население покинуло Мангуп. Оно постепенно переместилось на Чуфут-Кале и в Бахчисарай, а также в другие города Крыма, продолжая посещать Мангуп. Остатки караимских кварталов состоят из примерно 60—80 усадеб, численность населения в период расцвета общины составляла примерно 360—480 человек. Основным занятием мангупских караимов являлась выделка кож. После переселения с Мангупа караимы много лет ещё продолжали заниматься здесь выделкой кож. В народном творчестве переселение с Мангупа отразилось созданием поэтического произведения «Песня о Мангупе».
В селении действовала сооружённая ещё в период княжества Феодоро кенасса, в виде ориентированной в направлении север-юг прямоугольной постройки с двумя входами в восточной и западной стенах — для мужчин и для женщин. В Караимском квартале существовала целая школа по переписке рукописей. Яаков бен Мордехай, который известен как автор небольшой исторической заметки по истории Мангупа, в 1632—1634 годах для караима-заказчика из Луцка сделал рукописный вариант книги Неемии на караимском языке — древнейший известный перевод книг Библии на караимский.
В разное время различными исследователями выдвигались версии с другими датировками начала функционирования караимского квартала в крепости. Самая ранняя, версия А. С. Фирковича, отвергнутая впоследствии всеми историками, относилась к IX веку. Пётр Кеппен предполагал, что первое свидетельство (караимское надгробие) относится к 1274 году, С. М. Дубнов считал, что это был 1387 год. На 2017 год самое ранее надгробие датировалось 1444 годом.
История До появления поселения, как минимум в XIV веке, верховья оврага (ущелья) Табана-дере, благодаря наличию мощных источников, использовались как сельскохозяйственная территория, разделённая каменными оградами на участки. Согласно монодии иеромонаха Матфея, посетившего Мангуп около 1395 года, верховье ущелья было занято садами, а о каком либо жилье не упоминается.
Караимская община в Мангупе появляется в середине XV века. М. Б. Кизилов предполагает, что это могло произойти после 1453 года (падения Константинополя). Изначально она могла состоять из грекоговорящих караимов-романиотов, эмигрантов из Адрианополя, спасавшихся от политики в захваченной османами Византийской империи. Кизилов допускает, что небольшая караимская община могла существовать и до 1453 года, но аргументы в пользу появления караимов на Мангупе еще в первой половине XV века, он не считает достаточно убедительными. После захвата Феодоро турками в 1475 году христианское население стало сокращаться: по османским налоговым ведомостям (Джизйе дефтера Лива-и Кефе) 1520 года в городе числилось 80 греческих домохозяйств, всего 460 жителей (более половины населения города) и армянский квартал. В дефтере 1542 года учтён уже только один квартал греков 25 домохозяйств — примерно 26 % от общего числа жителей. Алан Фишер (Alan W. Fisher) приводит другие цифры на тот год: 13 домохозяйств, всего 77 человек. По османскому реестру земельных владений Южного Крыма в 1542—1543 году поселение иудеев включало 35 дворов, а также 3 джемаата мусульман и 25 дворов иноверцев.
Проживание в городе греков отмечает в 1634 году и Эмиддио Дортелли Д’Асколи. В 1651—1652 году в налоговых ведомостях отмечено всего 4 двора, платящих налог джизйе. Эвлия Челеби в 1666 году описал на плато лишь один мусульманский квартал с маленькой баней, а «…внизу…семь иудейских кварталов…». На Мангупе оставались только караимы. В XVII веке Мангуп несколько раз становился ареной боевых действий, целью которых была Цитадель, но что также затронуло и караимское население. 10 мая 1629 года отряд из 500—700 казаков захватил крепость, при этом погиб один житель слободы. В 1684 году, с 3 июня по 11 июля, Мангуп осаждали войска Девлет Гирей султана, стремясь захватить укрывшегося там Хаджи-Гирея II.
После присоединения Крыма к России в 1791—1792 году караимы начали покидать Мангуп, большей частью перебравшись в Чуфут-Кале и Бахчисарай, частью в другие города Крыма. По другой версии миграция была более растянута по времени и не носила массового характера. Часть «мангупцев» влилась в общину Чуфут-Кале еще до 1790 года, переселение остальной части жителей приходится на период с 1792 года по 1796 год. Но и после выселения караимы продолжали посещать Мангуп: многие ремесленники занимались там кожевенным делом вплоть до 1830 года. Станислав Сестренцевич-Богуш, посетив Мангуп в конце XVIII века, оставил довольно эмоциональное описание поселенияЯ видел сей город Мангуп, бывший в древности столицею Готов и местопребыванием их Царей… Несколько бедных, обособленных и едва известных семейств — вот всё, что осталось от этого народа… Вид стариков, живущих в сих развалинах, уверяет меня, что рука времени почтила некоторые остатки сих древних Готов. Несколько бедных, уединенных и едва известных семейств… П. И. Кёппен передавал рассказ М. Султанского, что по словам стариков-караимов, выходцев из Мангупа и доживших до 1833 года, на 1783 год в поселении ещё жило около 70 караимских семейств, которые выехали в 1791 году. О возможных причинах переселения караимов Кёппен писал, что опрошенные в 1833 году караимский газзан и старейшины сообщали, что после 1783 года «по разным неблагоприятным обстоятельствам» численность населения Мангупа сократилась с 300 до 70 человек, а «округа же им принадлежавшая, впоследствии времени сделалась собственностью бывшего Хазнадара и от него перешла к его сыну Адильбею Балатукову». В народном творчестве переселение с Мангупа отразилось созданием поэтического произведения «Песня о Мангупе» — на крымскотатарском языке «Мангуб тюркюси»(), дословно — «Мангупская песня».
Население О количестве караимского населения Мангупа сведения сохранились в Джизйе дефтера Лива-и Кефе (Османских налоговых ведомостях). В 1520 году записан 1 квартал в 48 дворов, на 1542—1543 год — 35 дворов. Доля караимов значительно возрастает в первой половине XVII века: 76 дворов в 1638 году, а во второй половине немного снижается — 68 домохозяйств в 1649 году и 51 — в 1662 году. Де Боплан в труде 1660 года сообщает о 60 еврейских дворах ( — «огнях», в смысле усадьбах), что совпадает с учётными данными. В то же время информация Эвлии Челеби о 7 кварталах, тысяче домов и 80 лавках признаётся фантастичной. Но Челеби оставил единственное, хотя довольно экспрессивное, описание поселения, с явными преувеличениями. При этом мангупская община в его изображении наоборот показана значительно более бедной и прозябающей в сравнении с поселением на Чуфут-Кале[На Мангупе] находится семь кварталов иудейских, около тысячи злосчастных домов иудейских с черепицей, грязных и обшарпанных, а также 80 лавок кожевников… все эти иудеи караимского вероисповедания. Другие иудеи не любят иудеев этого вероисповедания. Ибо не ведают они [то есть караимы], что кошерное, а что трефное в пище, а мясо едят всякое, невзирая на то, кто его продает… Языка еврейского не знают они совершенно и говорят только по-татарски… Многие из них отличаются необыкновенной красотой…Турецкий источник 1740 года сообщает о Мангупе, что это укреплённый город, примерно с 60 домами. Иоганн Тунманн в труде 1777 года «Крымское ханство» сообщал, что Мангуп представлял собой небольшое местечко из 50 домов, жителями которого были евреи (имеются в виду караимы) и лишь несколько татар. В 1775 году, по данным разных исследователей, на Мангупе числилось от 40 до 70 семей, или, примерно от 200 до 350 человек.
В списках IV и V ревизий 1792 и 1796 года по Бахчисараю, составленных Бахчисарайским городовым магистратом, среди выехавших из Мангупа караимов встречаются формы прозвищ «Мангуб», «Мандубу», «Мангюбу», впоследствии трансформировавшиеся в фамилию Мангуби. В «ревизской сказке» 1796 года уже покинутое поселение названо «деревня Мандуби».
Остатки караимских кварталов, дошедшие до наших дней, по данным археологических исследований, состоят из примерно 60—80 усадеб, следовательно, плотность застройки оставалась практически неизменной до XVIII века. Кизилов, основываясь на оценках исследователей этого периода, что в каждой семье (усадьбе) проживало в среднем около шести человек, оценивает численность населения, в период расцвета общины в XVII—XVIII веках примерно в 360—480 человек. Строения в квартале, судя по археологическим материалам функционировавшие в XVI—XVIII веках, сооружались из необработанного бута и тёсаного камня, взятого зачастую из более ранних разрушенных зданий. Дома были традиционного горно-крымского типа, обычно в два помещения. Для отопления и выпечки лепёшек притенялись тандыры, которые устанавливались как в доме, так и во дворе под навесами.
Основным занятием мангупских караимов являлась выделка кож — считалось, что местные растения, содержащие дубильные вещества — сумах дубильный, и скумпия кожевенная и вода в источнике обладают хорошими дубильными свойствами. Собственно выделка производилась в вырубленных в скалах цистернах. Место расположения квартала — Табана-дере, переводится, по названию основного занятия мангупцев, как «овраг табанов», а «табана» на крымскотатарском означает «кожевенная мастерская». После переселения с Мангупа караимы много лет ещё продолжали заниматься здесь выделкой кож, но с 1831 года цистерны перестали использовать и в 1833 году они уже были заброшены и засорены.
Люди в общине были достаточно образованы — в селении, видимо, при местной кенассе, действовала религиозная школа Талмуд-тора (от , талмэтойрэ). Надгробные эпитафии и сохранившиеся многочисленные общинные документы написаны на прекрасном литературном иврите. Кроме того, существовала целая школа по переписке рукописей. Некоторые из мангупских караимских документов были переписаны местным жителем Яаковом бен Мордехаем, который известен как автор небольшой исторической заметки по истории Мангупа, а также как переписчик рукописей. В 1632—1634 годах для караима-заказчика из Луцка Яаков бен Мордехай сделал в Крыму рукописный вариант книги Неемии на караимском языке — древнейший известный перевод книг Библии на караимский. В 1680-е годы в общине жил переписчик рукописей Исаак, сын меламеда Элияу, переписавший ряд работ на иврите, включая заметки по истории испанских евреев и Крымского ханства. Также он переписал, или сочинил, трактат по грамматике татарского этнолекта местных караимов.
Кенасса
В селении действовала кенасса, в виде ориентированной в направлении север-юг прямоугольной постройки с двумя входами в восточной и западной стенах — для мужчин и для женщин. Предполагается, что кенасса сооружена ещё в период княжества Феодоро, во второй половине XV века. В турецкий период, видимо, подверглась капитальной реконструкции, о чём свидетельствуют хорошо обработанные архитектурные детали, использованные как пороги и взятые, возможно, из Большой базилики. Сохранившиеся документы говорят о крайней религиозной ортодоксальности и консерватизме мангупской общины.
Предполагается, что имена газзанов общины XVII века, приведённые с своём труде Фирковичем, достоверны. Это Йешуа бен Шмуэль, переселившийся из Галича на Мангуп. Впоследствии газзанами были Яаков, а также его сын Авраам бен Яаков, умерший в 1713 году. Сведения ещё об одном газзане, уже XVI века, содержатся в хранящемся в Бахчисарайском музее караимском молитвеннике на иврите, изданном в Венеции в 1529 году, на форзаце которого есть запись: «Алтын, жены Давида Маскиля, хазана общины Мангупа».