Общественные взгляды на интеллектуальную собственность включают в себя как положительные критические замечания, так и негативные оценки интеллектуальной собственности.
Критики термина «интеллектуальная собственность» утверждают, что возросшее употребление такой терминологии совпало с общим переходом от представления об авторском и патентном праве как о конкретных законодательных инструментах призванных способствовать общему благу, к представлению об идеях как о неприкосновенной собственности, предоставленной естественным правом. Терминологический сдвиг совпал с использованием уничижительных терминов про несоблюдение авторских прав, таких как «пиратство» и «воровство».
Ряд критиков интеллектуальной собственности, в частности Движение свободной культуры, характеризуют её как интеллектуальный протекционизм, интеллектуальную монополию или как гарантированную государством монополию, и считают, что общественные интересы нарушаются протекционистским законодательством, таким как расширение авторского права, патентами на программное обеспечение и промышленными патентами.
Критика идеи интеллектуальной собственности была сформулирована Эбеном Могленом в dotCommunist Manifesto:
Некоторые критики отвергают понятие интеллектуальной собственности полностью. Ричард Столлман утверждает, что «термин систематически искажает и смешивает эти проблемы, и его использование способствовало и способствует тем, кто выигрывает от этой путаницы… (он) действует как огульное сваливание в кучу разнородных законов.. (которые) возникли по отдельности, развивались по-разному, покрывают разные виды деятельности, имеют разные правила, и поднимают разные вопросы государственной политики». Эти критики отстаивают описание авторских прав, патентов и торговых марок раздельно друг от друга, и предостерегают от объединения разрозненных законов в собирательный термин.
В 2004 году Всемирная организация интеллектуальной собственности (ВОИС) была подвергнута критике в Женевской декларации о будущем Всемирной организации интеллектуальной собственности, в которой утверждается, что ВОИС должна «уделять больше внимания потребностям развивающихся стран, и рассматривать интеллектуальную собственность как один из многих инструментов для развития — не заканчиваясь на ней самой.»
Обзор В странах англо-саксонского права это было исторически сделано для предоставления блага королевским фаворитам в форме патентных грамот (с некоторыми преимуществами для общества, так как зачастую эти блага были лишь предпосылками до того, как торговец начнёт производство). Страны с писаными конституциями (страны романо-германской системы) обычно наделяют правительства правом предоставлять такие монополии или иным способом обеспечить защиту нематериальной собственности. Например, в статья 1, раздел 8, п. 8 Конституции США предоставляет конгрессу право «распространять прогресс в науке и полезном искусстве, закрепляя на определённое время за авторами и изобретателями исключительные права на их сочинения и открытия».
Использование термина «интеллектуальная собственность» часто основывается на таких соображениях, как «проблема безбилетника» или рационально объясняется проблематизацией того факта, что владельцы компьютеров имеют возможность производить и распространять идеальные копии цифровых работ. Сторонники термина, как правило, направляют политику исключительных прав на интеллектуальную собственность по принципу установления им цены, стимулируя авторов и изобретателей предоставлением им права взимать плату с тех, кто желает производить их изобретения или опубликовать их выразительные работы. Аналитика по этому вопросу, как правило, упускает из виду и даже пытается опровергнуть тот факт, что опубликованная информация по своей сути свободна, и что на самом деле смысл исключительных прав — это поощрять публикование, предоставление информации общественности: объекты исключительных прав являются неконкурентными благами, и права направлены против их несоздания, а не чрезмерного использования; для таких благ актуальна не трагедия общин, а трагедия антиобщин.
Согласно экономическим исследованиям, льготы, выделенные для патентных прав, иногда служили общественно полезным целям (и способствовали инновациям), гарантируя, что тот, кто, скажем, 10 лет пребывал в нищете, в то время как он из всех сил пытается разработать вулканизированную резину или работоспособный пароход, смог бы окупить свои затраты времени и сил. Пользуясь монополистическим положением, изобретатель может взимать плату с тех, кто хотел производить копии его изобретения. Если установить плату слишком высокой, другие просто попытаются создать конкурирующее изобретение, но установив плату достаточно низкой, можно хорошо жить за счёт отчислений.
В последние годы идея общественной полезности была преуменьшена в пользу идеи, что основная цель исключительных прав — приносить прибыль правообладателю, даже если это вредит интересам общества в целом (при этом исключения вроде «добросовестного использования» иногда рассматриваются как угроза издательскому бизнесу),Открытое письмо писателей и литераторов Президенту РФ, опубликованное в декабре 2010 года, см. Creative Commons#Россия и это обстоятельство навлекло множество оппонентов (Лоуренс Лессиг, Джеймс Бойл, Уильям Патри). Формулировка в Конституции США, как отмечалось выше, явно говорит об общественных интересах.
Права интеллектуальной собственности имеют ряд ограничений, включая ограничение сроков и ряд других соображений (например, нарушающие основные права, или если есть установленные законом или статутами положения о добросовестном использовании объектов авторского права). Некоторые уподобляют эти соображения общественным сервитутам, так как они предоставляют обществу определенные права, которые считаются существенными. Разные государства могут иметь малозаметные или значительные различия в объёме или защите, а также разрешенных видах использования различных типов интеллектуальной собственности. Добросовестное использование в одной стране запросто может быть незаконным в другой.
Авторы и изобретатели осуществляют определённые права, и «собственностью», упомянутой в выражении «интеллектуальная собственность» является право, а не само произведение или изобретение. Патент может быть продан и куплен, но изобретение, которое он охватывает, не является находящимся в собственности вообще. Это одна из многих причин, по которой некоторые считают термин «интеллектуальная собственность» ложным. Использование, например, термина «интеллектуальная монополия» вместо него подразумевает, что так называемая «интеллектуальная собственность» — это фактически предоставленная государством монополия на определенные виды деятельности. Другие возражают против такого использования, потому что оно по-прежнему поддерживает понятие «естественного права», а не признаёт, что такое «право» является всего лишь законом (статутом), и лишь только он характеризует их как «собственность», а не устраняет предпосылки собственности. Иной подход состоит в том, чтобы не использовать подобный общий термин вообще из‑за фундаментальных различий в природе авторского права, патентного права и законодательства по товарным знакам, а говорить о конкретном из них или использовать термин «исключительные права», используемый в Конституции США.
Споры Основным обоснованием государственной политики по законам об «интеллектуальной собственности» служит то, что они обеспечивают права патентообладателя (иногда единоличным патентообладателем может быть изобретатель, иногда изобретатель может быть совладельцем патента). Обоснованием патентного права является то, что оно предоставляет право отлучать других от изготовления, использования, выставления на продажу, продажи или импорта изобретения в ту страну, где оно было запатентовано.
Обоснование государственной политики по законам о товарных знаках в том, что они могут предотвратить использование другими похожей до степени смешения торговой марки, но вовсе не для того, чтобы запрещать другим производство такого же товара или продажу тех же товаров или услуг под чётко различимыми торговыми марками. Обоснование гос. политики по авторскому праву в том, что она является формой защиты, предоставляемой авторам «оригинальных авторских работ», в том числе литературных, драматических, музыкальных, художественных и некоторых других произведений интеллектуального труда, опубликованных и неопубликованных.
«Интеллектуальную собственность» можно рассматривать как временную монополию, которая защищает от использования или эксплуатации эти блага, поддерживаемую правоприменительными механизмами. Верховный Суд США часто относится к патенту как к предоставлению «ограниченной монополии». Это, однако, не соответствует применению термина «монополия» в экономическом смысле. Некоторые считают, что защита интеллектуальной собственности не может правильно рассматриваться в качестве обеспечения экономической монополии, хотя бы потому, что монополия может существовать только при наличии рынка, и при способности игрока подводить рынок к положению, в котором будут сохраняться цены выше конкурентных, что редко достигается владельцами интеллектуальной собственности.Eugene R. Quinn, Jr., Debunking the Intellectual Property Monopoly Myth .
Существуют также и более специализированные вариации беспрецедентных (лат. — sui generis) исключительных прав, таких как авторские права на шаблон печатной платы, (защищаемые Integrated Circuit Topography Act в Канадском законодательстве и Directive 87/54/EEC от 16 декабря 1986 г. по правовой защите топологий полупроводниковых продуктов в законодательстве Евросоюза), права на результаты селекции растений, права на сорта растений, права на промышленные образцы, сертификаты дополнительной защиты для фармацевтической продукции и прав на базы данных (в законодательстве Евросоюза).
Лицензии авторского права дают разрешение на какую-либо деятельность. Патентные лицензии — это декларации не делать некоторые вещи, при определённых условиях. Политика по исключительным правам в некоторых странах предоставляет для некоторых видов деятельности, не требующих каких-либо лицензий, таких как воспроизведение небольшого количества текста, правовой режим, называемый добросовестным использованием. Правовые системы некоторых стран предусматривают обязательное предоставление лицензий на определенные виды деятельности, особенно в области патентного права.
Большинство исключительных прав государство предоставляет на ограниченный промежуток времени. Таким образом, с помощью увеличения вознаграждения для авторов, изобретателей и других производителей интеллектуальных работ, общая эффективность может быть улучшена. С другой стороны, предоставление исключительных прав — отнюдь не единственный способ финансировать производство «интеллектуальной собственности» в рыночной системе. Право интеллектуальной собственности создаёт операционные издержки, которые при некоторых обстоятельствах перевешивают достижения. Одно из соображений состоит в том, что ограничение свободного повторного использования информации и идей также будет затратным, если использование наилучших из имеющихся методов для поставленной задачи или создание новых производных произведений не допускается. Не менее важно, что предоставление монопольных прав на производство приносит тяжёлые потери в экономике и поощряет поведение «паразитирования на ренте».
Патентное или авторское право защищает не физический объект как таковой, но идею, которую он воплощает. Путём запрета несанкционированного воспроизведения объекта, закон провозглашает, фактически, что физическая работа по копированию не является источником ценности объекта, и то, что ценность объекта создается автором его идеи и не может быть использована без согласия автора. Айн Рэнд, основательница объективизма, поддерживала авторские права и патенты, отметив в книге «Капитализм: Неизвестный идеал»:
С другой стороны, она утверждает, что эти формы должны быть ограничены: