Эмиграция кубинцев в период с Кубинской революции 1959 года по октябрь 1962 года получила название золотых изгнанников и стала первой эмиграционной волной в рамках более широкого постреволюционного исхода. Исход 1959—1962 годов назывался «золотыми изгнанниками» из-за преимущественно высшего и среднего класса эмигрантов. После победы революции кубинцы, связавшие себя или работавшие на свергнутый режим Батисты, покинули страну. Позже, когда правительство Фиделя Кастро начало национализацию промышленности, многие кубинские профессионалы также покинули остров. Этот период кубинского изгнания также называют историческим изгнанием, главным образом теми, кто эмигрировал в этот период.

История

1959—1960

Первыми эмигрировали после революции те, кто был связан с прежним режимом Батисты или работал на него. Посольство США в Гаване и консульство в Сантьяго регулярно выдавали визы желающим покинуть Кубу.

К середине 1959 года различные новые политики повлияли на кубинскую жизнь, такие как перераспределение собственности, национализация религиозных и частных школ, а также запрет на расово исключительные социальные клубы. Те, кто начал покидать остров, руководствовались негативным влиянием новых экономических политик, неприятием новых государственных школ или тревогой по поводу поддерживаемой правительством расовой интеграции. Правительство быстро навесило на изгнанников ярлык «расистов», что отпугивало афрокубинцев от эмиграции. Эти условия привели к тому, что большинство эмигрантов принадлежали к высшему или среднему классу, были белыми и католиками. Многие эмигранты из среднего класса часто были профессионалами, связанными с американскими компаниями, которые были национализированы.

Многие из эмигрантов верили, что скоро вернутся на Кубу, полагая, что США вскоре вмешаются и свергнут правительство Фиделя Кастро. Некоторые из изгнанников в Соединённых Штатах организовали вооружённое сопротивление правительству Фиделя Кастро.

Перепись населения США 1960 года показала, что в Соединённых Штатах проживает более 124 000 кубинцев. В ответ на исход кубинцев правительство США создало программы по предоставлению социальных услуг и ресурсов прибывающим кубинцам.

Отток многих квалифицированных рабочих после революции вызвал «утечку мозгов». Эта потеря обученных специалистов послужила толчком к реформированию кубинской системы образования для подготовки новых профессионалов на смену эмигрировавшим.

1961

3 января 1961 США разорвали дипломатические отношения с Кубой, после чего эмигранты получали визы по гуманитарным соображениям, а по прибытии в Соединённые Штаты могли подать заявление на условно-досрочное освобождение и получить статус беженца.

В апреле 1961 года вторжение в залив Свиней, состоявшее из многих воинственных и антифиделистских кубинских изгнанников, не смогло захватить Кубу. После этого те, кто решил эмигрировать, рассматривали своё решение как окончательное. Фидель Кастро тогда назвал покидающих страну «гусанос» (червями).

Растущие споры на Кубе по поводу национализации католических школ стимулировали разработку операции «Питер Пэн» по перевозке детей в Соединённые Штаты.

1962 Во время Карибского кризиса октября 1962 года поездки между США и Кубой были ограничены. Впоследствии кубинская эмиграция осуществлялась на импровизированных судах, нелегально покидающих Кубу. С 1959 года до окончания свободных поездок в 1962 году около 250 000 кубинцев покинули остров.

Характеристики

Демография Исследователь Хорхе Дуани утверждает, что большинство изгнанников были городскими жителями, среднего возраста, хорошо образованными, светлокожими и работниками умственного труда, которые эмигрировали главным образом по религиозным или политическим причинам. Он также утверждает, что, хотя первые эмигранты покинули страну, потому что были старыми батистовцами, уехавшие позже покинули страну из-за разочарования в новом правительстве и потому что экономические реформы и национализация американских компаний нанесли ущерб их профессиям. Исследователи Ирвинг Луис Горовиц и Хайме Сачлик утверждают, что около половины эмигрировавших во время Второй волны были синими воротничками, и многие из них были сельскохозяйственными рабочими и рыбаками. Они также предположили, что многие уехали из-за новой системы нормирования и обязательной военной службы на Кубе.

Горовиц и Сачлик утверждают, что, хотя большинство эмигрантов не участвовали в воинственных движениях, большинство из них финансово поддерживали их, пока впоследствии не разочаровались в них после провалов таких движений.

Процесс эмиграции Кубинцы, подавшие заявление на выездные разрешения, увольнялись с работы, если работали на государственном предприятии. Сотрудники Комитетов защиты революции проводили инвентаризацию всего имущества эмигранта; после инвентаризации заявитель не мог продать или передать кому-либо своё имущество. Всё имущество и деньги конфисковывались при окончательном выезде из страны, и большинство изгнанников покидали страну, имея при себе только чемодан с одеждой. К 1960 году США создали Центр экстренной помощи кубинским беженцам, который снабжал изгнанников едой, деньгами, одеждой, медицинской помощью, образованием для взрослых и авиабилетами в места, где были гуманитарные организации, заботившиеся о новоприбывших.

Оказавшись в США, многие изгнанники устраивались на рабочие профессии. Заметно состоятельное большинство изгнанников теперь стало в основном средним или низшим классом. В Майами дискриминация по отношению к кубинским иммигрантам всё ещё была обычным явлением, и многим было запрещено арендовать определённую недвижимость или вступать в профсоюзы. Эта дискриминация способствовала формированию кубинской общины Маленькая Гавана, где кубинцы могли оставаться рядом с католическими церквями и школами, предлагающими благотворительную помощь. Многие изгнанники смогли использовать уже имеющиеся профессиональные навыки, чтобы в конечном счёте улучшить свои профессии и внести вклад в создание кубинского делового анклава Майами.

Наследие

Желание вернуться

Многие из изгнанников, прибывших сразу после 1959 года, считали своё изгнание временным, поскольку правительство Кастро считалось обречённым на скорое падение. Считалось, что как только правительство Кастро падёт, изгнанники вернутся на Кубу и возобновят свою жизнь, как до Кубинской революции .

На протяжении 1960-х годов, в дополнение к чувству временного изгнания, многие кубинские эмигранты пытались сохранить свою кубинскую идентичность, открывая кубинские образовательные учреждения для своих детей, живя в изгнании. С отменой Свободных рейсов в 1970-х годах и прибытием кубинских эмигрантов из Мариэльского исхода 1980 года произошёл сдвиг в самовосприятии кубинских изгнанников. Возрастало чувство, что правительство Кастро выживает в долгосрочной перспективе, и что их проживание за пределами Кубы также будет долгосрочным. С этим сдвигом пришло более активное участие в американской политике и укрепление кубинского делового района в Маленькой Гаване .

Идентичность «золотого изгнанника»

Кубинская история успеха, иногда называемая «мифом о золотом изгнаннике», представляет собой идею о том, что кубинские изгнанники, прибывшие в США после Кубинской революции 1959 года, были в основном или исключительно политическими изгнанниками, которые были белыми, в основном консервативными и финансово успешными. Эта идея получила распространение, начиная с 1960-х годов, через истории о превращении из бедных в богатых, рассказанные кубинскими изгнанниками в американских СМИ, и стала широко пропагандироваться внутри кубино-американского сообщества.

Идентичность «золотого изгнанника» использовалась в кубино-американских кругах как идентичность для различения кубиноамериканцев, которые считаются расово белыми и исповедующими консервативные ценности, по сравнению с кубиноамериканцами, прибывшими позже в ходе кубинской эмиграции, которые могут иметь более тёмную кожу. Термин «золотой изгнанник» также использовался в дискуссиях об иммиграции как термин для прославления кубинских иммигрантов как антикоммунистических политических беженцев и продуктивных членов среднего класса. Этот термин вызвал споры из-за статистических данных, опровергающих данный образ.

Миф «Куба де айер»

Эта первая волна эмигрантов из высшего класса с Кубы в первые годы после Кубинской революции покинула остров, имея лишь воспоминания о Кубе времён Фульхенсио Батисты. Эти воспоминания стали основой идеализированного образа «Куба де айер» («Куба вчерашняя», «Куба вчерашнего дня»). Кубинские изгнанники, прибывшие сразу после революции, были в значительной степени шокированы американским расизмом, который отличался по своему проявлению от кубинского расизма. На Кубе не существовало формальной де-юре расовой сегрегации. Какие бы социальные проявления расизма ни существовали на Кубе, они часто игнорировались или были неизвестны белым эмигрантам из высшего класса, прибывающим в Майами. Вид формальной расовой сегрегации на американском Юге глазами кубинских изгнанников укреплял идею о том, что «Куба де айер» была свободна от расизма, в отличие от Соединённых Штатов.

Воссоздание запрещённых на Кубе предприятий и социальных организаций изгнанниками, теперь уже в Майами, подтверждало воспоминания об идиллической «Куба де айер». Это воссоздание произошло из-за угасания надежды вернуться на Кубу без Фиделя Кастро у власти, поэтому кубинские изгнанники начали моделировать свои сообщества по образу «Куба де айер». Самым известным из таких сообществ является район Маленькая Гавана в Майами. Маленькая Гавана стала эпицентром кубинской жизни в Майами, в частности, в том, как многие учреждения принадлежат кубинцам и созданы по образу ностальгии по «Куба де айер».

См. также Кубинская история успеха

Примечания

Категория:Кубинская диаспора Категория:1959 год на Кубе Категория:1959 год в США Категория:1960 год на Кубе Категория:1960 год в США Категория:1961 год на Кубе Категория:1961 год в США Категория:1962 год на Кубе Категория:1962 год в США