Экономика ухода () — совокупность оплачиваемого и неоплачиваемого труда по уходу за детьми, пожилыми людьми, больными и людьми с инвалидностью, а также услуг, учреждений и мер государственной политики, которые этот труд обеспечивают. В отличие от более узких понятий, описывающих отдельные виды такой работы, экономика ухода объединяет в одном предмете рыночный сектор — детские сады и ясли, дома престарелых, службы помощи на дому, труд медицинских сестёр, сиделок и домашних работников — и ту работу, которую члены домохозяйств выполняют друг для друга безвозмездно.
Термин закрепился в феминистской экономике и в документах международных организаций как обозначение одновременно сектора экономики и исследовательского подхода, рассматривающего уход не как частное дело семьи, а как условие воспроизводства рабочей силы и, следовательно, как объект экономической политики и общественных инвестиций. По определению Международной организации труда (МОТ), экономика ухода охватывает «оплачиваемый и неоплачиваемый, прямой и косвенный» труд по уходу во всех секторах — государственном, частном, некоммерческом и в домашних хозяйствах, — а также самих получателей ухода, работодателей и учреждения, оказывающие соответствующие услугиCare economy. — International Labour Organization..
Понятие Наиболее авторитетное определение закреплено в заключениях, принятых Международной конференцией труда в 2024 году. Согласно им, «экономика ухода состоит из труда по уходу, оплачиваемого и неоплачиваемого, прямого и косвенного, его предоставления внутри домохозяйства и за его пределами, а также из людей, которые уход предоставляют и получают, и работодателей и учреждений, которые уход предлагают». Сам труд по уходу описывается через назначение: это деятельность и отношения, поддерживающие качество жизни, развивающие человеческие способности, укрепляющие самостоятельность и достоинство и отвечающие потребностям людей на разных этапах жизни — детей, подростков, взрослых, пожилых, людей с инвалидностью и самих ухаживающихResolution concerning decent work and the care economy: ILC.112/Resolution V. — Geneva: ILO, 2024..
В том же документе оговаривается, что общепринятого статистического определения труда по уходу на международном уровне пока не существует и его ещё предстоит выработать; это ограничивает сопоставимость национальных оценок сектора.
Состав сектора
Труд по уходу принято делить на прямой и косвенный. Прямой уход — деятельность, построенная на непосредственном личном взаимодействии: кормление и переодевание ребёнка, помощь пожилому человеку при умывании, перемещении и приёме лекарств, занятия с ребёнком с нарушениями развития. Косвенный уход — работа, которая обеспечивает благополучие в отсутствие личного контакта: приготовление пищи, уборка, стирка, покупки Границы между ними подвижны, и в обследованиях использования времени эти виды деятельности часто регистрируются как одновременные.
По критерию оплаты сектор распадается на две неравные части. Оплачиваемая занятость по уходу включает работников образования и дошкольного воспитания, здравоохранения и социального обслуживания, а также домашних работников, нанятых частными домохозяйствами; по данным МОТ, в мире насчитывается около 381 млн таких работников Неоплачиваемая часть — уход, выполняемый членами семьи и соседями без вознаграждения; по объёму затраченного времени она значительно превосходит оплачиваемую.
Существенно, что обе части связаны: сокращение общественных услуг по уходу автоматически перекладывает работу на домохозяйства, а расширение услуг высвобождает время их членов — прежде всего женщин — для оплачиваемой занятости. Именно эта взаимозаменяемость делает уход предметом экономической политики, а не только семейной этики.
Помимо труда и людей, понятие охватывает обеспечивающий его каркас: заключения 2024 года прямо относят к экономике ухода «политику и нормативную базу, услуги, инфраструктуру, институты, механизмы финансирования и социальные нормы».
Инфраструктура ухода
С 2010-х годов в дискуссии о государственных расходах закрепилось понятие «социальной инфраструктуры», или «инфраструктуры ухода» (), построенное по аналогии с физической инфраструктурой. Британская Женская бюджетная группа определяет социальную инфраструктуру как совокупность служб здравоохранения, образования, долговременного ухода и ухода за детьми и указывает, что экономика зависит от них не меньше, чем от дорог, железных дорог и связи: «не одни только дороги и рельсы доставляют людей на работу»Roads and rails are welcome, but a healthy economy needs care. — UK Women's Budget Group..
Практическое следствие этой аналогии — требование учитывать расходы на уход как инвестиции, а не как текущее потребление. В системе национальных счетов к капиталообразованию относятся только вложения в основные фонды, поэтому расходы на содержание детских садов или служб помощи на дому попадают в текущие затраты бюджета и в периоды бюджетной консолидации сокращаются первыми. Сторонники понятия «инфраструктура ухода» видят в этом не техническую особенность учёта, а следствие гендерной асимметрии экономического мышления: вложения в преимущественно мужскую строительную отрасль считаются инвестициями в будущее, а поддержка преимущественно женского сектора ухода — издержкамиInvesting in the Care Economy: A gender analysis of employment stimulus in seven OECD countries. — Brussels: ITUC; UK Women's Budget Group, 2016..
Против прямолинейного переноса аналогии возражают и сами исследователи ухода: в отличие от железной дороги, у которой период создания актива отделён от периода использования, система ухода создаётся заново каждый день трудом занятых в ней людей, и «актив» здесь неотделим от работника.
Происхождение подхода
Феминистская экономика
Представление об уходе как о самостоятельном предмете экономического анализа сложилось в феминистской экономике во второй половине XX века. Исходный вопрос состоял в том, почему деятельность, без которой не воспроизводится ни один работник, остаётся за пределами измеряемой экономики, а там, где она всё же оплачивается, оплачивается систематически хуже сопоставимого по квалификации труда.
Наиболее влиятельную формулировку дала американская экономистка . В книге «Кто платит за детей? Гендер и структуры принуждения» (1994) она рассматривала распределение издержек воспитания как результат институциональных ограничений, а не свободного выбораFolbre N. Who Pays for the Kids? Gender and the Structures of Constraint. — London; New York: Routledge, 1994. В работе «Невидимое сердце: экономика и семейные ценности» (2001) Фолбр предложила метафору, ставшую общим местом дискуссии: рядом с «невидимой рукой» рынка, описанной Адамом Смитом, действует «невидимое сердце» — мотивы заботы и обязательства, без которых рынок не работает, но которые он не вознаграждает. Ключевой её аргумент состоит в том, что уход за детьми производит благо с признаками общественного: выгоду от появления образованных и здоровых взрослых получает всё общество, а издержки несут преимущественно женщины, из-за чего рыночная оценка такого труда оказывается заниженной по определениюFolbre N. The Invisible Heart: Economics and Family Values. — New York: The New Press, 2001. — ISBN 1-56584-655-9..
Параллельно развивалось направление, изучавшее международное измерение ухода. Социолог Арли Рассел Хохшильд в очерке «Глобальные цепочки ухода и эмоциональная прибавочная стоимость» (2000) описала цепочки, в которых женщина из бедной страны уезжает ухаживать за чужими детьми, поручив собственных родственнице или нанятой за меньшие деньги женщинеHochschild A. R. Global Care Chains and Emotional Surplus Value // On the Edge: Living with Global Capitalism / Ed. by W. Hutton, A. Giddens. — London: Jonathan Cape, 2000. — P. 130—146..
От «трёх R» к «пяти R»
Практическую политическую рамку предложила британская экономистка . В 2008 году на совещании группы экспертов Программы развития ООН в Нью-Йорке она выступила с докладом «Три R неоплачиваемого труда: признание, сокращение и перераспределение», сформулировав триаду мер: неоплачиваемый труд по уходу следует признать — то есть измерить и сделать видимым в статистике и в политике; сократить — за счёт инфраструктуры, техники и общественных услуг, снижающих его тяжесть и объём; и перераспределить — между женщинами и мужчинами внутри домохозяйства и между домохозяйством, государством и рынком. В 2014 году «три R» вошли в согласованные выводы 58-й сессии Комиссии ООН по положению женщинPromoting Women's Economic Empowerment: Recognizing and Investing in the Care Economy. — New York: UN Women, 2018. Позднее Элсон изложила подход в статье для журнала New Labor ForumElson D. Recognize, Reduce, and Redistribute Unpaid Care Work: How to Close the Gender Gap // New Labor Forum. — 2017. — Vol. 26, № 2. — P. 52—61..
Авторство триады нередко приписывают самой МОТ или структуре «ООН-женщины», однако организации указывают на Элсон как на автора, а собственный вклад МОТ состоит в расширении рамки. В докладе 2018 года МОТ дополнила её двумя пунктами, относящимися уже к оплачиваемой части сектора, и получила «программу пяти R достойного труда по уходу» (): к признанию, сокращению и перераспределению неоплачиваемого ухода добавились вознаграждение оплачиваемого труда по уходу — достойная оплата в соответствии с принципом равного вознаграждения за труд равной ценности вместе с трудовой и социальной защитой — и представительство работников сектора, социальный диалог и коллективные переговоры В 2024 году программа «пяти R» получила трёхстороннее закрепление в резолюции Международной конференции труда.
Масштаб сектора
Оплачиваемая занятость
Наиболее полная оценка размеров сектора содержится в докладе МОТ «Рабочие места в сфере ухода в интересах будущего сферы труда» (2018). Согласно ей, в мировой сфере ухода занят 381 млн работников — 249 млн женщин и 132 млн мужчин, что составляет 11,5 % мировых трудовых ресурсов. Для женщин этот сектор значит несравнимо больше, чем для мужчин: на него приходится 19,3 % мировой женской занятости против 6,6 % мужской. В большинстве стран действует зависимость — чем выше доля сектора ухода в общей занятости, тем больше в нём женщин; в целом по миру они составляют около двух третей занятых, а в Америке, Европе и Центральной Азии их доля превышает три четвертиРабочие места в сфере ухода в интересах будущего сферы труда: краткое резюме. — Женева: МОТ, 2018.
Внутри сектора выделяют четыре группы. Основную образуют работники отраслей, относящихся к уходу непосредственно: образования (123 млн) и здравоохранения с социальной помощью (92 млн) — вместе 215 млн человек, или 6,5 % мировых трудовых ресурсов. Вторая группа — домашние работники, занятые в домохозяйствах: не менее 70 млн человек (49 млн женщин и 21 млн мужчин), не менее 2,1 % трудовых ресурсов. Третья — 24 млн человек, занятых уходом вне отраслей ухода (например, медицинская сестра на предприятии). Четвёртая — 72 млн работников других специальностей внутри сектора: бухгалтеры, повара, уборщики учреждений ухода
Гендерный разрыв в оплате внутри сектора выше среднего по экономике: по совместной оценке ВОЗ и МОТ он достигает 24 %
Неоплачиваемая часть
По расчётам МОТ на данных обследований использования времени в 64 странах, где проживает 66,9 % мирового трудоспособного населения, на неоплачиваемый труд по уходу в мире ежедневно тратится 16,4 млрд часов. Это эквивалент работы 2 млрд человек по восемь часов в день. Если бы эти услуги оплачивались по минимальной почасовой ставке, они обошлись бы в 9 % мирового ВВП — около 11 трлн долларов США по паритету покупательной способности 2011 года. Наибольшая доля этого времени уходит на работу по дому (81,8 %), затем идут непосредственная индивидуальная помощь (13,0 %) и волонтёрская работа (5,2 %)